Читаем без скачивания Бросок в безумие - Евгений Малинин

Стас посмотрел на флаг-навитатора, перевел взгляд на пирамиду и неуверенно проговорил:

– Не знаю… Надо, конечно, посмотреть, но вообще-то лучше бы вызвать Крафта – думаю, механик разберется с этим делом быстрее.

Ляшенко закрыл крышку прибора и поднялся с колена. Затем, посмотрев на командира, сделал шаг в сторону пирамиды, Званцев последовал за ним.

Вблизи пирамида почему-то не казалась такой высокой, Званцев вдруг с удивлением обнаружил, что она едва доходит до его плеча. Он машинально поднял руку и прикоснулся к отполированной темно-синей грани, и его ладонь, облитая титанопластом, вдруг продавила мягко хлюпнувшую поверхность! По грани побежала вялая волна, и стройная, казавшаяся несокрушимой пирамида вдруг надломилась по продавленному месту, ее верхушка наклонилась вниз, а затем начала… таять, как сосулька под мартовским солнцем.

Званцев и Ляшенко отступили на шаг, с удивлением наблюдая за тем, с какой скоростью истаивает только что блиставшее сооружение. На настиле палубы образовалась довольно большая лужа синеватой жидкости, медленно, но неуклонно захватывающей все большую площадь. Стас присел на корточки, внимательно вгляделся в эту жидкость, а затем вдруг протянул руку и тронул настил рядом с границей лужи. Когда он убрал пальцы, Званцев увидел на профилированном полиольстальном настиле довольно глубокую четкую вмятину!

Ляшенко поднял голову, сквозь забрало шлема Андрей увидел его изумленно расширенные глаза.

– Андрей, что происходит?

В голосе энергетика сквозила паника.

В этот момент настил под остатками пирамиды вдруг просел, словно был сделан из тонкой пластиковой пленки, попавшей под пламя горелки. Мгновенно в том месте, где стояла пирамида, образовалась воронка, и оба звездолетчика оказались на самом ее краю. Они еще успели увидеть, как прорвалось дно воронки и в рваную дыру стало видно переплетение коммуникаций. Затем им пришлось отступить, так как воронка со все возрастающей скоростью продолжала расширяться, словно процесс распада, начавшийся с пирамиды, перекинулся на самый звездолет!!!

– Возвращаемся!!! – коротко бросил Званцев и быстрым шагом направился к главному вестибюлю палубы. Ляшенко и оба десантника двинулись за ним, с тревогой ощущая, как под их ногами подрагивает казавшийся незыблемым настил. А флаг-навигатор тем временем связался с Главным центром управления и услышал взволнованный голос штурмана:

– Господин флаг-навигатор, три минуты назад отключился Главный компьютер корабля! Вновь активизировать его не удается! Контроль за состоянием звездолета потерян полностью! Что нам делать?

– Уходите! – скомандовал Званцев. – Направляйтесь к первой причальной палубе, к нашему челноку!

– Мы покидаем «Афину»? – удивленно переспросил Пьявко. – Но…

Однако Званцев не дал ему развить свои сомнения:

– Нет, Виктор Андреевич, похоже, «Афина» покидает нас! Мы тоже направляемся к «стрижу»!

Званцев отключил связь, и тут же услышал вопрос Ляшенко:

– Разве мы можем покинуть звездолет без приказа с «Олимпа»?..

– Можем! – жестко ответил флаг-навигатор, прибавляя шагу. – Потому что мы здесь, на месте, лучше разбираемся в ситуации.

– В какой ситуации?.. – не понял Станислав.

– Неужели ты не понял, что это никакая не «Афина»? – В голосе Званцева сквозила злая ирония. – Это муляж… модель в натуральную величину, в которой более или менее нормально функционировало только то, с чем мы могли соприкоснуться! На этой модели нет двигателей, нет систем жизнеобеспечения, ее компьютер только имитировал настоящий компьютер!..

– Да зачем и кому понадобилось подсовывать нам эту… модель? – чуть ли не в истерике взвизгнул Ляшенко.

Званцев оглянулся на своего энергетика и пожал плечами.

– Видимо, только затем, чтобы мы увидели то, что нам показала пирамида!.. Чтобы передать человечеству это самое послание!..

– То есть ты хочешь сказать, что в Солнечной системе и в самом деле находятся… какие-то пришельцы? – оторопело переспросил Станислав. – Ты хочешь сказать, что все нами увиденное произошло на самом деле?

– А ты думаешь, что некие богатые… очень богатые шутники решили разыграть Космофлот Земли? – саркастически поинтересовался Званцев. – Нет, мой дорогой, это не розыгрыш!..

Он секунду помолчал, восстанавливая дыхание, и добавил:

– Только одно не дает мне покоя – эта… трехглазая морда сказала, что людям уже было предложено убраться из Солнечной системы, что-то я не помню такого предложения! Интересно, кто и когда его получил и почему никто о нем не знает?

Званцев перешел на легкий бег, в дрожащем свете нашлемных фонарей он заметил, что стены вестибюля потеряли свою окраску и стали покрываться странными складками, словно пластик, из которого они были сделаны, потерял свою прочность и начал «морщинить» под собственной тяжестью.

В этот момент снова вышел на связь штурман десанта:

– Командир, мы покинули Главный центр управления, но не можем спуститься на транспортную палубу! Гравитационная шахта не действует, ее проем затянут такими странными… сосульками… потеками… не пойму!.. И потом, у нас здесь по щиколотку какой-то жидкой дряни!!!

– Попробуйте пройти межпалубным коммуникационным колодцем! – мгновенно отозвался Званцев. – Эти колодцы должны держаться до конца. Наш механик знает, где находится ближайший! И торопитесь, помните, что «саранча» не годится для открытого космоса, ее ресурс двадцать пять минут, а затем титанопласт полопается!..

– Командир, колодец рядом! Мы идем! – радостно воскликнул штурман.

– Будем надеяться, что им никто не помешает… – пробормотал флаг-навигатор про себя, неожиданно вспомнив исчезнувшую «черепаху».

Между тем они уже достигли поворота, который вел к входному холлу первой причальной палубы. Короткий бросок, и четверка Званцева оказалась перед люком, ведущим на палубу. Как ни странно, и сам холл, и входной люк выглядели совершенно нормально, видимо, процесс деструкции, охвативший, как думал Званцев, весь корабль, сюда еще не дошел.

Ляшенко опередил командира. Под его опытной рукой щиток, закрывавший пульт управления люком, мгновенно отошел в сторону, и пальцы энергетика быстро забегали по клавиатуре. Спустя секунду крышка люка чуть выдвинулась и, скользнув вправо, открыла вход на причальную палубу. На средней взлетной полосе спокойно стоял «стриж» десанта.

И снова заработал блок связи скафандра флаг-навигатора.

– Командир, – в голосе Пьявка слышалась тревога, – мы уже рядом, но нас преследуют две какие-то… не пойму, то ли машины, то ли… зверюги! Высотой с полметра, напоминают…

– Черепах?! – подсказал ему Званцев.

– Именно, – подтвердил штурман. – Мы пытались от них оторваться, но они двигаются, похоже, гораздо быстрее нас. Правда, держатся они метрах в десяти, но и не отстают! Младший лейтенант Ожегов предлагает их уничтожить!..

– Ни в коем случае! – воскликнул флаг-навигатор. – Передайте десантникам, которые вас прикрывают, чтобы они ни в коем случае не атаковали «черепах»! Если только те попробуют приблизиться, а они могут сделать это очень быстро, пусть встречают их гравитационными ударами, причем сразу на полной мощности граверов! Вряд ли им удастся их уничтожить, но, возможно, получится их опрокинуть на спину. Но пускайте в ход граверы только в самом крайнем случае! Вы поняли меня?!

– Понял! – чуть задыхаясь, ответил Пьявка, и Званцев понял, что тот бежит.

«Да, Виктор Андреевич, – неожиданно для самого себя насмешливо подумал флаг-навигатор, – давненько вы в скафандр не залезали!»

Жестом он подозвал к себе обоих десантников.

– Возьмите под наблюдение весь объем причальной палубы! Пресекайте любую попытку атаки нашего челнока, это единственное средство уйти отсюда!

И словно в ответ на короткий взгляд сержанта, брошенный в сторону стоявших на резервных полосах челноков, добавил:

– Боюсь, что эти машины, как и сам звездолет, всего лишь неработающие модели!

Десантники молча кивнули и быстро заняли позиции по обе стороны от «стрижа».

Званцев внимательно оглядел причальную палубу. На первый взгляд все, казалось, было в норме. Но опытный глаз флаг-навигатора сразу же заметил чуть изменившийся, какой-то «оплывший» профиль несущих потолочных балок, едва заметный прогиб обеих лестниц, ведущих на антресоль, легкие наплывы в верхней части шлюзовых ворот.

«Так… – мелькнула в голове холодная от отчаяния мысль, – и здесь началось… Быстрее бы подходили ребята, а то мы здесь застрянем… насовсем!»

Званцев еще раз посмотрел на ворота палубы, было большое желание приказать высунувшемуся из кабины пилоту запустить автомат открытия шлюза, но он понимал, что для этого надо откачать из объема палубы воздух, а тогда входной люк, ведущий внутрь корабля, обязательно закроется.