— Нет, — грустно качнул тот головой. — Я ж говорю. Советник её, козёл редкостный. Раз уж воруешь важную информацию, так воруй всю, а не только то, в чём сам разбираешься. Или думаешь, что разбираешься.
Одно слово. Ко-зёл!
ДЖ-1. Весна.
Второй визит в ангар к братьям Трошиным и к строящемуся дирижаблю, Белла нанесла уже в середине мая, сразу же после визита Ведуна, когда ей в суете будней удалось вырвать наконец-то свободный денёк и накоротке заскочить в мастерские. И первым делом они решительно двинулась к едва проглядывающейся в темноте огромной серой туше сморщенного воздушного баллона под потолком.
— О-о-о, — это были её первые слова, изданные, как только она вошла в ангар. — Ну, конечно же, темнота. Опять темнота! И посреди, как водится, опять груда какого-то барахла. Так, значит, и не убрали. Работнички, — издевательски хмыкнула она.
Добра понатащили, ни пройти, ни протиснуться. А порядка как не было, так и нет. Ни хрена не видно, — поморщилась Белла.
Э-эй, изобретатели, где вы там? — крикнула она в темноту ангара.
— Иди сюда Белка. Сюда, на голос, — донеслось из глубины ангара. — Тут есть на что посмотреть. Не пожалеешь что приехала.
— Я уже жалею, — ворчливо буркнула Белла, осторожно двинувшись на голос кузнеца, доносившийся откуда-то из глубин просторного ангара.
Запнувшись о какой-то мешок под ногами, она замерла удивлённо крутя вокруг головой, с изумлением рассматривая внутренности просторного ранее эллинга, теперь плотно заставленные непонятными какими-то ящиками, большими плетёными корзинами с торчащего оттуда рулонами какого-то незнакомого материала, и вообще непонятно чем.
— Всё нужное, всё нужное, — донёсся голос Богдана Трошина из-за груды какого-то непонятного хлама, прикрытого сверху большим куском старой парусины.
— Что это? — потрясённо выдохнула Белла, не сделав и десятка шагов.
— Дирижабль, натюрлих!
Неимоверно гордый, грязный как чёрт кузнец стоял возле какой-то чёрной, скрывающейся во мраке конструкции и с гордым видом протянув руку назад, указывал на огромное тёмное пятно за своей спиной.
— Да будет свет, — хлопнул он в ладоши.
Вспыхнувший со всех сторон яркий электрический свет залил внутренности эллинга слепящим белым светом.
— Это что? — схватилась Белла за глаза, прикрывая их от слепящего света.
— Это есть генератор, — расплылся в улыбке Богдан. — Полевой дизельный электрогенератор, восстановленный из добычи Димона с Плато и из запчастей, что достали уже здесь, в городе. Денег выкинули жуть просто, возились днём и ночью, но, поверишь, оно того стоило. Лампы — с его же подземного завода. Те, что этот олух не побил по дороге обратно. Перегорят, новых ни за какие деньги не найти. Поэтому редко включаем. Лишь по особым случаям и для особых гостей.
Гордись, ты во главе списка.
— Горжусь, — ворчливо отозвалась растерявшаяся Белла. — Так горжусь, что не знаю, что и сказать. На языке одни матерные слова. Озвучить?
— Не надо, — улыбнулся ещё шире кузнец. — Зато теперь у нас есть свой электрический свет. Правда, ненадолго. Соляры жрёт, гад такой, много, а запасом заранее не озаботились. Промашка моя.
Теперь сидим на голодном пайке и ждём, когда с Басанрога доставят хотя бы пару бочек соляры, чтоб круглые сутки работать.
Свой заводик в Кязиме есть, а толку нет. Пока ещё нормально не заработал, приходится у баронов с перевала одалживаться. А те и рады. Такую деньгу с нас гребут, ужас. Только вот соляра их — дерьмо, доброго слова не стоит.
Так что денежки, что привёз твой Ведун, как нельзя, кстати, придутся, — тяжело вздохнул кузнец. — Не будь их, сейчас бы тут было совсем невесело.
— А нельзя ли как-нибудь притушить свет этот. Слепит больно.
— Можно, — парой громких хлопков чуть притушил кузнец освещение до вполне приемлемого.
— Извини, не подумал. Хотелось впечатление произвести.
— Произвёл, — сердито буркнула Белла. — До сих пор зайчики перед глазами прыгают. Чуть не ослепла. Ладно, показывай, что тут у вас.
— Вот, — снова протянул кузнец руку вперёд, указывая на какую-то неряшливую кучу сморщенного грязного тряпья. — Наш первый дирижабль. ДЖ-1, как мы его назвали.
— По классификации Фомы, признанного нами специалиста по дирижаблям, и единственного нам всем доступного специалиста, дирижабль, так называемого полужёсткого типа. Сверху — баллон надувной, цельный, многосекционный, снизу — рабочая гондола для экипажа и оборудования, ну и всего прочего. Меж собой скрепляются через продольную балку, на которой всё собственно и держится.
— А это что там за пятно?
— Где? А-а-а. Не обращай внимания. Это так, немного в земле испачкали, когда надували. Но это к делу касательства не имеет, не обращай внимания.
— М-да? — хмуро покосилась на него Белла.
— Не успеем сами отчистить, потом дождичком помоет, — с едва уловимым раздражением в голосе проворчал кузнец, недовольный, что его отвлекают.
Дальше. Внутренности состоят из множества отдельных мелких секций, разделённых между собой броневыми крупноячеистыми сетями из паутинной стропы, внутри которых находятся мешки с газом, так называемые баллонеты. Вот в них-то, собственно и содержится несущий газ водород. А сети — это для того, чтобы баллонеты в процессе движения аппарата не смещались и не тёрлись друг относительно друга, и соответственно, чтоб не рвались. Ну и ещё чтоб не нарушалась продольная устойчивость аппарата при движении.
Баллонеты сшиты из этой, — замялся он, раздражённо щёлкая пальцами в попытке вспомнить забытое слово, — этой заразы…, как её…, а — из имперского шёлка, пропитанного каучуком. Ну, забыл, — виновато пожал он плечами. — Забыл, как он называется. Лёгкий, газ держит и ладно.
Но, не сказать, чтоб совсем уж хорошо. Травит понемногу, падла. Приходится постоянно подкачивать. Зато вес ткани получился небольшой, грамм сто пятнадцать всего на метр квадратный. Так что, мысль есть ещё пару раз хорошенько пропитать. Пусть будет ткань потяжелей, но может, хоть потери водорода уменьшатся.
Баллонеты имеют по два клапана: впускной и выпускной. Соответственно мы можем в любой момент как подкачать, так и спустить баллонет, соответственно набирая или теряя подъёмную силу.
Помимо этого под внешней обшивкой предусмотрены четыре балластные ёмкости под воду. Тонн на пять каждая. Ровно над тем местом, где потом предусматривается установка моторных гондол. Четыре штуки. На две гондолы у нас моторы есть, а ещё две — это так, на перспективу. Моторы появятся — установим.
Вода — это для большей пожарной безопасности, — сразу уточнил кузнец. — Думали первоначально закачивать туда воздух, но потом остановились на воде, так безопасней при пожаре.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
