Читаем без скачивания Мрачный коридор - Михаил Март

Рокки позвонил Хоуксу и велел приготовиться. Но тут мы получили известие от сестры Скейвол. Она просила помочь одному человеку, которого надо было вытащить из больницы. Она нам не сказала имя этого человека, но никто ее и не спрашивал. Мы обязаны были помочь.

Но Хоукс отказался от дежурства. Он ждал звонка шантажистов и боялся тронуться с места. Возник вопрос, под каким предлогом Рокки мог взять машину Хоукса и проникнуть на территорию больницы в воскресный день в семь утра. Идея пришла в голову неожиданно. В субботний вечер Хоуксу позвонила сестра Скейвол.

— Да. Так оно и было, —  продолжила хозяйка дома. —  Я доставляю в административный корпус истории болезней, которые запрашивают врачи. У меня есть возможность заходить в любой кабинет. В субботу вечером я позвонила Хоуксу и сказала, что на столе его кабинета лежит большой пухлый конверт с пометкой «срочно». Хоукс мне ответил, что заберет его в понедельник. Я добавила, что, очевидно, в конверте что-то ценное, он тяжелый. Хоукс клюнул на удочку.

Историю продолжил Рокки:

— Хозяин вызвал меня к себе и сказал, чтобы я поехал в больницу к восьми утра и забрал из его кабинета почту. Я должен был тут же вернуться назад, так как у него на девять назначена встреча. Я точно знал, что мы ему не назначали никаких встреч, и это могло нарушить наши планы. На следующее утро я отправился в больницу к семи утра. Такова была моя договоренность с Харви. Хоукс позвонил в больницу и предупредил охрану, что должен приехать его шофер. По пути я должен был встретиться с Дэллой, которая передаст мне конверт с золотым поясом Лин. Но Дэлла опоздала на полчаса. Дело в том, что ей было поручено достать машину для беглеца, а гаражи, дающие машины в прокат, открываются в семь утра. Получился сбой во времени. Но в итоге все прошло успешно.

— Ты узнал меня? —  спросил я у Рокки.

— В первый момент нет. Ваше лицо было испачкано машинным маслом, и я не видел вас раньше в такой дурацкой шляпе. Я узнал вас, когда увидел гаражную машину у отеля «Атлантик». Я видел, как вы выходили из нее. Когда я привез Хоукса домой, я предупредил Гилберта, что вы появились на горизонте и наверняка будете звонить. Гилберт прослушивал телефон. Мы тут же позвонили Хоуксу и назначили встречу. В пять он должен был ждать нашего звонка. Вы, как мы и думали, позвонили ему, и он сообщил вам о намеченной встрече. К счастью, вы отказались приехать к нему сразу, а пообещали быть готовым к пяти вечера. Но ваше появление окрылило Хоукса. Он почувствовал в себе уверенность. Нам необходимо было выбить его из седла. Дэлла поехала в охотничье хозяйство к Доусону…

Разговор перехватила Дэлла.

— Да. Я поехала к охотнику и предупредила доктора о вашем возвращении и намерении прийти на помощь Хоуксу. Профессор сказал Лин, что час возмездия настал и они сбегают от охотника. Мы остановились в таверне «Белый пингвин» и вынесли решение, что звонить должна Лин. Только ее звонок может вывести Хоукса из равновесия. Но Лин даже не подозревала, что Хоукс не знал об убийстве на Бич-Гроут и никогда там не был. Поэтому мы ограничили ее разговор с мужем несколькими фразами. Лин набрала номер телефона, и Хоукс сразу же снял трубку.

«Майк! Говорит одна из твоих жен. Сейчас мы с тобой встретимся, и ты передашь мне украденные из семьи деньги. После этого я решу, как поступить дальше…» И тут Лин, сорвавшись, произносит незапланированную фразу: «Я буду ждать тебя там, где ты убил Грету Веймер!» Этим она чуть все не испортила.

Доктор Уайллер посадил Лин в машину и повез на Бич-Гроут. Я перезвонила Хоуксу, стараясь говорить голосом Лин. Очевидно, Майка хорошенько тряхнуло это событие, и он не уловил разницы в голосе. Я не распространялась долго, а коротко сказала: «Майк, я передумала. Тебе нельзя доверять. Выезжай немедленно, инструкции получишь в телефонной будке у въезда на северное шоссе». Теперь я была спокойна, что Хоукс не поедет к болоту, а двинется по намеченному нами маршруту.

Дальше рассказ продолжил Рокки:

— Я заранее заготовил записки, отпечатав их на машинке. В них указывалось направление. Я знал, что Хоукс не станет выходить из машины, а прикажет мне доставать инструкции. Мы выехали из дома через пять минут после звонка Дэллы. Хоукс вез с собой деньги —  доказательство против себя. Лин уже была уверена в том, что Хоукс покушался на ее жизнь, что он имел свой счет в банке, и что он собирался сойтись с Гретой Веймер после смерти Лин. Она не сомневалась в том, что это муж убил ее отца, преследуя самые низкие и коварные цели. Путеводитель из записок привел нас на Бич-Гроут. Хоукс сидел в машине и не собирался выходить. Он не знал, куда ему идти, а я не мог ему подсказать, так как играл роль круглого болвана, не понимающего, что происходит. Время шло, стоять на обочине узкой дороги было опасно. Начинало смеркаться, солнце заходило за горизонт. Тут я не выдержал и вскрикнул. Хоукс вздрогнул: «Что случилось?» —  спросил он. Я указал пальцем на заросли и сказал:

— Сэр! Мне кажется, что я только что видел хозяйку! Ваша жена поманила меня пальцем и скрылась за кустарником.

Хоукс словно с цепи сорвался. Он схватил портфель, выскочил из машины и бросился в заросли. Я был уверен, что план сработал, но спустя десять минут появилась ваша машина, и вы блокировали мне дверцы. Я оказался в ловушке и не мог помешать вам.

— Но и вы не успели помешать, Элжер, —  включился в разговор Уайллер. —  Мы очень долго ждали появления Хоукса, и я уже решил, что наша операция сорвалась. Хоукс выскочил на поляну так неожиданно, что я не успел среагировать, но Лин оказалась более бдительной, чем я. Она ждала этой минуты все то время, пока мы жили в охотничьем хозяйстве. Она готовила себя. И она была готова в этот момент. Револьвер оказался в ее руках раньше, чем Хоукс увидел ее.

— Лин! —  вскрикнул он. —  Ты жива! Я так счастлив! Вот деньги, бери! Я отдам тебе все!

— Заткнись! Мне не нужны твои деньги. Мне не нужен человек, который убил моего отца! Ты готов убить любого, кто стоит на твоем пути. Ты думал, что избавился от меня, но ты ошибся. Я оказалась живучей. Но Грете Веймер не повезло. Она погибла от твоей руки…

— Остановись, Лин… Грета была обычной шантажисткой, она пыталась запугать меня. Она пыталась разрушить нашу семью…

— Ты лжешь! Ты и мизинца этой женщины не стоишь! Ты убийца и мерзавец. Таким не место на земле!

— Нет, Лин! Я люблю тебя! Я всю жизнь любил только тебя!

— А что ты еще можешь сказать, трус, стоя под прицелом! Друзья моего отца, я и его вторая дочь Дэлла Ричардсон вынесли тебе смертный приговор. Считаю своим долгом привести его в исполнение.

Тут, Элжер, как всегда, появились вы. Как всегда, не вовремя. Но на сей раз помешать правосудию вы не успели. У Лин оказалась твердая рука. Она не промахнулась. Приговор был приведен в исполнение.

— К сожалению, —  добавил я. —  Вся ваша операция была замешана на лжи.

— Ради высшей цели все средства хороши.

— Вы ничего не сказали о девочке, которую я видел у Доусона. Надо понимать так, что это дочь Велмы Райт.

— Да, —  ответила Дэлла. —  Мы обещали Велме позаботиться о ее ребенке. Я забрала девочку у старухи, которая следила за ней. Эта женщина оказалась очень бедным человеком, и она с радостью передала ребенка в наши руки, когда прочитала письмо от Велмы. Велма не хотела видеться с девочкой. Она боялась, что встреча с дочерью надломит ее решимость. Велма была уверена, что убийцы ее отца и мужа все равно найдут способ избавиться от ненужного свидетеля. Стоило им только узнать, что Велма сбежала из больницы, и ей не прожить и дня после этого. Она не сожалела о своем решении и верила, что дочь попадет в хорошие руки. После смерти матери я забрала ребенка к себе. Но как только опасность сгустилась над моим домом, мне пришлось отвезти девочку к доктору Уайллеру. Лин спросила меня, чей это ребенок. Мне пришлось сказать полуправду: «Это дочка той женщины, которая погибла вместо тебя…» Лин не удивилась. Она приняла решение.

— Если это дочь Греты Веймер, то, значит, она дочь Майка. Я не хочу, чтобы девочка оставалась сиротой по моей вине. Она будет жить у меня, и я стану для нее матерью.

— История имеет привычку повторяться, —  заметил Уайллер. —  Когда-то жена Рона Ричардсона взяла на руки грудную Лин и сказала похожие слова: «Если это дочь моего мужа, то, значит, она и моя дочь». Старик не знал, что его первая внучка не будет дочерью его дочери.

— Имеет ли это значение? —  спросила Дора Скейвол. —  Важно, чтобы дети были счастливы, а кто приносит им счастье —  не имеет значения. Я уверена, что Лин знала, что делает, и не ошиблась в своем решении.

В устах Доры Скейвол эти слова имели особое значение. Никто из присутствующих здесь не знал, что их произнесла родная мать Лионел Хоукс-Ричардсон.

Мы могли бы еще долго разговаривать и вдаваться в детали, упрекать друг друга, искать оправдание для каждого поступка либо обвинять и возмущаться. Я не видел в этом смысла. Для меня дело Майка Хоукса было закрыто. Думаю, что полиция и прокуратура так же поступят, и еще одна пухлая папка пойдет в архив.