что будет, если применить воскрешение на живом?» Глаза некроманта засияли зелёным свечением магии смерти, как у тех животных, которые были воскрешены в том походе. И внешность наставника начала меняться. Его кожа не просто побледнела — она стала белой и, подобно луне, сияла в этом полутёмном помещении. Ногти превратились в чёрные когти. Зубы превратились в целый ряд режущих клинков. Мантия стала каким-то подобием доспеха. Вид был жутким. Наверное, так будет выглядеть Арх после того, как умрёт, и его воскресит какой-нибудь могущественный некромант. И жуткий голосище, звучащий в умах двух застывших учеников, проговорил: «Знания и сущность смерти соединились, обратив меня в жуткое подобие бессмертных, которых мы призываем из забытия» Сказав это, он стал меняться, превращаясь обратно в себя, и продолжил: «А как на счёт того, чтобы оживить то, что никогда не было живым?» Он посмотрел на один из монументов, что стояли здесь, и Лукреция спросила: «Вы хотите сказать, что некромантия может воскресить камень? Но в нём же никогда не было духа?» — «Ошибаешься. Во всяком изделии есть дух. Просто он настолько мал, что его невозможно увидеть. Но, ходят слухи, будто бы есть такая сфера магии, которая способна подарить её адепту такое острое зрение, которое поможет увидеть дух даже в камнях. Но речь не об этом. Скажи, что тебе мешает запустить зелёный дух внутрь одного из них и заставить его подчиниться тебе?» Воцарилась небольшая пауза. Лукас прервал её: «Покажите» — «Зачем? Мы так тщательно расставляли их тут, что было бы большим кощунством нарушить такую целостность, — повернувшись к ученикам, он заговорил более серьёзно, — В час великой нужды, когда необходимы будут дополнительные силы, когда покой этого места будет нарушен, когда придётся принимать сложные решения, тогда эти бездушные хранители сыграют свою роль. А пока оставим их в покое. Пойдёмте. Скоро ночь, луна будет нас ждать» Лукреция спросила: «А разве нам не нужно отдыхать? Например, помедитировать?» — «Ни в коем случае. Медитация — это пустая, и я бы даже сказал, это вредная трата времени. Очищая свой разум от всякой мысли, ты не обновляешься, как ты думаешь. Скажи мне, у кого обычно в голове нет никаких мыслей?» — «У мертвеца» — «Вот именно. Мы — не мертвецы, хоть и правим смертью. Поэтому, пребывая в медитации, ты лишь в пустую тратишь время, которое можно было бы провести с пользой. Если устал думать, иди что-нибудь поделай. Устал делать — отдохни, но продолжай думать. Более того, тот, кто научился истинной медитации, так вовсе находится в опасности, потому что он способен подавлять свой разум. А здравомыслие достигается как раз таки при помощи работы разума. Если ты его отключишь, ты станешь уязвим для людей, которые умеют управлять разумом. Но люди — это лишь одна из опасностей, и то не самая большая. Из-за пределов мира на тебя могут влиять иные существа, ещё более могущественные и ещё более безжалостные. Они могут уничтожить твоё сознание, и ты больше никогда не выйдешь из медитации» Что ж, как оказалось, не все книги, которые они читали в детстве, были полезными и говорили о том, что правильно. Однако этот урок они усвоили очень хорошо. И теперь Лукреция с Лукасом будут более разборчивы в том, что принимать на веру. Прежде чем во что-то поверить, нужно хорошенько разобраться в этом или попросить рассказать кого-нибудь, кто хорошо разбирается в этом вопросе.
Обучение продолжилось. Ночью Арх, Лукреция и Лукас пытались взращивать свою связь с луной. Днём пытались научиться контролировать эфир. Наставник время от времени оставлял своих учеников одних и уходил куда-то по особо важным делам. Но всегда возвращался и продолжал наблюдать за их ростом, подсказывать и направлять. Иногда он брался управлять силами Лукреции или её брата, чтобы они почувствовали это и пытались повторять. Сдвиги в этих двух направлениях были, однако очень медленные. Но Арх никогда не торопил их, а даже наоборот, говорил, что они ещё достаточно быстро продвигаются по этому ремеслу. Обычно ученики только спустя целый корл начинают ощущать какую-то связь с луной, а они уже почти приступили к извлечению силы. Да, некромантия — это довольно сложное ремесло, подготовка к которому требует много времени и сил. Тем более, не всякий подойдёт на роль некроманта. Во-первых, человек должен быть ленгерадом. Это обязательное условие. Во-вторых, желательно он должен родиться под луной. И не просто под луной, а именно в полнолунье. В-третьих, желательно получить метку от другого некроманта. В-четвёртых, он должен принять этот путь и стремиться к нему. При таких идеальных стечениях обстоятельств человек встаёт на этот путь уже подготовленным к нему, как это и случилось с Лукрецией и Лукасом — не успели они начать впитывать наставления великого некроманта, как им уже не нужно есть, спать, дышать и отдыхать. Их ничто не отвлекает от познания тёмных сил. Тем более их учителем стал сам мастер Арх, основатель чёрной башни, некто, больший, чем просто ленгерад. И то даже так откровение в магии смерти не посещало их довольно долго. Что ещё можно предпринять, чтобы ускорить их развитие? Наверное, только если за их обучение возьмётся тёмный бог, что придёт из Пустоты.
Знание можно приобрести двумя разными способами: либо дойти до этого самому, либо получить их от кого-нибудь. Лукреция и Лукас не упускали всех этих возможностей. Поставив себе цель достигнуть самых глубоких и тёмный уголков некромантии, они сами прилагали усилия к тому, чтобы продвинуться дальше по этому пути, а также не упускали возможности, чтобы учиться у тех, кто уже продвинулся дальше. Так, ходя в походы, устраиваемые Киланом, они непрестанно разговаривали с косарями, воскресителями и книжником. Никто не скрывал своих знаний, понимая, что каждый некромант — это своего рода проводник и усилитель тьмы. Чем больше в мире будет адептов тьмы, тем более благоприятной будет эта самая тёмная атмосфера. Арх одобрял эти методы. Он даже сказал, что из-за этого тьма над чёрной башней становится более плотной. Чем больше будет учеников и чем сильнее будут становиться адепты, тем сильнее будет эта тьма. Брат и сестра ощущали свой магический рост и получали довольство от этого. Они хотели, чтобы тьма, а в последствии та самая сила смерти, которую они, в конце концов, покорят, полностью проникла в их тела и души, превратив их в самых настоящих бессмертных. Поэтому тёмное влияние отражалось на каждом аспекте их жизни, начиная с внешнего вида, заканчивая манерами изъясняться. Лица юных чародеев становились мрачнее,
