почтеннейший визирь.
Что ж, во всяком случае, своей надменности этот человек ничуть не растерял. Разве что в глубине глаз затаилось что-то болезненное.
Ну да, наверное, обидно, когда собственная вещь тебя подставила и отпинала. Интересно, удастся ли ему при всех обстоятельствах сохранить свой пост и статус? А то, может, я и неправильно уже к нему обратилась.
Впрочем, обсуждать это Саид ай-Джариф явно не собирался. Вежливо поздоровался со мной и вербинским послом, проследовал в малый зал и, едва усевшись, заговорил о том, зачем явился.
— Вы правы, прекрасная эрти — я хотел бы поговорить о наложнице Зареме…
Упомянутая как раз в этот момент вошла — и остановилась в проеме арки, прислушиваясь.
— Зарема не продается, — отрезала я.
— Я понял, — с неудовольствием кивнул визирь. — А что вы скажете… если я пожелаю жениться на ней?
— Жениться? — недоверчиво переспросила я. — То есть… через ритуал на крови?
Собственно, ритуал на крови — единственный способ жениться на рабыне и освободить ее.
— Да, — ай-Джариф дернул щекой. — Я намерен избавиться от всех своих жен. Они запятнали себя и мое имя. Та, на ком я женюсь теперь, станет старшей женой…
— Нет, — голос Заремы прозвучал громко и четко. Девушка вошла и остановилась, сложив руки на груди. А когда все пораженно обернулись к ней, уверенно продолжила, — единственной. И всех бывших жен, кроме Фирусы, ты сам выдашь замуж с хорошим приданым.
Какая же она у нас умница! Я и сама думала о том, что остальные жены визиря могут быть не так уж и виноваты — ведь Фируса могла понемногу воздействовать и на них, причем годами.
— Что?! — а вот у визиря натурально отвисла челюсть. — Женщина, ты не можешь требовать…
Зарема пожала плечами.
— Я могу и замуж не выходить.
— Ты останешься рабыней!
— Знаете, Саид-ала, — задумчиво вмешался Демьен. — Мне показалось, что у рабыни дома Мируз куда больше свободы, чем у вольной женщины дома Джариф…
— Но это абсурд!
— А вы подумайте, почтеннейший визирь, — ласково проговорила я, — у вас уже было множество жен — которых вы никак не могли контролировать, о которых вообще, по сути, ничего не знали. И они сговорились за вашей спиной. А Зарема… — я усмехнулась. — Что-то мне подсказывает, что она вполне заменит вам десяток женщин разом. А уж преданнее ее вы точно не найдете. Если, конечно, уговорите ее.
— Уговаривать женщину?! — ай-Джариф возмущенно вскинулся, однако под четырьмя насмешливыми взглядами разом вдруг смешался и как-то сгорбился. Ну да, глупо как-то по-прежнему не считаться с женщинами после того, как одна из них тебя так красиво сделала.
Впрочем, положение спас новый сигнал переговорника и голос Мариам.
— Снова сигналка. Черный ход, — как всегда, все четко и строго по делу.
Кто еще мог заявиться к нам в гости?
…Гость оказался и впрямь неожиданным. Как он теперь-то удрал из дворца без всякой охраны?!
— Светлейший халиф?! — несмотря на все изумление, я все-таки, как полагается, почтительно склонилась, однако Фарид, не отвечая и нервно озираясь, практически втолкнул меня в дом и быстро захлопнул за собой дверь.
— Скорее! Позовите эрти Сафиру!
— Зачем? — я нахмурилась.
— Жениться, конечно! Я ведь теперь глава рода. Я договорился со жрецом в храме неподалеку — он проведет ритуал на крови…
Я недоверчиво распахнула глаза.
А ведь это выход! Не самая высокородная, дважды побывавшая замужем, да еще разведенная женщина — плохая кандидатура в старшие жены халифа. Ее сжили бы со свету главы высоких родов, желающие видеть на этом месте кого-то из своих дочерей. Очень скоро она бы “случайно оступилась на лестнице” или “отравилась несвежей печенькой”.
Но принятие в род через ритуал на крови — совсем другое дело. Он связывает судьбы. Известно, что если один из связанных умрет естественной смертью, со вторым ничего не случится. Но при насильственной смерти… всякое может быть. Покушение на старшую жену халифа в этом случае будет приравнено к покушению на самого правителя, и на это уже мало кто решится. И что самое главное — если двое связаны ритуалом на крови, то магическая защита, которую носит один, распространяется и на другого. А значит, Сафиру тоже будут хранить регалии власти.
И… если в доме Мируз останутся только две вдовы, то у нас появляется еще один выход для всех. Пожалуй, идеальный.
Я покосилась на Зарему. А вот с ней… не совершаю ли я ошибку? Сумеет ли эта девушка, родившаяся рабыней, продолжать настаивать на своем, оказавшись в полной власти мужчины?
…И встретила задорный и уверенный ответный взгляд. А ведь, пожалуй, она и впрямь его продавит. Именно благодаря своему опыту она научилась искать лазейки и даже, когда надо, манипулировать людьми. А великий визирь, как мы уже выяснили, очень легко поддается на манипуляции. Магия магией, но ничего не заподозрить за много лет, при этом обладая сильным даром самому — это надо еще постараться.
Как там у нас в народе говорят — “мужчина голова, а женщина — шея, куда она повернет, туда и глаза смотрят”? Мне никогда не нравилась эта поговорка. Я не хочу быть шеей. Не хочу никем манипулировать и управлять исподтишка, никого шантажировать, ставить условия, обещать награды — я считаю, что партнерство должно быть честным и равным… но ведь Зарема не я. И они с Саидом, вполне возможно, способны идеально дополнить друг друга.
Я так привыкла принимать решения, и привыкла всегда оказываться права… но я ведь вижу, что ни Сафира, ни Зарема, ни, пожалуй, Лейсан не будут счастливы, если мы все, как я хотела, выйдем замуж за какого-нибудь старика. Хотя, вполне возможно, и согласятся на это, если я буду настаивать. Ради меня согласятся — а я хотела бы, чтобы это решение было лучшим для всех.
Да и все эти кандидатуры… я припомнила Расула ай-Зарида. Да и Мурада ай-Фару, до которого мы так и не дошли из-за визиря. Я ведь на самом деле видела — сразу видела — что ничего у нас с ним не выйдет. Потому что второго Ирмаина нет на свете.
Да, решение выйти замуж за Ирмаина было верным — единственно верным! Потому что иначе я бы не смогла найти свою семью. Но теперь, наверное, пришла пора позволить каждому решать свою судьбу самостоятельно.
Я оценивающе покосилась на господина посла, стоявшего в сторонке.
Да… пожалуй, подойдет.
Я нажала на кнопку переговорника.
— Сафира, Лейсан и Рами —
