Ведна покинула дамскую комнату одна. Фонарь так и не загорелся вновь. А Милли... Милли исчезла без следа.
Пока Дор занимался расспросами, Ведна потихоньку отодвигалась к двери. Хотела бежать! Но не тут-то было. Прыгун ловко кинул петлю и схватил ее.
– Так это совершила ты! – вскричал повелитель зомби. Его худое лицо перекосилось, глаза побелели от гнева.
– Да, это совершила я, – призналась Ведна. – Но только ради тебя, повелитель зомби. Ведь Милли тебя все равно не любила. Ей нравился Дор. Кто она такая? Да просто легкомысленная девица, начисто лишенная волшебного дара. Разве тебе такая нужна...
– Она моя невеста! – дико возопил повелитель зомби.
«И мне она была дорога, – эхом отозвалось в сердце Дора. – Я тоже любил ее».
– Негодная, что ты с ней сотворила, отвечай! – потребовал повелитель зомби.
– Отправила так далеко, что вряд ли тебе когда-нибудь удастся ее отыскать!
– Убийство, – мрачно сказал король.
– Не убийство. Я просто использовала свой талант: изменила барышню. Изменила основательно.
«Ловкий ход, – подумал Дор. – Мертвое тело повелитель зомби мог бы переделать в зомби, но сейчас он попросту бессилен».
Прыгун заглянул в корзину для мусора.
– Может, в корзине? – спросил он.
– Мы переберем весь мусор, но отыщем ее! – горячо заверил король.
– Но если даже и найдете то что-то, во что я превратила девицу, дальше все равно ничего не сможете сделать. Без моей помощи она не превратится вновь в смазливенькую глупышку.
– Подколдунья, – мрачно произнес король, – мы очень благодарны тебе за помощь во время осады. Не заставляй же нас менять наше мнение.
– Поду-у-умаешь, – презрительно протянула Ведна. – Открою, почему я встала на вашу сторону: Мэрфи отверг меня, а я очень хотела выйти замуж за какого-нибудь волшебника.
– Ты ведешь себя неразумно, – заметил король. – Если не вернешь девушке прежний облик, будешь казнена.
Ведна вздрогнула, но не уступила:
– Уничтожив меня, вы тем самым уничтожите возможность вернуть девушку. Потому что мой талант исчезнет вместе со мной. А он неповторим.
– Твой талант исчезнет, но родится на свет кто-нибудь другой, а с ним и его талант. И не исключено, что это будет именно топологический талант. Бывает, рождаются люди со сходными талантами.
– Придется ждать десятки лет, а то и столетия! Нет, чтобы спасти эту девицу, вам придется принять мои условия.
– Какие условия? – прищурившись, спросил король.
– Пусть Дор возьмет Милли в жены. Глупая девчонка по уши влюблена в него. А я выйду за повелителя зомби.
– Ни за что! – твердо вымолвил повелитель зомби.
– Девушка тебя не любит. Зачем принуждать ее к браку?
– Со временем она бы меня полюбила.
– И сколько потребовалось бы времени? Лет двадцать, когда нет уже ни молодости, ни красоты. А может, не двадцать лет, а два столетия? А я уже люблю тебя.
– В ее словах есть доля правды, – произнес повелитель зомби, обращаясь к Дору. На лице его выражалось страдание, но он крепился. – Я всегда знал, что Милли любит тебя. Раз уж так сложилось... – Тут голос его сорвался, но он взял себя в руки и продолжил: – Раз так сложилось, уж лучше Милли стать твоей женой, чем мучиться в облике неизвестно кого неизвестно какое время.
Дор вдруг понял, что счастье с Милли вновь стало возможным. «Соглашайся, – уговаривал внутренний голос, – и Милли будет спасена, а вместе с ней и весь замок Ругна. Простым кивком головы ты сведешь на нет последние отчаянные усилия Мэрфи».
Искушение было велико, но Дор понимал, что Милли не могла избежать беды. Рок подстерегал ее. «Если я соглашусь взять Милли в жены, то все равно ничего хорошего ей предложить не смогу. Скоро я должен возвратиться. Ведна не поверила, что я из будущего, но это так. Ну а если не соглашусь? Тогда Милли останется призраком на восемьсот лет. Ужасно, но неизбежно. Такова ее судьба».
Вмешательство теперь означало бы настоящее изменение истории. Это не вызывало сомнения, поскольку он использовал бы свое знание. Под его рукой возник бы парадокс, то есть запрещенный вид магии. И, пользуясь причудливой логикой ситуации, Мэрфи одержал бы победу. Покусившись изменить слишком обширный участок, Дор тем самым уничтожил бы самого себя. То есть опять исполнил бы волю проклятия.
Ну а если он отвергнет предложение Ведны? Тогда король Ругн все равно окажется в проигрыше, так как повелитель зомби повернет свои силы против него. И снова победа останется за Мэрфи.
«Как же быть?» – спрашивал самого себя Дор. Получается, любой путь, какой бы он ни выбрал, заканчивается кошмаром. Значит, все равно, по какому пути отправиться. Значит, ему, Дору, можно пойти, куда ему заблагорассудится.
– Я отказываюсь взять Милли в жены, – сказал он. Он выбрал! Теперь девушке придется до дна испить чашу призрачного существования. Восемь столетий мучительной полужизни... Ну а здесь какое счастье ее ждало? Счастье стать женой-нянькой маленького мальчика? Счастье жить рядом с зомби?
– Или она останется со своим женихом, или... ни с кем, – добавил он.
– Но я же и есть ее жених! – воскликнул повелитель зомби. – Я люблю ее! И именно потому, что люблю, уступаю тебе! Я согласен на все, лишь бы она не страдала!
– Это настоящая любовь, – промолвил король. – Иной ты и не мог испытать.
– Сожалею, – сказал Дор. Он вдруг понял, что любил Милли гораздо слабее. Иначе он не выбрал бы для нее путь страдания. Из-за его решения все будут ужасно страдать. И он знает, что так будет. Но поступить иначе не может. Иначе разрушится то, что они с такими трудностями пытались спасти. Гибель придет не впрямую, но наверняка. Значит, у него нет выбора.
– Что верно, то верно, – проговорил Дор. – А что неверно, то неверно.
И беспомощно развел руками. Трудная мысль. Невозможно сразу подобрать слова, чтобы передать ее надлежащим образом.
Повелитель зомби печально взглянул на него.
– Мне кажется, я понял, что ты хочешь сказать, – промолвил он и – о чудо! – протянул Дору руку.
Дор пожал ее. Он вдруг почувствовал себя настоящим мужчиной.
– Если ты не превратишь девушку, – грозно сказал король, обращаясь к Ведне, – я отправлю тебя за обруч.
– Не притворяйся, – дерзко ответила Ведна. – Ты не станешь рисковать королевством только ради того, чтобы наказать меня.
Но король не притворялся. Он дал волшебнице еще минуту на размышление. Потом принесли обруч.
– Я могу уменьшить обруч, – произнесла подколдунья. – Он снова станет крохотным, и ты не сможешь им пользоваться.
– Не исключено, что тебе, Ведна, придется пролезать сквозь это самое крохотное отверстие, – сказал король.
И было в его голосе нечто, заставившее под-колдунью похолодеть. Она прошла сквозь обруч и исчезла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
