Когда мой отец помахал толпе, Гордон схватил меня за руку и потащил прочь из комнаты, прежде чем кто-нибудь успел среагировать. К счастью, мы не далеко ушли – папа и Говард остановили его.
– Ты не можешь этого сделать, – выпалил он.
– Конечно же, могу, дорогой, – ответила я сладким, как мед, голосом. – Ты использовал мои деньги и деньги моих подруг из Лиги избранных, чтобы купить эту землю.
– Ты не можешь этого доказать!
– Все уже доказано.
Это произнес Говард, выступив вперед и вручив Гордону кипу бумаг. Тому было достаточно прочитать верхнюю страницу. Он сам был юристом, хоть и не практикующим, как мы знаем, но он был достаточно умен, чтобы понять. Но просто на всякий случай...
– Говард отследил деньги, – объяснила я, – как только мы узнали, где искать. Он вычислил все твои грязные махинации: «Биокаст», «Вега индастрис», потом «Дж. Р. Холдинг», и, наконец, след привел к «Джен стар».
Мой отец выступил вперед:
– Черт. Я выпущу тебя на хлопковом поле, дам тебе фору, а потом побегу за тобой с двустволкой. Не думаю, что кому-то будет тебя не хватать.
– Папочка, – сказала я с нежностью, – я думаю, это не потребуется. Уверена, что Гордон все вернет без лишнего шума.
– Ни черта вы не получите.
– О, Боже. – Я посмотрела на Говарда. – Тогда придется поступить с ним по-плохому. – Я невинно пожала плечами. – Мы просто вернемся к гостям и объясним всем журналистам и членам правительства, что тебе будет несколько затруднительно управлять проектом из-за решетки – а именно там ты окажешься, если мы сообщим Генеральному прокурору штата, что «Биокаст» в действительности не существует. – Я набрала побольше воздуха, а потом выдохнула. – Хотя, кто знает, быть может, все эти люди, сидящие там, будут не против? Как ты думаешь?
Его лицо побагровело, а на шее вздулись вены, как красные линии дорог на карте.
– Фред, – сдавленно произнес он.
Я не обратила на это внимания и повернулась к юристу:
– Говард, если люди все-таки будут против, как это квалифицируется? Мошенничество? Вымогательство? Возмещение убытков в тройном размере, потому что наш крошка Горди рассылал подложные банковские отчеты приличным дамам из Лиги избранных? – Я посмотрела на своего бывшего мужа. – В самом деле, Гордон, мог бы придумать что-нибудь получше.
У него подкосились колени. К счастью, прямо позади него был стул. Я жаждала мести, но проливать кровь не собиралась.
– Что с тобой? У тебя изможденный вид. Хотя, полагаю, перспектива провести следующие десять-двадцать лет в компании уголовников у кого угодно вызовет приступ тошноты.
Он уронил голову на руки. Мне даже показалось, что он сейчас заплачет.
Я обернулась к отцу и Говарду:
– Судя по шуму, гости волнуются. Успокойте их, пока Гордон пытается взять себя в руки.
Мы остались одни. Гордон застонал. Через секунду он поднял на меня взгляд. Слезы высохли, как капля воды, пролитая на раскаленный техасский асфальт. Я видела, что его мозг снова заработал. Когда он заговорил, у него был кроткий вид – это не так просто изобразить после всего, что произошло.
– Прости меня, Фред, – сказал он с полным надежды невинным взглядом, который так ему удавался. – Клянусь, я не хотел, чтобы это произошло.
– Ты что, забыл обо всех бумагах, которые обманом заставил меня подписать за несколько месяцев до того, как ушел? Довольно сложно назвать это случайностью.
– Ах, это, – посетовал он. – Ладно, может, меня немного занесло. Но «Джен стар» должна была стать моим счастливым билетом, Фред, понимаешь? – Он застонал. – Все шло так хорошо. Но потом Джанет сделала эти снимки меня с этими... – Он выругался. – Затем она выяснила про «Биокаст». Что я мог сделать?
Это был один из риторических вопросов, но я все равно решила ответить:
– Для начала можно было не впутываться во все это.
Он скривился:
– Клянусь, Фред, я бы хотел вернуться назад и все исправить. Мы все ошибаемся.
Почти то же я сказала матери. Эта мысль поразила меня.
– Позволь мне все тебе компенсировать, – сказал он. – Теперь, когда фотографии изъяты и ты знаешь о «Биокасте», я скажу Джанет, чтобы собирала вещички. Я переоформлю весь проект на тебя и Лигу, как ты того хочешь. И тогда этот проект станет нашим звездным часом. Вместе. Как в старые времена.
Его речь была пылкой, и я вспомнила первые дни нашего знакомства.
– Значит ли это, что ты просишь меня вернуться к тебе?
– Да. Я никогда не переставал любить тебя.
– Правда? – прошептала я. Он начал расслабляться:
– Фред, мы созданы друг для друга, это было сразу понятно. Никто из нас на самом деле не хотел развода.
– Ты прав, Гордон, я не хочу быть в разводе. – Я улыбнулась широкой улыбкой Фреди Уайер, и меня охватило неподобающее чувство удовлетворения. – Но лучше быть разведенной, чем твоей женой.
Я развернулась и, переполненная не самыми благородными, но крайне приятными эмоциями, оставила оглушенного поражением Гордона.
Я взошла на подиум в зале, чтобы сказать несколько слов сбитой с толку публике.
– Леди и джентльмены, надеюсь, вы присоединитесь ко мне и Лиге избранных Уиллоу-Крика и вложите деньги в этот уникальный инвестиционный проект, чтобы помочь тем, кому не так повезло в жизни, как вам.
Один мужчина встал.
– Там не будет поля для гольфа?
– Боюсь, что нет.
– Не будет кондоминиумов?
– Простите, нет.
– Роскошных особняков площадью девятнадцать тысяч футов?
– Их тоже не будет.
Собравшиеся переглянулись, а потом, едва не сбивая друг друга с ног, кинулись прочь из дома. Дело в том, что расфуфыренным гостям Гордона компания меценатов в бежевом кажется не более привлекательной, чем они нам. Так что, когда ушел последний приглашенный, мы с моими родителями, друзьями и членами Лиги поняли, что нашли свой Новый проект.
Девушки издали пронзительный вопль радости, Говард закружил Никки. Гордон сидел оглушенный, как будто не мог понять, каким образом все вдруг пошло прахом.
Джанет Ламберт кипела от злости и просто не могла поверить в происходящее, когда пришли нанятые мною грузчики за ее вещами.
– Ты не имеешь права! – протестовала она. – Это наш дом! У нас есть документы, подтверждающие это!
– Ах да, совсем забыла. Говард?
Мой юрист выступил вперед и протянул еще один документ, на этот раз на дом.
– Подпиши здесь, Уайер.
– Он не будет это подписывать! – завопила Минни, а затем набросилась на меня. – Ты от всего отказалась!
– Верно! Но я не ведала, что творю. Это Гордон меня надул. И если я не ошибаюсь, финансовые документы для этого мошенничества подготовила ты. Надо же, как нехорошо.
