— Не представите меня своей спутнице?
— Нет, — отрезал Александр, утягивая меня в очень вовремя открывшиеся двери лифта. Впрочем, это не сильно помогло. Незнакомец шагнул вслед за нами.
— Меня зовут Харли Агрест. Я ассистент мистера Нильсена, — представилась я самостоятельно, наградив Алекса строгим взглядом, на который он, впрочем, никак не отреагировал.
Вырвав руку из захвата Александра, я шагнула вперед, протягивая ладонь для рукопожатия. Но кисть моей руки была перехвачена, а незнакомец склонился почти в церемониальном поклоне, поцеловав тыльную сторону.
— Очень приятно познакомиться, мисс Агрест. Я Кристофер Кадоган.
Пока я хлопала глазами, думая о том, все ли ирландцы так себя ведут, Нильсен уже просочился между нами, закрывая меня своей широкой грудью.
— Жду вас на совещании. Сейчас же, — процедил он.
— Но оно же только через полчаса… — удивился Кадоган.
— Значит, начнем пораньше!
Снова схватив меня за руку, Нильсен вывел меня из лифта, заставив бросить на нового знакомого недоумевающий и слегка извиняющийся взгляд, и потащил прямиком в конференц-зал, в котором могли разместиться не меньше пятидесяти человек.
— Что это сейчас было? — прищурилась я, готовясь устроить маленький, но очень полезный скандал.
— Ты можешь… просто… — Алекс устало схватился за виски. — Не разговаривать.
— Предлагаешь мне вообще молчать? Да что ты…
— Каттен, — он подошел ко мне, положив руки на плечи. — Я ведь говорил, что сегодня мне не нужна твоя помощь, так что не вмешивайся.
— Я вообще-то и не вмешивалась! Что ты мне предлагаешь? Стоять рядом с тобой и притворяться манекеном?
— Нет! — слишком поспешно воскликнул он. — Стоять точно не нужно! Садись, — он придвинул стул к креслу, которое красовалось во главе стола.
— Но секретари сидят там, — указала я на отдельный закуток, оборудованный для таких как я.
— Просто. Сядь. Пожалуйста!
Я слабо понимала, что на него нашло, но покорно села на место, которое он для меня выделил. В основном из-за того, что в комнату начали заходить люди, и пререкаться дальше было как-то некрасиво. Свои вопросы можно отложить и на потом, а вот вникнуть в суть вопроса лучше пораньше. Желательно до тех пор, пока не началось активное обсуждение.
Совещание было посвящено строительству, и члены команд активно обговаривали детали. Кадоган, которого я видела в лифте, оказался главой компании-подрядчика, собравшейся строить новый завод для Нильсена.
На первый взгляд все было вполне неплохо, но меня все же многое смущало. Даже сейчас, бегло просмотрев документы, я видела, что для Александра этот договор не слишком выгоден. Дождавшись паузы в разговоре, я поднялась на ноги, привлекая всеобщее внимание.
— Меня интересуют сроки. Здесь указано, что подрядчик обязуется сдать объект не позднее октября 2024 года. Однако срок аренды участка подписан до января 2025 года.
— Харли, сядь! — послышался рядом недовольный голос, который я проигнорировала.
— И что же вас смущает, мисс Агрест, — улыбнулся Кадоган.
— Участок выдан не столько под строительство, сколько под создание производственного объекта с обеспечением трех тысяч рабочих мест. Но после сдачи в эксплуатацию необходимо запустить производство, что может занять больше трех месяцев…
— Очень дельное замечание, Харли, — Алекс тоже поднялся, сделав шаг ко мне и практически заставляя опуститься обратно на стул. — Доклад об этом как раз должны были подготовить. Мистер Стоукс, мы с удовольствием его выслушаем.
Упс. Неловко получилось… Внезапно захотелось спрятаться под стол. А что, хорошее место. Уютное! И ширинка Нильсена всегда рядом… Красота!
Сев рядом со мной, Александр еще и руку мне на колено положил, как будто пытался таким образом удержать от моей жажды деятельности.
— Я же сказал тебе не вставать, — прошептал он.
— Ой ну подумаешь, дельное ведь замечание было, — ответила я немного смущенно. — И вообще, с чего это ты такой деспот сегодня? Встать мне нельзя… А если я пить захочу!
— То обнаружишь, что вода прямо перед тобой. И даже если ты вдруг захочешь не воду, а чай, тебе его обязательно принесут.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да с чего такие ограничения? — зашипела я.
Смерив меня почти недовольным взглядом, он наклонился и прошептал прямо в ухо, задевая губами кожу:
— Может, я просто не хочу, чтобы все смотрели на твои ноги.
— Ммм…
Что противопоставить этой железной логике я не знала. Хотя вру. Отлично знала. И уже хотела рассказать, что я не его собственность и могу одеваться так, как захочу, а чужие взгляды меня мало смущают… Не успела. Или не смогла. А может быть все сразу.
Как только я открыла рот, чтобы прочитать ему лекцию по основам феминизма, рука на моем колене пришла в движение, медленно поднимаясь выше. По телу прошла легкая волна дрожи, а я почти испуганно глянула на Нильсена. Он не думал смущаться и, кажется, вообще забыл о докладе. Вместо того чтобы слушать очередного юриста, он смотрел на меня с такой похотью во взгляде, что хотелось немедленно раздеться. Неплохо было бы только выгнать из этой комнаты всех ненужных людей, прежде чем оголяться. Но если он продолжит так на меня смотреть, то я за себя не ручаюсь, могу и забыть о какой-нибудь не слишком важной детали…
— Ч-что ты делаешь? — дрожащим голосом спросила я, когда его пальцы подобрались к трусикам и поглаживали чувствительную кожу возле кромки белья.
— Даю тебе стимул сидеть на своем месте, — улыбнулся Алекс, проведя пальцем по трусикам и слегка надавливая.
Это было абсолютно неправильно и даже стыдно, но предвкушение чего-то нового и необычного настолько захлестнуло меня, что я не могла пошевелиться. Где-то на фоне какой-то наверняка умный мужчина бубнил о темпах строительства, но слова не долетали до меня. То, что творил Алекс под столом, было чем-то за гранью. В долбаном конференц-зале, фактически у всех на виду… От этого кровь вскипала еще сильнее. Хотелось застонать и выгнуться, но я лишь прикусила губу, сильнее сжав руки на подлокотниках. Но еще пара круговых движений даже через ткань трусиков и я была готова закричать.
— Алекс, перестань, — выдохнула я, сильнее сжимая ноги, чем только усилила свои ощущения.
— Ты правда этого хочешь, каттен? — вкрадчивым голосом спросил Нильсен, продолжая надо мной издеваться. — Мне действительно остановиться? Совещание будет идти еще о-о-о-о-о-очень долго… И все это время тебе придется сидеть здесь, без возможности прикоснуться к себе или ко мне…
Пока он говорил, пальцы продолжали вести свой танец, надавливая на самые чувствительные точки. И только когда он понял, что довел меня до невменяемого состояния, остановился.
— Ну так что, мне прекратить?
— Не-е-е-ет, — почти простонала я.
— Умничка, — улыбнулся он. — Но тебе нужно быть очень тихой, лилла каттен. Ты же не хочешь, чтобы вместо Стоукса все начали слушать тебя…
Я хотела сказать, что ненавижу его, но подавилась воздухом, когда он отодвинул трусики в сторону, раскрывая мои мокрые складки и надавливая на клитор. По телу пробежал электрический разряд, а ноющее чувство в паху стало почти невыносимым. Хотелось закричать, а еще лучше — начать двигаться… Или сорвать с Алекса одежду и оседлать его прямо в этом чертовом кресле руководителя.
Впрочем, двигаться мне как раз было не нужно. Он отлично знал, что именно мне нужно, как будто читал мысли. Его пальцы двигались так, словно заранее знали все реакции моего тела, заставляя вздрагивать от накатывающих волн удовольствия и сильнее закусывать губу.
Я не знаю, сколько это продлилось. Кажется, тема доклада уже сменилась, и теперь о каких-то нюансах рассказывал совсем другой человек. Ощущения полностью захватили меня, а возбуждение нарастало в геометрической прогрессии. Я уже давно закрыла глаза, тяжело дыша и постоянно повторяя про себя, что мне нельзя стонать. И когда терпеть стало уже невозможно, я услышала легкий, едва уловимый шепот у себя над ухом:
