Читаем без скачивания Черный путь - Иар Эльтеррус

– Ведьма! – прошипел маг, ненавидяще глядя на девушку. Он начал понимать, что живым ему отсюда не выйти.

– Черная Ведьма, – продолжая улыбаться, поправила его эльфа. – Так что вы там говорили, ваше величество? – обратилась она к королю.

– Я хотел бы принести вам клятву вассальной верности, – повторил тот.

– Абсолютной верности, – безразлично поправила Мария. – Или умрите. Мне все равно.

Глава Синклита прикусил губу. Если человек, принесший вассальную клятву, обладал свободой выбора, то тот, кого угораздило поклясться в абсолютной верности, становился добровольным рабом. Он мог делать все, что угодно, если не получал приказа. А если получал, то ослушаться просто не мог. Король слышал, что вар Айренал как-то раз поиздевался так над одним не в меру строптивым магом из темных эльфов – тот принес хозяину Дома невольников абсолютную клятву, а потом резал себя на кусочки, повинуясь приказам Саллана. Да и не только резал…

«Умереть я всегда успею», – подумал король.

– Я согласен.

– Хорошо. Подойди.

«Девочка, ты уверена, что оно того стоит?» – осторожно поинтересовался Эстаи, пока король Алеарта медленно шел к Хранительнице, тщательно пряча ненависть в глубине глаз.

«Уверена. Прекрасное наказание для этого самодовольного урода», – ухмыльнулась Мария.

«Он тебе ничего не сделал».

«Он допустил существование закона, из-за которого я попала к Айреналу. Пусть только на одни сутки – но тем не менее. И он понесет за это наказание».

«Вангейт тоже это допустил».

«Учитель пытался хоть как-то с этим бороться».

«Мне кажется, это называется двойными стандартами», – невесело усмехнулся Меч. Чем дальше, тем меньше ему нравилось поведение девушки.

«Мне плевать, как это называется. Я знаю, кто и за что будет наказан. Остальное неважно. И пожалуйста, не надо мне навязывать мораль. Терпеть этого не могу».

«Даже так? Что ж, хорошо».

Голос Эстаи прозвучал зло. Если девочка не хочет сама за собой следить, то он ее научит. Уж Черному Мечу эта соплячка, толком ничего не умеющая, дерзить точно разучится!

Ведьма вздрогнула, в ее глазах отразилось сперва недоумение, а потом страх, что не ускользнуло от внимательного взгляда короля.

«Эстаи, что…»

«Я перекрыл поступление кислорода в легкие, – безразлично проинформировал ее Меч. – Считай это возможностью подумать о своем поведении и о том, не слишком ли рано ты себя возомнила великой и непобедимой Властительницей всея Аенгроста».

«Черт… Прости, я не сдержалась… не подумала… пусти… я же… задохнусь…»

Делать вид, что все в порядке, и держать спокойное выражение лица становилось почти невозможно, хотелось раздирать горло пальцами, разорвать грудную клетку, лишь бы вдохнуть – Меч перекрыл ей кислород на выдохе, когда воздуха в груди почти не оставалось.

«На первый раз прощаю, – сухо бросил Эстаи. Жесткая хватка разжалась, в легкие хлынул воздух. – В следующий раз будет хуже, учти».

«Хорошо. Прости».

Тем временем король приблизился и остановился в шаге от Марии, еще оставаясь в зале.

– Чего же ты ждешь? – ухмыльнулась девушка.

– Если я решу умереть, я выберу менее болезненный способ, – отведя взгляд, сказал он.

– Разглядел барьер? Неплохо… для человека, – насмешливо отозвалась ведьма. – Подойди. Он не причинит тебе вреда. – Король опасливо перешагнул порог. – На колени! Назови свое имя.

– Ренгар вар Кельхад, Властительница.

– Клянешься ли ты, Ренгар вар Кельхад, мне, Марии Сантьяго, именуемой также Марийей, Черной Ведьме, Владычице Предела, в вечной и абсолютной верности? Клянешься ли принадлежать мне телом, духом и разумом? Клянешься ли каждое свое деяние творить лишь во имя мое? Клянешься ли жизнь свою и каждый свой вздох, и смерть свою посвятить мне?

– Да, клянусь.

– Я принимаю твою клятву. Черный Меч Предела засвидетельствует ее! – сжала пальцы на рукояти, показавшейся из ее спины, и резко выхватила Меч.

Дикая, невыносимая боль на мгновение охватила все ее тело – а потом ведьму наполнило ощущение невероятной силы. Не энергии, нет – энергии, наоборот, стало ощутимо меньше. Именно Силы. Она не могла словами или даже образами описать это безумное ощущение, но понимала, что многое отдаст за то, чтобы оно не покидало ее.

– Я подтверждаю клятву и покараю преступившего ее, – разнесся по залу и коридору безразличный голос Эстаи.

Эльфа медленно коснулась мечом плашмя плеча короля и убрала клинок обратно в «ножны».

– Вот так вот. А теперь вернемся к вам, господа. – Она окинула взглядом зал.

Ренгар обернулся – ему казалось странным, что за все это время никто из Синклита, включая предателей, не попытался ничего предпринять. Но присмотревшись к магическому фону, понял. Понял, что Мария собиралась сделать и что она уже сделала. А когда понял – его охватило противоречивое чувство, смесь безграничного восхищения и безудержного страха.

Вокруг зала был вычерчен овал, границы которого являли собой сложнейшее плетение, отделяющее темпоральную составляющую пространства в зале от всего остального мира. Король почувствовал эту линию, еще когда только приблизился к двери, но только сейчас разглядел, что именно сплела эта сумасшедшая. Течение времени в зале контролировалось Марией, что считалось в принципе почти невозможным, и «почти» – только потому, что маги никогда и ни на чем не ставили штампа «невозможно», всегда оставляя тысячную долю процента на вероятность того, что кто-нибудь, наделенный достаточно нестандартным мышлением, сумеет-таки найти способ это невозможное реализовать. И вот этот гипотетический нестандартно мыслящий стоял рядом с ним…

Собственно, никто в зале не пытался ничего предпринять просто потому, что время для них текло со скоростью густого меда. Только после слов Марии оно вернулось к своему естественному ходу.

– Господин Эйзенкель, будьте любезны, отдайте мне этот сосуд. Я найду ему более достойное применение. – Девушка улыбалась почти ласково – и это выглядело гораздо страшнее, чем самый жуткий оскал.

Маг дрожал и трясся, как осиновый лист на ветру. Его пальцы все сильнее сжимали тонкое стекло, и это не осталось незамеченным. Мерритан, бледнея, отступил на несколько шагов от подельника, остальные члены Синклита тоже пытались отползти к стенам, хотя и прекрасно понимали, что если это взорвется – не станет не только зала, но и всего дворца. Да что там дворца – неконтролируемый выплеск шиина в столь концентрированном виде разнесет половину города!

– Тарнан, отдайте вы его ей, – тихо проговорил Мерритан, пока еще сохраняющий остатки хладнокровия.