выдержал Артур.
— Нисколько, — ответила Кира и пояснила, увидев изумленные глаза. — Льгота у меня, по работе. Без подобной машины никак.
Она посмотрела на Илону, с головы до ног покрытую грязью, и покачала головой.
— Нет, в таком виде внутрь нельзя. Я одеяло тебе постелю, не возражаешь? Оно, правда, псиной провоняло, я на нем позавчера щенков из приюта в лечебницу возила…
— Не возражаю, — кивнула Илона. К иррациональному страху перед еще одним выходцем из Иномирья добавилось то самое теплое и щекочущее чувство, когда нутром понимаешь: это свой. — Ольге из «Верного друга» помогаешь? Мы тоже с ней знакомы. И как раз позавчера котят подобрали, но решили уже сами о них позаботиться, вырастить и раздать…
— И правильно, — кивнула валькирия, расстилая по заднему сиденью колючее даже на вид клетчатое одеяло. — У них вспышка энтерита, не до забот о малышне.
— Ох елки, — выдохнула Илона, с трудом забираясь в машину. — Я как оклемаюсь, приеду, помогу. Для мурлык эта зараза все равно не опасна…
Белый кот тут же вскарабкался по свисающему краю одеяла на заднее сидение и угнездился на коленях хозяйки. А подошедшая следом Алиса посмотрела на Киру таким жалобным взглядом, что та махнула рукой.
— Забирайся к мамке. Парень, ты поедешь впереди. И не забудь пристегнуться! А то вы порой как дикие, когда только из Иномирья приходите…
Назад ехали с куда большим комфортом. Машина на колесах с грязевыми протекторами шла по бездорожью, как по асфальтовой трассе. Илона даже не стала спать, а с интересом глядела в окно.
«Универсал» Артура ехал сзади, пристроившись в хвост. В зеркале заднего вида отражался Индра с сияющими от восторга глазами. Марку будущей машины, по всей видимости, он тоже себе наметил. Марыся, превратившаяся в жабу, восседала у него на плече, как отважный капитан на палубе огромного фрегата. И — удивительно! — ехали они молча и без пререканий. Кот сидел на коленях у Илоны и громко, без перерыва, мурчал, перебирая лапками то по животу, то по ногам. Илона хотела задать ему десятки вопросов, но сил не хватало даже на один.
Из леса выехали на трассу, но поехали не в Большие Лопухи, а в центр города. Жаркая погода выгнала людей в ближайшие леса, и на улицах практически никого не было. Лишь около полупрозрачных бочек, в которых вместо кваса лениво плавали разросшиеся до размеров медузы-цианеи чайные грибы, выстраивались очереди. Покупатели спешили запастись жидким здоровьем на всю предстоящую неделю, и даже весьма негуманный ценник их не отпугивал.
С главной трассы Кира свернула в горку и покатила вверх по тополиной аллее. В конце пути клыком из волчьей пасти торчало самое высокое здание в городе, пятнадцать этажей бетона, стали и стекла. Сужающееся кверху, оно напоминало чей-то острый зуб. Илону затрясло от недавних воспоминаний.
Кира оглянулась через сиденье и покачала головой.
— Закутайся в одеяло, хорошо? У тебя, видимо, жар начинается. Ко мне поднимемся, и я тебя поправлю. Только остальных дождемся.
Артур с девчатами отстал, его машина была не столь маневренная и в горку ползла с трудом. Валькирия припарковалась в самом дальнем углу двора, на специально очерченном квадратике с номером квартиры.
— Сейчас пройдем мимо нашей дворовой Полиции нравов, что бы они не сказали — не обращайте внимания, — предупредила она, помогая Илоне выбраться. — Блюстители у нас хорошие, душевные, просто заносит порой не в ту степь…
Илона только хотела спросить, что может делать патруль в жилом дворе, как взгляд ее упал на лавочку у единственного подъезда. На ней тремя девицами под окном чинно восседали бабки в разноцветных платочках. Типаж Илона определила с одного взгляда и, не выдержав, тихонько рассмеялась.
— Все нормально, у меня таких на работе с избытком, я привыкла.
Процессия подошла к подъезду и присела на соседнюю лавку. Бабки уставились на новеньких во всех глаза, разглядывая помятую и чумазую женщину в клетчатом одеяле, почти взрослого парня в зеленой куртке и джинсах, испачканных травяным соком, и девочку-подростка с белым котом на руках.
— Кирочка, ты работу уже на дом брать начала? — жалостливо заохала одна из старух, покачивая головой. — Понимаем, миленькая, как важно твое Служение, но хорошо ли это, не будет ли здесь проблем?
— Не будет, Марья Евгеньевна, — отозвалась Кира с улыбкой. Вот уж кто прямо лучился благополучием и радушием, несмотря на грязную одежду! — Мы давно вступили на светлый путь исправления, как наши многомудрые Великие завещали, и только тлетворное влияние главы семьи мешает этой женщине очиститься и возвыситься до порядочного уровня. Но мы уже работаем над этим!
— Ох ты ж несчастная! — наперебой заохали бабки, не забывая, впрочем, шнырять взглядом по Илоне, рассматривая ее с головы до ног.
— Не переживай, деточка, — подслеповатая Марья Евгеньевна подошла поближе. — Такое бывает, многие по молодости да по глупости оступаются, главное, теперь головой думай! Не грех и развестись, сама знаешь, если муж пьет и бьет, несмотря на вразумления храмового жреца, Великие не запрещают от него уйти!
— И людей не слушай, — забубнила другая бабуля, в красном платочке. — Они тебе скажут, что сама виновата и мужика надо было вдохновлять лучше, но я тебе так скажу, водка разум портит и вдохновить уже никого не получится. Плюнь и выбрось из головы. Зато смотри, детки у тебя какие хорошие! Сынишка-то симпатичный, прямо загляденье, тьфу-тьфу на него!
Индра, поглядев на плюющуюся бабку, на всякий случай сделал шаг назад.
— Ты его лет в пятнадцать родила, да? — не унималась старуха. — Не печалься, не было у тебя ума, что поделать? Зато смотри, какая теперь надежда и опора! Главное, сейчас завязывай с этим делом, и от козла своего уходи, а то какой пример ты дочке подаешь? Что она видит с самого детства? Пьянки да драки? А сынок? Еще немного и сам начнет к бутылке прикладываться!
Сзади раздалось негодующее фырканье, тут же прерванное ловким и незаметным пинком Киры по ноге.
— Я поняла вас, милая женщина, спасибо огромное за добрые слова, — Илона, стиснув от боли зубы, склонила голову в поклоне. — О детях не жалею ни капли, а остальное обязательно исправлю с помощью Киры, как вы и советуете.
— Вот и славно, — заулыбалась довольная бабка, не заметившая сарказма. — Кирочка, а это кто? С машиной своей куда прут в наш двор?
— Это коллеги из Полиции нравов, — соврала Кира, глядя на выбирающихся из «универсала» Артура и Ксану с Июлией. — Сами же знаете, с инспекцией в неблагополучные семьи лучше под прикрытием ходить, в гражданском… Иначе лови их потом по всем окрестностям.
— Все
