И словно в насмешку в моей голове прозвучал насмешливый голос Древней богини: «Милая моя, мне можно все. И кстати, скрипи зубками потише, это все-таки именно моя заслуга, что на тебя обратил внимание не какой-то там заштатный лекарь или наемник-бродяга, а ректор академии. Но ты была хорошей девочкой и заслужила самое лучшее. Мы заслужили самое лучшее. А теперь притихни и не мешай мне развлекаться. Я ждала этого часа пять поколений. Ах да… С днем рождения, милая. Да-да, он именно сегодня, у тебя неверные данные. Идем, устроим себе праздник души и тела».
И пока я пыталась прийти в себя после шока от услышанного, богиня вновь капризно потребовала:
– Исхуро? Мы идем или так и будем стоять и ждать у моря погоды? Кстати, я уже знаю, на что потрачу свою часть гонорара. А ты?
Глава 30
Я о-о-очень старалась вести себя тихо, уже осознав, что все без исключения мои мысли и эмоции не являются тайной для богини. И не отвечала она не потому, что не слышала, а потому что у нее были дела поинтереснее, и сейчас она элементарно не желала со мной общаться.
В принципе я тоже не горела желанием, задумавшись о таких серьезных вещах, как покровительство Древней и кое-какие семейные тайны, пока мы с демоном поднимались по лестнице и искали апартаменты Шеркея.
Значит, я родилась не весной, а сегодня? Умный ход. Очень умный, тут даже не поспоришь. Но почему я сама об этом не знаю? Обидно… И себя на весну только настроила, и Азарина в заблуждение ввела.
Азарин…
Тут я вздохнула еще грустнее. Это что ж такое получается? Наша любовь не настоящая? Фальшивка? Всего лишь желание Снежанны пристроить меня в руки понадежнее?
Обидно…
«Хватит ныть!»
Внутри меня раздраженно рявкнула своенравная Лиса.
«Не мешай мне наслаждаться моментом, иначе…»
Многозначительная пауза была откровенно угрожающей, и я предпочла быстро-быстро согласиться и настроиться на показательную порку Шеркея, разом забыв о такой мелочи, как свои обиды и неблагодарные мысли о корыстных помыслах праматери.
Все лишь во благо. Во благо нас.
Только так и не иначе.
«Умница».
Праматерь подобрела, и я, как наяву, почувствовала, что меня окутало ее теплое божественное сияние. Сила и свет.
И магия.
Моя. Уже моя магия.
О Бездна… Как же это волшебно!
На какое-то время я даже выпала из реальности, упиваясь невиданной ранее силой, но громкие возгласы по краю сознания заставили меня вынырнуть из эйфории и сосредоточиться на происходящем снаружи. Снаружи моего тела.
А там…
Немного шокированно рассматривая полуодетого (лишь в брюках) полковника Барета, с трудом удерживающего истерящую лэри Шеркей, одетую только в мужскую рубашку, я всеми силами пыталась вникнуть в суть происходящего и разобрать смысл слов, которые сейчас были для моего разума невнятной какофонией звуков. А еще мы стояли в спальне, и за спинами ее хозяев недвусмысленно мелькала смятая постель.
– Дрянь! Мерзавка!.. – кричал Пес, срываясь на визг и периодически дергаясь в руках полковника.
– Господа, вы немного не вовремя… – пытался призвать к порядку смущенный полковник.
– Снежанна, может, и правда с утра продолжим? – сомневающимся тоном предлагал Охотник.
– Нет! Я хочу закончить этот фарс здесь и сейчас! – капризно топнула ногой праматерь, звонко хлопнула в ладоши, отчего по комнате пролетел ледяной вихрь, и следом опустилась звенящая тишина. – Вот так-то лучше. А теперь молчим и слушаем меня…
Богиня, нисколько не стесняясь того, что, судя по всему, помешала будущим любовникам (а может, уже и состоявшимся), прошла до окна и со всем комфортом расположилась в кресле. Расправила несуществующие складочки на платье, устроила руки на подлокотниках и только после этого высокомерно улыбнулась остальным, рассматривающим ее с явным опасением.
– Шеркеюшка, напомни, как звучал заказ ценой в полторы тысячи золотых?
Пса перекосило, но он нашел в себе силы ответить, хотя говорил буквально сквозь зубы:
– Доставка обезвреженной Микаэлы.
И все? Глупость какая… Смысл?
– Микаэла доставлена. – Богиня цинично усмехнулась и развела руки. – Будь любезна, лапушка, расплатись с исполнителем.
– Ты не Микаэла!
– Разве? Есть какие-то сомнения? – Снежанна позволила себе явную усмешку превосходства. – Можем провести генетический анализ.
– В Бездну анализы! – Пса снова перекосило, и он вырвался из ослабленного захвата полковника. Подскочил к богине, склонился и прошипел ей прямо в лицо: – Ты уже не хранитель, ты богиня!
– А ты не так безнадежен, как казалось. Умнеешь буквально на глазах. – Снежанна ехидно фыркнула и снисходительно потрепала красотку по щеке, отчего та дернулась назад и злобно оскалилась. – Фу, детка. Фу. Даже не думай. Уничтожу.
Несколько неимоверно долгих секунд в комнате стояла гнетущая тишина, а затем Красотка отступила назад к полковнику, позволила ему себя обнять, отчего лично я впала в некоторый ступор, а Снежанна лишь фыркнула снова.
Девица же, с вызовом задрав подбородок, процедила:
– Зачем пришла? Позлорадствовать?
– О нет! Что ты? Как ты только мог обо мне такое подумать? Я – и злорадство? Ха! – Явно переигрывая, праматерь звонко расхохоталась, а затем уже совсем иным, жестким тоном продолжила: – Я пришла за компенсацией, крошка. Из-за твоих посягательств княжна Микаэла подвергалась значительным лишениям и была вынуждена покинуть отчий дом, чтобы найти истинную защиту в чужих краях. За это с тебя пятьсот золотых. Сумма не обсуждается.
Выдержав паузу, чтобы Пес успел обдумать прозвучавшую информацию, Снежанна уже снисходительнее добавила:
– Кстати, я сегодня добрая. В честь своего дня рождения хочу предложить тебе еще кое-что… Цена – тысяча золотом.
Первым суть пока еще не озвученного предложения понял полковник и торопливо выпалил:
– Нет! Нас не интересуют ваши предложения!
– Вас? – Богиня скептично осмотрела вмешавшегося демона. – А вы, собственно, кто?
Мужчина недовольно прищурился, но большего себе не позволил – лишь вытянулся и четко отрапортовал:
– Позвольте представиться, полковник Барет эрл Некуш, жених лэри Шеркей.
– О… – Жеманно приложив пальчик к губам и позволив ехидству скользнуть не только в глаза, но и на губы, богиня иронично поинтересовалась у Пса: – То есть мое предложение запоздало и неактуально? Что ж…
– Я согласен! – В тоне бывшего князя прозвучало много чего.
И вызов, и отчаяние, и надежда…
Рывок из объятий полковника был резким, как и шаг в направлении богини. Вот только следующего шага не последовало – за беглянкой рванул жених, в два счета ее скрутил, заломил руки, завернул в одеяло, каким-то невообразимым образом умудрившись заткнуть и рот, потому что мычал Шеркей весьма злобно и сопротивлялся агрессивно, явно не желая быть плененным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
