– Да, в самую точку – кивнул Гэри и остановился. Он силился выдавить из себя улыбку, однако у него это плохо получалось. В ногах не прекращалась предательская дрожь, а руки – даже стальную – то и дело сводило судорогой.
– Из девятисот шестидесяти тысяч тонн доставлено уже пятьсот семнадцать тысяч. Остальные в пути, и полностью весь груз мы предполагаем получить до конца этой недели. Как вам такой график?
– Годится, у нас еще есть время, – соврал Гэри и незаметно поправил пистолет.
– Поскольку специальных указаний я не получал, груз распределялся без сортировки.
– Это не важно. Делайте, как считаете нужным, а я пойду, мне нужно попасть на «Флексию». Где она, кстати?
– Как выйдете к стояночным площадкам, сразу налево. Первое в ряду судно и будет «Флексия».
– Спасибо.
Оставив управляющего на его рабочем месте, Гэри вышел на летное поле и сразу узнал «Флексию», хотя рядом с ней стояло еще несколько таких же кораблей-близнецов. Гэри и не предполагал, как много судов Конфедерации прибыло сюда.
Он еще не дошел до судна, когда ему навстречу выскочили двое членов команды.
«Наверное, догадались» – подумал Гэри.
– Сэр, я судовой старшина Лодвуд! – козырнул человек с офицерской выправкой, одетый в нарочито затасканную спецовку. – Капитан приказал нам встретить вас, как только вы появитесь.
– Про Нури вы уже знаете?
– Да, сэр. Знаем. На нем был датчик.
– Смотрите, вон они! – воскликнул второй встречавший, когда до «Флексии» оставалось уже не более шестидесяти метров.
От здания администрации порта мчалась машина, однако она угрожала не только Гэри и его спутникам – ее целью была «Флексия».
– Они хотят подорвать судно! – выкрикнул Гэри, а старшина Лодвуд и его напарник открыли огонь из скорострельных штурмовых пистолетов. Гэри что было мочи помчался к трапу. Он видел, что пули не достигают водителя, который был хорошо прикрыт с боков. Покрышки же были набиты наполнителем, и от пробоин в них машина лишь слегка переваливалась с боку на бок.
Взбежав по трапу на верхнюю ступеньку, Гэри вскинул пистолет Роберта, и поймав цель на мушку, нажал спусковой крючок. Автомобиль резко вильнул и опрокинулся. Гэри бросился внутрь, и в этот момент прогремел взрыв. Осколки разорвавшейся машины застучали по корпусу «Флексии», однако существенного вреда нанести ей они не могли.
Повинуясь единому приказу, на всех судах Конфедерации стали запускать двигатели. Погрузка была прервана, транспортные ворота грузовиков-суперкарго начали закрываться.
– Вы Герберт Апач, сэр? – спросил кто-то.
– Да, – ответил Гэри, морщась от нарастающего рева двигателей.
Когда искореженный взрывом трап был убран и дверь закрылась, стало намного тише.
– Я Санчес, сэр, помощник капитана. Он приказал мне привести вас к нему, если вы уцелеете.
– Я уцелел. А тем двум парням не повезло.
– Идемте, сэр. Идемте.
Корпус судна затрясся от мощи разгоняемых двигателей, пол качнулся, Гэри стал хвататься за стены. Предупредительный Санчес помог ему удержаться на ногах.
104
«Флексия» и ведомый ею конвой все дальше уходили от Тироля, крики разгневанных диспетчеров неслись им вслед, обещая страшные кары и даже перехват военными силами Золотого Кольца.
Гэри слушал эти предупреждения и улыбался. Очень уж смешными выглядели угрозы ничего не знающих о войне людей, адресованные таким «псам войны», как капитан «Флексии» Декстер.
Вскоре радары действительно показали, что с баз возле Ленокса стартовало около четырех десятков перехватчиков.
Они подошли довольно близко, однако увидев, в каких грозных монстров превращаются корабли-трансформеры, немедленно ретировались.
– Вы уже не таитесь? – спросил Гэри.
– В этом нет необходимости, сэр. Хотя девяносто процентов груза мы оставили, возвращаться сюда больше нельзя. Имперские службы «срисовали» нас во всех подробностях.
«И я тоже не вернусь сюда, – сказал себе Гэри. – Теперь у меня здесь ничего нет».
Капитан Декстер был немолод. На его лысоватой голове играли блики от индикаторных лампочек, правая щека подергивалась. Время от времени он напрямую подсоединялся к бортовому компьютеру и застывал с закрытыми глазами.
– Скоро будем «прыгать», – сказал он наконец. – Все наши суда уже готовы… Ларсон, принеси мистеру Апачу чистую робу, – добавил он, обращаясь к матросу.
Ларсон сейчас же выскочил из капитанской рубки и скоро вернулся с чистым комплектом.
– Вот и отлично, – кивнул Декстер, на мгновение отвлекаясь от показаний сотен приборов и датчиков. – Переоденьтесь, сэр. Ваша одежда в ужасном состоянии…
Гэри опустил глаза и понял, о чем говорит капитан. Его запыленный плащ был распахнут, виднелись залитые кровью рубашка и брюки. Довершал этот наряд заткнутый за пояс пистолет Роберта, с которым Гэри не решался расстаться.
Прямо в рубке Гэри переоделся в пахнувшую мылом просторную робу. На ней не было пояса, и пистолет пришлось положить на колени. Когда матрос Ларсон унес лохмотья, капитан спросил:
– Это была кровь офицера Нури?
– И его тоже, – после некоторой паузы ответил Гэри.
– Через двадцать секунд «прыжок», сэр…
– Хорошо.
И снова уже знакомое ощущение, как будто судно натолкнулось на мягкую преграду. Это был эффект выхода из «прыжка».
– Внимание – ориентация! Артиллерии – готовность номер один!
Навигационное оборудование «Флексии» включилось на полную мощность, выискивая привычные ориентиры своего мира.
– Ну вот, сэр… Через пять часов мы будем дома, – сказал капитан, сверившись с показаниями прибо-ров. – А сейчас Ларсон покажет вам каюту, где вы сможете отдохнуть.
105
Когда Гэри вышел из «Флексии» и ступил на трап, его поразила яркость местного солнца. На Тироле такого солнца никогда не было, тем более в последние дни, когда он не замечал даже времени года.
В отведенной ему каюте он проспал не пять часов, а целых двенадцать. Матрос Ларсон объяснил это тем, что мистеру Апачу следовало отдохнуть, однако Гэри думал иначе. Каменщику требовалось время, чтобы решить, что с ним делать.
Гэри легонько топнул по трапу – он выглядел как новенький. Видимо, успели заменить. Затем взглянул на обувь – это были его старые ботинки, которые он прихватил из дома.
Осторожно спустившись на разогретый бетон, Гэри приставил ладонь ко лбу и посмотрел вокруг. Эта небольшая площадка была похожа на сотни других, невозможно было точно определить, отсюда они стартовали на Тироль или не отсюда. У Гэри вообще было плохо с памятью. Каждый его день начинался будто с нуля – он заново привыкал к окружающему миру и когда, уже под вечер, начинал неплохо в нем ориентироваться, приходила пора ложиться спать, а утром все начиналось сначала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
