Читаем без скачивания Петербургская баллада - Дмитрий Леонтьев

— Меня найдут в этом кабинете с простреленной головой, — закончил Скрябин. — Нет уж, увольте. Ничего не знаю, ни о чем не догадываюсь.

— Тогда я продолжу, — не стал спорить оперативник. — Команду девиц подобрала и курирует некая Гелена Александровна Романова. Кстати, любовница Мухина. Девица умная, красивая и напрочь отмороженная. Как выражается современная молодежь: «на всю голову». Любит риск, увлечена парашютным спортом, гонками на мотоциклах, в настоящее время учится водить самолет. Злые языки поговаривают, что хранить верность одному только Мухину она считает дурным тоном. Девушка просто физически не может устоять перед крепкими, смелыми парнями на дорогих мотоциклах. Риск, секс, скорость… Она встречалась с покойными. Так?

— А почему бы вам не спросить у нее самой? — прищурился директор.

— Спросим, — заверил капитан, — просто думали, что раскрытие этого дела будет выгодно не только нам, но и вам. А нераскрытие… Вы здесь проигрываете куда больше. Версий крайне мало. Либо убийство совершили жадные девицы из «команды» Романовой — что маловероятно, — либо персонал вашего бара или же постоянные клиенты — что тоже представляется лично мне маровероятным, хотя и возможным, — либо сама Романова, которая по складу характера вызывает у меня ассоциации с самкой богомола, либо возревновавший Мухин. Две последние версии как нельзя более выгодны для вас. Подумайте над этим… Нет, существуют, конечно, и еще версии, но для этого у нас еще слишком мало информации, да и имеющиеся как-то роднее. Так что?

— Я ничем не могу вам помочь, — так же сухо ответил Скрябин. — Извините. Это не слишком красиво, но… ищите сами.

— Но вы же искренне ненавидите и Мухина, и Романову. Вы создали этот бар… Кстати, почему он так называется?

— «Вечерняя звезда»? Мы начинаем работать с появлением в небе первой вечерней звезды и закрываемся, когда гаснет последняя. Если небо затянуто тучами и звезд не видно — работаем круглосуточно. Мне казалось — это стильно…

— Вы вообще создали очень стильное заведение. Оно пользуется спросом, приносит доход… Зачем вам отдавать огромную часть денег и власти кому-то? Зачем портить имидж бара шлюхами — пусть и высококлассными. Это же криминал, а попади вы в руки «полиции нравов» — спрашивать будут именно с вас, как с владельца заведения… Давайте сделаем так. Вот вам моя визитная карточка, вы все же подумайте над моим предложением и, если что-то вспомните, перезвоните. До свидания. Надеюсь, еще увидимся.

Скрябин молча проводил оперативника глазами, выждал несколько минут, достаточных, чтобы тот успел покинуть бар, и вышел в зал. Подошел к стройной синеглазой блондинке, что-то объяснявшей сидящим у стойки девушкам, неприязненно процедил:

— Доигралась?! По твою душу из милиции приходили.

— Ну, раз к вам, а не ко мне, значит, до моей души им скоро не добраться, — пренебрежительно ответила блондинка, глядя на директора со смесью высокомерия и брезгливости.

— Когда-нибудь ты доиграешься, — мечтательно произнес директор, — он спрашивал о парнях, с которыми ты встречалась. Селенов, Воронцов и еще кто-то… Они мертвы — ты в курсе?

— Да? Жаль, — с полным безразличием пожала плечами блондинка, — прикольные были ребята. Ого! А это что? Такой низкий звук может быть только у трубы «акрапович», или я ни черта не смыслю в мотоциклах… Пойду взгляну. — И вышла, оставив директора в бессильном негодовании.

Скрябин посмотрел ей вслед, обреченно махнул рукой — пропади ты пропадом! — и вернулся к себе в кабинет.

— Высокие отношения, — усмехнулась одна из оставшихся у стойки девиц.

— Что ты хочешь: у них ненависть с первого взгляда, — ответила вторая. — Геля для Олега Сергеевича как бельмо на глазу, вечное напоминание о том, что в этом баре не он главная скрипка… К тому же, как и каждый матерый «голубой», он ненавидит ту конкуренцию, которую ему составляют красивые женщины.

— Скрябин — «голубой»?! — изумилась ее подруга.

— Ах да, ты же у нас недавно, — «вспомнила» девушка. — Да, «голубой». Я даже подозреваю, что все эти мотоциклы — музыка — кожаные куртки всего лишь для того, чтобы быть поближе к таким вот парням — здоровым, крепким, рисковым… Ты знаешь, он был бы совсем неплохой мужик, если б не вся эта история с Мухой и Гелей… Но что делать? Такова се ля ви…

Романова вышла на улицу. Погода была солнечная, и за выносными столиками посетителей было больше, чем в баре, ведь многие из них были на мотоциклах и не хотели оставлять своих «двухколесных друзей» без присмотра. За крайним столиком уже расположился вновь прибывший клиент, высокий широкоплечий мужчина средних лет с красивым, но несколько высокомерным лицом, заставлявшим вспомнить о викингах, скандинавах и прочих «арийцах». Несмотря на солнечную погоду, на нем был темно-синий костюм с защитой и кожаные ботинки на толстой подошве. Одной рукой он придерживал на коленях шлем со знаменитым номером Валентино Росси, а другой принимал от официантки вместительную стопку коньяка.

— Мне абсент, Ниночка, — попросила Романова официантку, без спроса усаживаясь за столик незнакомца и с интересом разглядывая его мотоцикл. — «Ямаха Р-1», доработанная модель, плюс тюнинг. Четырехцилиндровый двигатель с водяным охлаждением, шести ступенчатая коробка передач, чуть более ста восьмидесяти килограмм. Шины разработаны специально для этой модели, колесная база коротка, но все равно при ускорении возникает турбулентность… На третьей передаче?

— У меня рулевой демпфер, — после короткой паузы сообщил мужчина. Ему явно не хотелось разговаривать. Он даже не прикасался к коньяку, дожидаясь, пока незваная соседка оставит его в покое.

— У меня «Стрит Файтер», — сообщила она, словно не замечая настроения собеседника, — переделан из «Сузуки Джиксер». До этого была девятисотая «Хонда», но… «Стрит Файтер» прикольнее.

Незнакомец покосился на Гелю, неопределенно пожал плечами и промолчал.

Она не торопясь выпила принесенный официанткой абсент, посмотрела на стопку в руках мужчины, полюбопытствовала:

— Не боишься ГАИ или… ездишь настолько умеренно, что это помешать не может?

«Умеренно» она произнесла с нескрываемым презрением, но незнакомец не отреагировал на вызов. Медленно втянул в себя коньяк, поставил рюмку на столик, поднялся.

— Я тебя видела здесь… несколько раз, — сказала Геля, — запомнила не только из-за мотоцикла. Каждый раз, когда ты появлялся, погибал кто-то из моих знакомых. Совпадение или ты демон смерти? — Последние слова она протянула с насмешливым пафосом.

Мужчина пристально посмотрел на нее и сел обратно за столик.

— «Стрит Файтер»? — переспросил он. — Агрессивно, стильно, но… Для трюков и городской езды. Экстремальной городской езды, — поправился незнакомец. — Наверняка точеные мосты, убран пластик и поставлен кроссовый руль?

— «Рентал», — подтвердила Геля.

— Снобизм, — с тем же невозмутимым выражением лица заявил он, — причем — массовый снобизм. Я бы даже сказал — распространенный. Как у байкеров.

— У кого-то может быть. А мне — по душе, — девушка явно обиделась. — С этим надо жить. Это в душе, в голове. А не так, как у тебя: для красоты и с… коньячком.

— Для красоты? — задумчиво переспросил незнакомец. — Почему бы и нет? Только это тоже в голове. Что же до женщин… Они хороши на заднем сиденье.

— Особенно Ширли Малдоней и Анжелла Савое, — язвительно ответила Геля. — Что же до снобизма и массовости… У тебя на шлеме номер Валентино Росси, который уже полгорода носит. Только не говори, что он твой кумир, а то меня окончательно стошнит от штампов.

— Можешь не верить, но этот шлем действительно принадлежал Росси, — прищурился он, — а мой кумир Колин Эдварде. Шлем — что-то вроде амулета. Росси подарил его моему другу, когда у того, скажем так, был хороший день. А друг подарил его мне… примерно в такой же день. В нем я обычно побеждаю.

— Да? — усмехнулась девушка. — Хочешь пари?

— Зачем?

— Даже не «какое», а «зачем»? — В ее голосе послышалось презрение. — Просто так. Потому что это тоже должно быть в душе. И в характере. Говоришь, мой железный мальчик — снобизм? Я тебя на нем сделаю…

— Это невозможно физически, — поморщился он. — Ты знаешь это не хуже меня.

— Если б была не уверена — не предлагала бы. Просто нужно немного уравновесить шансы. Усложнив их. Кто быстрее через весь город по заранее обговоренному маршруту — и любую ставку. Все, что пожелаешь.

— А что хочешь ты?

— Уже прицениваешься и торгуешься?

— Хорошо. Идет, — он протянул руку, и она вложила в нее свою ладонь. — Где и когда?

— Завтра ночью, — сказала Геля, — а маршрут… Сейчас подумаем… Ниночка, — она окликнула официантку, — принеси нам карту города… И еще рюмку абсента…