Читаем без скачивания Эмигрант с Анзоры - Яна Завацкая

– Ландзо. Я слышал, что ты эмигрировал на Квирин с другой планеты.

– Да. С Анзоры, – я невольно стал подражать лаконичному, словно рубленому стилю Айронга. Он наклонил голову, непонятно, что желая этим сказать.

– Ты давно живешь здесь?

– Почти семь лет. А ты?

– Недавно, – сказал Айронг, – меньше одного года. Тебе не удивительно здесь?

– Сейчас уже нет, – ответил я честно. Мы вошли под широкую древесную арку и очутились в Бетрисанде.

– А тебе удивительно? – спросил я. Айронг кивнул. У меня внутри все трепетало. Я, честно говоря, даже не ожидал, что скарж со мной разоткровенничается – хотя бы так. Видимо, это у него от полного одиночества, он, вроде бы, здесь совсем один живет, без своих. Я боялся спугнуть эту его неожиданную откровенность и в то же время хотел продолжить разговор.

– А что тебя удивляет здесь?

– Вот вы, например, – сказал скарж, – видишь... у вас нет никакой воинской культуры, никакой духовности...

– Как это нет духовности? – обиделся я, – у нас пол-отряда в христианской церкви состоит, это что – не духовность?

Скарж покачал головой.

– Я не о том. Я о воинском состоянии духа. У вас этого нет. А ваша церковь, сколько я знаю, учит совсем другому.

Я вспомнил Герта и усомнился в словах скаржа. Хотя, с другой стороны, действительно... не убий... подставь левую щеку... Это тебе не скаржская вера в Вечного Дракона и во что-то там еще.

– Да и не связана никак ваша церковь с вашей работой, – продолжал скарж, – у нас же все пронизано воинским духом, все воспитание, с раннего детства, вся жизнь.

– Ну что ж, – философски сказал я, – все народы живут по-разному.

– Я бы сказал... только не обижайся... вы скорее на наших краалов похожи.

– А что, это должно быть обидно? – удивился я. Скарж неопределенно покачал головой.

– Ну... у нас это бы считалось оскорблением. Но это, конечно, наша специфика, – поспешно добавил он. Потом подумал и сказал.

– Вы все разные. Очень разные. Но вот этот ваш образ жизни... общий... он не способствует, как мне кажется, росту воинского духа.

Я подумал, что на Анзоре у нас очень даже воспитывали этот самый воинский дух. А как его здесь воспитывают – я не знаю.

– Ну и что же тебя удивляет? – спросил я.

– То, что вы – самая сильная в военном отношении цивилизация Галактики. То, что вы, я говорю о вашем отряде, собираетесь воевать с каким-то очень сильным противником.

Мне стало как-то не по себе. Меня будто обвинили в некомпетентности, и что самое смешное, этот скарж прав, мы по сравнению с ним – младенцы в боевом искусстве. Даже Гэсс, мастер боевого рэстана. Да уж, куда нам... как мы можем браться за такие дела.

Я посмотрел на Айронга.

– А ты вступай в наш отряд, – сказал я, – и иди воевать с нами. Тебя возьмут, я думаю. Не откажут.

– У меня свой путь, – неторопливо ответил скарж. Я кивнул. Действительно. У каждого свой путь. У нас, например – воевать с сагонами. Что тут сделаешь? Если мы не умеем чего-то – надо учиться. А если учиться уже поздно...

Да чего стоит все хваленое воинское искусство этого скаржа, все его навыки и умения, и реакция, и даже владение своим телом – рядом с Цхарном? Скаржи так же легко становятся эммендарами и добровольными слугами сагонов, как и люди... прецеденты известны.

А что поможет нам? Что поможет мне, когда я окажусь рядом с Цхарном?

Честно говоря, не знаю и понятия не имею. Но не идти все равно нельзя. Иначе рано или поздно Цхарн придет сюда.

– Мне жаль, что не удается... не удастся дать вам владение своей... э... энергетической основой, – похоже, скарж с трудом подобрал слово на линкосе, – у нас нет времени на серьезные медитации. И ваши наставники попросили меня давать побольше конкретных практических приемов борьбы, но это наивно, они не понимают, что суть совсем в другом.

– У нас мало времени, – сказал я, – видимо, поэтому. А что, Айронг, на самом деле все так ужасно? Мы совсем никуда не годимся?

Скарж слегка улыбнулся.

– Да нет, Ландзо, почему же...

По-моему, он это сказал из вежливости. И тут же заговорил снова.

– В северных горах Кроона... а я родом оттуда, Ландзо... есть мудрые, знающие Путь. Пойми, драки – вовсе не главное. Наши сурги творят чудеса... то, что вы называете телепортацией, предвидение будущего. Настоящее владение энергетической основой дает всемогущество.

– Сагоны вот тоже всемогущи, – согласился я.

– Сурги не похожи на сагонов, – возразил Айронг.

– Это реально помогает вам сопротивляться сагонам? В вашей истории были случаи успешного сопротивления? Вообще ты уверен, что вот эти сверхспособности, владение основой – помогут?

Айронг долго молчал. Потом спросил.

– Хорошо. На что же вы надеетесь?

У развилки мы распрощались со скаржем. Он пошел домой, а я побрел вдоль аллеи, сбоку затененной голубыми кронами артиксийских биарринов, с узкими стреловидными листьями. Аллея была вся вымощена полупрозрачным белым кварцем и казалась ледяной, но камни были шершавыми и не скользили. Мимо меня медленной рысью, громко стуча подковами, проскакали двое всадников на красивых серых конях. За ними неторопливо бежала рыжая крупная собака. Я проводил всадников взглядом. Листва надо мной, фантастически голубая, почти сливалась с небом. Где-то в глубине парка шумел ручей, его не было видно отсюда, но звонкий плеск воды, бегущей по камням, доносился отчетливо.

Айронг как-то расстроил меня. Потому что я не смог ответить на его вопрос. Что-то пробормотал, конечно, но на самом деле не смог. Я понимал, что он имел в виду. Об этом у нас были неоднократно разговоры с Дэцином, да и читал я много на эту тему.

Сагоны, на самом деле, происходят от людей. Они были людьми когда-то, это теперь уже точно доказано. Наверное, они с той самой Прародины, с Терры или еще откуда. Как и все мы. Только сагоны пошли по пути совершенствования своего тела и разума. У них была очень развита биотехнология и психология, а потом они нашли как-то способ превращаться в сверхлюдей – вот таких, способных телепортироваться, занимать чужие тела, подчинять себе волю десятков, сотен людей, и еще Бог знает что, говорят, они, например, в Пространстве могут существовать без скафандра... да много чего про них говорят. Например, они бессмертны. Не рождаются, вернее, рождение – создание каждого сагона – плод творческого труда целого коллектива предшественников. У них коллективный разум. И так далее.

Казалось бы, как прекрасно... как замечательно. На каждой планете, наверное, есть целая фантастическая литература на эту тему – развитие у людей сверхспособностей, вертикальный прогресс, дальнейшая эволюция, сверхразум, сверхцивилизация.

Только вот в реальности ни к чему хорошему эта эволюция не привела. Впрочем, это для нас, людей, ничего хорошего – сагоны решили нас из Галактики выжить. А может, и вообще из Вселенной. Не знаю уж, почему, то ли мы им все же какую-то конкуренцию составляем (ну, уничтожают же люди вредных животных), то ли это они нас так воспитывают, перестраивают по своему образцу... что вполне возможно. Предлагал же мне Цхарн этакий путь совершенствования... Ведь не все обитатели Сагоны стали вот такими... женщин вообще среди них ни разу не видели. Наверное, они и с людьми так хотят, неспособные просто должны вымереть, а способные – пополнить ряды сверхцивилизации.

А что значит все это для самих сагонов, с их точки зрения – кто знает? Счастливы ли они?

Не знаю. Мне в любом случае не хочется превращаться в такого монстра. Для меня они монстры и останутся таковыми. На Квирине принято считать, что сагоны и сами несчастны, взять хоть хрестоматийную историю с Кьюрин, только вот это все действительно чистая литература...

С самого начала борьбы с сагонами и за всю историю много раз делались попытки развить и у людей подобные «сверх» качества. И легендарные, и вполне реальные. Изучали религиозный опыт разных народов, под девизом – все равно, что, лишь бы работало. Но все эти попытки, если они оканчивались успешно, приводили к тому, что человек быстрее и прочнее подпадал под влияние сагона – и сам становился, нет, не сагоном, конечно, но подчиненным, эммендаром, слугой... По-видимому, не может человек эволюционировать дальше и не превратиться в сагона. Сейчас эти попытки оставлены, причем до такой степени, что бойцам Дозорной службы даже и простые медитации запрещают. Конечно, есть красивые легенды, например, про кнасторов, людей, якобы развивших у себя способности вроде сагонских, но оставшихся людьми... Но это только и именно легенды. Как и про сына Кьюрин. Да, Кьюрин существовала, и сын у нее был, и даже вроде действительно наполовину сагон, но только вот что с ним на самом деле произошло, никто не знает и не узнает никогда.

Все это и Айронг, конечно, знал. Его и бесило, видимо, что он не может нам передать даже ту малость «владения собой», которую получил на Крооне сам. Сделать нас ну хоть немножечко сверхлюдьми... Ну отказалась уже Дозорная служба от такого пути. Напрочь отказалась.