Глава 32
В ужасе подпрыгиваю на месте, хватаясь руками на сердце.
– Антон?!
– А ты кого ждала? – цедит он.
Все-таки щелкаю по кнопке выключателя и вижу Наумова.
Сглатываю.
Он стоит, опершись спиной о барную стойку и сложив на груди руки. На нем та же самая одежда, в которой он блистал в соцсетях. На челюсти проклевывается щетина. Он очень-преочень злой. Губы поджаты, глаза мечут молнии.
Кажется, я вляпалась…
Теперь мне стал более понятен тот звонок от Вики. Очевидно, он ждет меня здесь некоторое время…
Моя подруга меня, вроде как, предала…
Вспоминаю все, что писала ему в период помутнения... Я угрожала своим уходом...
Что ему сказать? Как себя вести?
Смотрю на него распахнутыми глазами и не знаю, что делать. Все возмущение резко испаряется, когда я понимаю, что он приехал ко мне… чтобы вставить пи*дюлей.
– Что, язык проглотила? – холодно спрашивает Антон, отталкиваясь от стойки.
По мере того, как девяносто килограмм злости приближаются, я пячусь назад до тех пор, пока не упираюсь в дверь спиной. По телу проходит дрожь. Слежу за ним, не моргая. Я, и правда, погорячилась, он же понимает? Я не хочу никуда уходить...
Бес замирает в шаге от меня, а я не знаю, чего от него ждать.
– От... откуда ты? – спрашиваю, пытаясь звучать уверенно.
– От, бл*ть, верблюда! – рычит Наумов и сдергивает с моей головы шапку и отшвыривает ее в сторону.
Смотрит зло сверху вниз, и от его близости и агрессивности у меня колени подгибаются. Но не от страха. Я, блин, просто без ума от этого мужчины. Открываю рот, чтобы сказать «прости, я кретинка и дура, и идиотка...», но он смотрит так, что я тут же его захлопываю и прячу глаза. Антон подхватывает пальцами мой подбородок, заставляя смотреть себе в глаза.
Чувствую его запах и хочу, чтобы он меня обнял. Обнял и сказал, что любит. Сказал, что любит нашего ребенка. Тогда я сделаю для него все, чтобы он ни попросил. Он приехал ко мне. Он приехал, потому что не собирался принимать приглашение Даны Марч (я все еще убеждена в том, что она его сделала).
– Антон… – шепчу я.
– Закрой рот и слушай, – велит Бес, упираясь руками в дверь рядом с моей головой.
Ладно.
Смотрю на него, как мученица.
– Еще хоть раз… – тут он делает глубокий вдох. Его грудь поднимается и опадает. – Еще хоть раз попробуешь не брать трубку, когда я звоню, я тебя, бл*ть, отлуплю ремнем!
Хлопаю глазами.
– Поняла меня? – гаркает, ударяя кулаком в дверь за моей спиной.
Вздрагиваю.
– Да… я… да… – лепечу.
– Где ты была? – мрачно спрашивает он. – Шлялась одна, уже полдвенадцатого!
– Я…
– Ты совсем ох*ла, Алёнушка, – сообщает Антон, переходя к насущному.
Снимает резинку с моих волос, они у меня лохматые и нечесанные.
– Ты сказала, что собираешь вещи. Вытра*шь так мой мозг еще раз, и я вытра*ю тебя.
– Ладно… – шепчу, не в силах оторвать от него глаз.
Он берет мое лицо в ладонь и оттягивает большим пальцем нижнюю губу. Запрокидываю голову и закрываю глаза, выдыхая:
– Антон…
Я перегнула палку, но это от того, что люблю его сильно-сильно...
Боюсь потерять его больше всего на свете.
Чувствую его дыхание на своей щеке. Потом его губы. Он скользит ими по линии моей челюсти, утыкается носом мне в шею. Я вся дрожу. Даже вздох сделать не могу, просто стою и беззвучно молю его прижать меня к себе.
– Нах*й мне Дана Марч? – шепчет, расстегивая пуговицу на моих джинсах. – Вот нах*й она мне, Алёнушка?
– Я люблю тебя, Наумов… – плачу и шепчу, обнимая дрожащими руками его шею.
– А я тебя, – отвечает он, прижимая меня к себе одной рукой, а вторую просовывает мне под джинсы, сминая ягодицу.
– Аа?.. – восклицаю изумленно, пытаясь посмотреть ему в лицо.
– Что, бл*ть, «а»? – вопрошает он, бодая меня носом и заставляя выгнуть шею.
Прикусывает кожу, потом втягивает ее в рот, оставляя засос.
– Ты… любишь?.. – спрашиваю в неверии, потерявшись на миг.
– Ты, правда, такая дура или прикидываешься? – раздражается он и тянет мою водолазку вверх.
Поднимаю руки, повинуясь его желанию.
Стягивает ее и отправляет вслед за шапкой. Тут же накрывает ладонью мою грудь и сжимает.
– Ай… – непроизвольно пищу я.
Больно.
Антон тут же отдергивает руку и проводит согнутым указательным пальцем по моему животу, а потом он ныряет пальцами в мои трусики.
– М-м-м… – стонет мой любимый мужчина. – У меня крышу рвет, когда ты такая мокрая…
