– Эй, красавица, дай лопату.
– Что?
– Лопату дай, – сказал мне третий.
– Ой, да, конечно, извини, – сказала я почти шепотом и протянула лопату.
Ребята копали так слаженно, словно занимались этим каждый день. Чем глубже становилась могила, тем учащеннее билось мое сердце. Касьян включил фары на своей машине. Они осветили могилу так, что все было отчетливо видно.
– Касьян, там уже лунатики лежат, – сказал один из мордоворотов, постучав лопатой по дну могилы.
– Вытащите их, а то девчонка не потянет, – послышалось в ответ.
Мое сердце стучало с такой силой, что еще чуть-чуть – и выскочит из груди, тело тряслось, зубы выбивали нервную дрожь.
Рядом с могилой в ряд легли три больших запаянных целлофановых пакета. По всей вероятности, в них лежали трупы.
– Давай поиграем в задачку с тремя неизвестными. Покажи нам отгадку, найди: какой из них твой муж.
– Я не буду.
– Здесь нет ничего страшного. Если его закопали с двумя бабами, то это вообще облегчает тебе поиски. Проверяй по нижней части живота. Где найдешь мужские яйца, значит, это твое сокровище.
– Я не смогу.
– Здесь с тобой никто не шутит, Яна. Ты не смогла копать, потому что физически это тебе не по силам. Но узнавать твоего мужа за тебя никто не будет. Понятно? Поэтому не зли меня и не доводи до греха. Если ты не хочешь, чтобы прямо здесь я отдал тебя на растерзание этим пацанам, то пойди и опознай своего мужика. Держи инструмент. – Касьян протянул мне садовые ножницы.
Дрожащими руками я взяла ножницы и подошла к первому мешку. Он был большим, около двух метров, а наверху привязана табличка с порядковым номером. Я прислушалась. Какая странная тишина на кладбище, даже собаки не лают. Таинственная, зловещая тишина. Кто-то из мордоворотов принес раскладной стульчик, Касьян сел на него и вытянул ноги, другие встали рядом с ним, не спуская глаз с меня и покуривая сигареты.
– Ну что ждешь, Яна, смотри, какие у меня мальчики, один лучше другого и все тебя хотят. Если через две минуты ты не приступишь к работе, то я отдам тебя им на растерзание, а мальчики у меня будь здоров, разорвут тебя прямо на части. И ты уже будешь сравнивать, с кем было лучше: с ними, со мной или с Малышом.
– Не надо, я все сделаю.
Я начала резать первый пакет. Жесткий целлофан поддавался с трудом. Лучше бы я свалилась в обморок.
Разрезав пакет, увидела, что передо мной лежит женщина.
Ее лицо было сильно изуродовано, тело поели черви. Они были повсюду. Такого количества червей я не видела никогда. Глаза женщины были закрыты, руки связаны. Меня затрясло, я дико закричала, затем упала на землю и чуть не подавилась собственной блевотиной. Меня рвало очень долго, и закончилось это только тогда, когда в желудке просто больше ничего не осталось.
– Ори потише, а то придется тебе пасть скотчем заклеить, – засмеялся Касьян и кинул мне полотенце.
Я вытерлась и встала с земли. К этому моменту я уже ничего не чувствовала, наверное, я была, как зомби. У меня не было никаких эмоций. Наклонившись над вторым пакетом, я начала его резать. Резала с закрытыми глазами, так было легче, по крайней мере не надо смотреть на все это. Когда я открыла глаза, по моему телу пробежала судорога. Передо мной лежал мой супруг. Первое, что меня поразило, это то, что у него были открыты глаза, вернее, одного глаза не было, на этом месте темнело кровавое месиво. Другой глаз смотрел прямо на меня, но зрачок был безжизненный. Лицо сильно изуродовано, но я бы узнала его при любом раскладе. Рот открыт, оттуда торчал безжизненный язык. На теле, вернее, даже в теле, копошились огромные клубки червей. Это трупные черви, я про них где-то читала. Нужно обязательно помыть руки и желательно продезинфицировать. Боже мой, с этим человеком я жила, спала, ела, ходила по ресторанам, а теперь он лежит предо мной в таком виде. У меня жутко закружилась голова, в глазах потемнело, рвать было нечем. Я села рядом с трупом, закрыла глаза и громко зарыдала.
– А теперь докажи нам, что это твой муж.
– На правой кисти руки у него должна быть наколка – «Юра. 1968».
– Покажи мне ее.
– У него руки связаны.
– Развяжи.
– Там везде трупные черви, я боюсь.
– Ничего страшного, потом зайдем в сторожку к Кирилычу и помоем руки.
Я взяла ножницы и перерезала веревку, которой были связаны руки. Затем взяла полотенце и дотронулась им до правого запястья. На нем было выколото – «Юра. 1968».
Касьян подошел поближе и внимательно посмотрел.
– На животе остался огромный шрам от аппендицита. Он длиной во весь живот, – тихо проговорила я. – Хоть ему и брюхо вспороли, но все равно его отчетливо видно. Его даже в газете отметили как особые приметы. Еще зубы. Справа вверху две золотые коронки подряд.
– Хватит, – перебил меня Касьян. – Больше можешь не стараться. Это Юрка. Мой подкрышный коммерсант Юрка. Кличка – Рыбник. Работал по рыбе. Теперь я хочу знать, кому он помешал?
– Мне.
– Почему?
– Я ненавидела его с той самой минуты, как вышла за него замуж.
– Он тебе что-нибудь говорил про деньги?
– Нет. Я даже в офисе у него никогда не была. Он вообще не посвящал меня в свои дела.
– Во Владивосток зачем ездила?
– Твои люди ведь мне кислород перекрыли, а там у меня друг. Хотела отсидеться.
– Ты с ним трахалась?
– С кем?
– С другом твоим ситцевым.
– Нет, конечно. В меня же две пули попали, о чем ты говоришь. Какой, к черту, секс. Я там по больницам лежала.
– Да уж, ты такая заводная, можешь и мертвая трахаться. А теперь расскажи мне подробно, что приключилось с моими людьми во Владивостоке. Они до сих пор не вернулись, и от них нет вестей.
– Сколько ты человек посылал?
– Троих.
– Один погиб в аварии. Второй получил тяжелое увечье, а судьба третьего мне неизвестна.
– Пацаны, давайте делайте обратно, как было. Трупы в могилу и все по своим местам, – распорядился Касьян и повернулся ко мне. – Пока ребята будут копать, ты, дорогуша, расскажешь мне всю свою владивостокскую эпопею. Я хочу знать в подробностях, что случилось с моими людьми.
Мне ничего не оставалось делать, как рассказать Касьяну о том, как погиб тот молодой мальчишка в такси, что мне пришлось сотворить с Комаром и про стрельбу у тысячекоечной больницы. Услышав про Комара, Касьян громко заржал и долго не мог остановиться. Когда могила опять встала на место, мы отправились в сторожку к Кириллычу мыть руки. Он сидел с другом, приговаривая второй пузырь какой-то дешевой муры.
– Ну что, ребята, нашли то, что искали?
– Нашли, Кириллыч, не переживай, – ответил Касьян.
– Но вы там хоть все по уму сделали?
– Как всегда.
– Понятненько, – улыбнулся Кириллыч своей противной улыбкой и налил себе стопочку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
