Осенняя прохлада сменилась зимним холодом. В конце ноября король Джеймс начал наступление. Но в командовании армией существовало слишком много проблем: шла яростная борьба за лидерство. И пока шотландские генералы решали, кто же будет главным, англичане стремительно продвигались вперед и в конце концов прижали войско шотландцев к реке Эск. Для Шотландии это оказалось катастрофой. Король Джеймс мог лишь наблюдать за тем, как гибнут его лучшие люди.
Эта победа принесла в Белфорд немало радостей и надежд.
Сразу после Рождества Мэтью вернулся из деревни с очередной порцией новостей. Король Шотландии скончался вскоре после того, как у него родилась дочь. Мэри – единственный ребенок короля – осталась сиротой. Судьба, похоже, окончательно отвернулась от Шотландии, и Генрих, вполне удовлетворенный, обратился к другому объекту своей внешней политики – Франции.
Морган наконец успокоилась, уверенная, что Френсиса освободят со дня на день. На смену январю пришел февраль, принеся с собой холод и снег. Морган чувствовала, что нервы ее натянуты до предела, и чтобы немного успокоиться, каждый день гуляла с детьми, закутывая их в шубы и шали до самых бровей.
Они как раз вернулись с очередной прогулки, когда Полли выскочила им навстречу.
– О, госпожа, ужасные новости! – закричала она.
Морган схватилась за грудь. Френсис! О Боже! Только не это!
– Мой господин Джеймс, лорд Джеймс – Седрик говорит, он умер.
Морган едва удержалась, чтобы не расхохотаться, но не радостным, а истерическим смехом. «Что со мной? Я схожу с ума?» – спрашивала она себя. Нет, это просто облегчение. Облегчение от того, что Джеймс наконец обрел покой. Или от того, что Френсис все еще жив?
Собрав в кулак всю свою волю, Морган велела Полли заняться детьми, а сама поспешила наверх.
Две длинные свечи горели на алтаре часовни. В воздухе стоял густой запах ладана. Все, кроме Морган, давно покинули часовню. Она стояла на коленях, молясь за упокой души мужа. И хотя исход его болезни был предрешен давным-давно, только сейчас перед мысленным взором Морган с необыкновенной ясностью предстали долгие годы теперь уже абсолютного одиночества, которые ей предстояло провести в замке.
Все кончилось. Правда, на самом деле все кончилось еще три года назад, а если уж быть до конца честной, то еще раньше – в тот самый день, когда Морган вернулась из Синклер-Хауса.
Она перекрестилась и поднялась с колен. Позади скрипнула дверь. Морган быстро обернулась и увидела знакомую длинную фигуру.
– Френсис! – прошептала она, и эхо отозвалось под сводами часовни.
Он прошел к алтарю, словно не замечая присутствия Морган: похудевший, осунувшийся, с пышной бородой, которая делала его почти неузнаваемым. Френсис опустился на колени у могильной плиты брата.
Морган отошла к входной двери и наблюдала, как Френсис в полном молчании простоял несколько минут.
Наконец он поднялся и пошел к ней навстречу, по-прежнему не произнося ни слова. Все так же молча открыл дверь, пропуская Морган вперед.
– Ты вернулся, – сказала она каким-то глухим голосом.
– Ага. – Он смотрел на замок, положив руки на бедра.
Морган закусила губу, решив не заговаривать первой. На лице его застыло так хорошо знакомое ей выражение – именно так он выглядел во время их ссор, непримиримо и грозно.
– Ты заберешь детей обратно в Карлайл? – не выдержала молчания Морган.
Он продолжал разглядывать башни замка, двор, темное небо.
– Мы уедем сегодня, а то, похоже, надвигается буря.
– Отлично, – вскинула голову Морган, – поскольку я собираюсь в Лондон.
– В Лондон? – Френсис наконец взглянул на Морган. – В такую погоду?
– Ну, – раздраженно бросила она, – я имела в виду, когда погода наладится и дороги просохнут. Уже почти март. Думаю, в следующем месяце и отправлюсь.
Френсис скрестил руки на груди и остановил на Морган ледяной взгляд.
– Ты так стремишься встретиться с Сеймуром, а твой муж скончался только три дня назад!
– Это тебя не касается! Я намерена бежать из этого дикого края, и, надеюсь, навсегда!
– Да, да, – нетерпеливо перебил он, – беги, убирайся, делай что хочешь. Но если ты собираешься бросить Белфорд, я буду настаивать, чтобы ты оставила его на мое попечение.
– Да Бога ради. Живи здесь. Я отдала бы тебе это чертово место навсегда, если бы это не было законным наследством моих детей.
– Мы не переедем сюда, я уже тебе говорил. Но если ты действительно решила уехать в Лондон, я буду следить за тем, как здесь идут дела в твое отсутствие.
– Благодарю, – сказала она, услышав фальшь в собственном голосе.
Френсис еще раз взглянул на небо:
– Думаю, нам лучше отправляться немедленно. Если погода испортится, остановимся у графини Нортумберленд.
И он двинулся по направлению к замку.
– Она будет в восторге, – бросила Морган ему вслед, чувствуя, как бешенство вскипает в груди. – Полюбуешься ее блеклым личиком и остальными прелестями.
Он остановился, обернулся, склонив голову набок:
– Думаешь, ты понравишься Сеймуру в черном? Или рассчитываешь сразу сбросить одежду, чтобы он не заметил цвет?
И он медленно пошел к замку. Морган сжала кулаки и грубо выругалась. Этот тип вечно выводит ее из себя! Имеет наглость ее осуждать, в то время как его брат ей испортил всю жизнь! Да и сам он чудовищно с ней обращался. Морган тяжело вздохнула, надеясь, что не встретится с Френсисом с глазу на глаз до его отъезда.
Почему мысль о его возможном романе с Мэри Перси так расстраивает ее? Ответа на этот вопрос, как и на многие другие, касающиеся Френсиса, она не могла найти и решила больше не спорить с ним. Напрасная трата сил. Главное – она встретится в Лондоне с Томом и обретет счастье в его объятиях.
Глава 21
Легкий туман окутал Лондон. Цветы и деревья вокруг Уайтхолла покрылись росой. Над городом повис запах горелого дерева – с наступлением весны неожиданно похолодало.
Морган выглянула из окна своих апартаментов, перед тем как надеть черное шелковое платье. Квадратный вырез был, пожалуй, слишком глубок, учитывая, что она овдовела лишь два месяца назад. Полли аккуратно закрепила легкую жемчужную накидку на ее прическе. Морган лишь коснулась пуховкой щек, нанося тончайший слой пудры, и удовлетворенно улыбнулась своему отражению.
Она с детьми, Полли, Пег, Агнес и полудюжиной слуг прибыла в Уайтхолл накануне вечером. Освеженная ночным сном, она чувствовала себя прекрасно, хотя и несколько возбужденно. Том был при дворе. От одного из пажей она узнала, что он в Уайтхолле, и ожидала встречи с возлюбленным в ближайшие часы, возможно, даже минуты.
