Тот встал, молча кивнул и вышел вслед за Кадием.
— Рад приветствовать вас, — старик указал мне на только что освобожденное Тиджикхом кресло. — Давненько Братство не пополнялось магами.
Я молча присела на край кресла, ожидая расспросов, которые не замедлили прозвучать.
— Решила вступить в наши ряды или по поручению настоятеля? — сев напротив меня, начал допрос старик.
— Настоятель был категорически против, — честно ответила я.
— И что толкнуло тебя на этот сумасбродный поступок?
— Вы тоже считаете его сумасбродным? — вопросом на вопрос ответила я.
— Я — нет, но большинство разумных существ считают именно так. Кстати, я забыл представиться. Араканций Люциуцкий.
— Очень приятно, Хельга. Послушница монастырской школы магов и целителей. Девятый курс, факультет боевой магии.
— Итак, Хельга. Раз ты проделала столь длинный путь, значит, предполагала, куда и зачем идешь. Сейчас меня интересуют твои мотивы поступления в Братство и все, то с этим связано. Только не вздумай врать. Даже мизерная ложь закроет тебе путь к поступлению.
Я глубоко вздохнула, соображая, с чего же начать, и в течение последующего часа рассказала Араканцию свою историю. Всю без утайки. Слушал он внимательно, особенно про поход посла и встречу с островными вампирами, изредка задавая уточняющие вопросы.
— Что ж, — по окончанию моего рассказа сказал Арканций, — твоя история очень занимательная. Рад, что не врешь и не умалчиваешь не красящие тебя поступки.
— Вы меня примете? — с надеждой в голосе спросила я.
— Примем, примем. Не волнуйся.
— А то, что я оборотень, вас не смущает?
— Я вижу больше, чем ты думаешь, девочка. И то, что ты оборотень, не имеет никакого значения. Важна лишь чистота души и помыслов. В тебе нет вселенского зла, жажды власти и крови. Ты неспособна предать ради достижения цели и ударить товарищу в спину. Это главное.
— Кадий говорил, нужно пройти испытание.
— Это и было испытанием. Часто люди и представители других рас, приходя к нам, стараются выставить себя в лучшем свете. Рассказывают, какие они герои, или наоборот, какие они несчастные и обделенные. Большая часть этих рассказов является откровенной ложью. Проверка на предмет лживости — это главное испытание для разумного существа. Если лжет, значит, способен предать ради собственных целей.
— Но я уже рассказала, что довольно часто врала. И преподавателям, и даже лучшей подруге, не говоря уже о настоятеле и его ученике Алене.
— Не нужно путать одно с другим. Это абсолютно разные вещи. Ты пыталась выжить, и твоя ложь не приносила никому горя и несчастья. Разве можно осуждать за ложь голодного ребенка, который крадет краюху хлеба у пекаря, а потом лжет, что не делал этого, боясь наказания?
Я отрицательно покачала толовой.
— Вот и я тебе о том же толкую. Став с нами в один ряд, ты обретешь семью, в которой тебя всегда поймут и поддержат. Но вместе с этим ты приобретешь обязательства, от которых сможешь отказаться только ценой собственной жизни. Я тебя не пугаю, просто хочу, чтобы ты понимала, во что ввязываешься. Цели и задачи Братства широко известны, в то же время о них мало кто говорит. Мы отражаем вторжения из других враждебных миров, отслеживаем по всему миру и пресекаем запрещенные демонические исследования черных магов. Поэтому подготовка бойцов как магическая, так и физическая идет жестко, порой жестоко. Не буду скрывать, несмотря на все наши возможности и мощь, многие братья гибнут в схватках с демонами и чернокнижниками.
— Это меня не пугает. Умереть можно от стрелы в спину или от морового поветрия. И это не лучше когтей демона. А в Братстве есть женщины? — задала я давно интересующий меня вопрос.
— Есть, только очень мало. И тебя мы готовы принять только потому, что у тебя нет ни родителей, ни мужа, ни детей. Мы не можем позволить себе разрушать людское счастье, за которое, собственно говоря, и боремся.
— За это можете не беспокоиться, — заверила я Арканция. — Ближайшие лет сто я замуж не собираюсь, а детей заводить тем более.
— Как знать, как знать, — улыбнулся мой собеседник. — Если в общих чертах тебе все понятно и сомнений нет, то предлагаю на сегодняшнюю ночь назначить твое Посвящение.
— Согласна! — бодро ответила я, еще не веря, что меня все-таки приняли. — У меня есть к вам одна просьба.
— Говори.
— Мой друг, тот вампир, о котором я вам рассказывала, ждет меня у подножия горы. Можно я слетаю к нему, скажу, чтобы не ждал, а возвращался домой?
— Нет. До Посвящения тебе запрещено покидать пределы цитадели, — строго, даже сердито произнес Арканций.
— Почему? — слегка обиделась я.
— Во-первых, с тобой может что-нибудь случиться. Во-вторых, тебе могут «промыть мозги», и обратно ты вернешься уже как зомби-шпион. В-третьих, тебя могут просто подменить, и мне придется начинать все сначала. А магическая проверка, которую я уже минут пять как закончил, отнимает много сил и времени. Слетаешь завтра утром.
— Спасибо!
— Не за что. Иди, отдыхай. Ближе к полуночи тебя разбудят.
Пока мы разговаривали, закат за окнами давно уже догорел, на ясном небе повисли необычайно яркие звезды, а в кабинете Арканция загорелись магические светильники, заливающие комнату мягким серебристо-голубым светом. В дверь постучали. После разрешения хозяина кабинета к нам вошел Кадий.
— Ну как? — весело спросил он у своего учителя.
— В полночь Посвящение. Проводи пока Хельгу в гостевую комнату и скажи, чтобы подготовили для нее постоянное жилье.
— Здорово! Понял, все сделаю!
Попрощавшись с Арканцием, мы вышли в уже знакомый коридор, поднялись по той же лестнице еще на один этаж, и после недолгого плутания по коридорам Кадий указал мне на гостевую комнату, которая мне сразу же понравилась. Точнее, даже не комната, а целые апартаменты из трех комнат: кабинета, спальни и купальни. Пушистый ковер, кровать приличных размеров с воздушным прозрачно-зеленым балдахином, резной деревянный шкаф для одежды, небольшое зеркало без рамы составляли обстановку спальни. В кабинете стол, кресло и пара книжных полок. Самым понравившимся местом оказалась купальня — небольшой мраморный бассейн, в котором легко могли уместиться три человека одновременно, в потолке устройство для подачи воды, на стенах несколько полочек, уставленных баночками и флаконами с благовониями, маслами и мыльными растворами. Дверь в гостевые покои разительно отличалась от всех остальных, которые я здесь видела. Она была каменная и не открывалась на петлях, а откатывалась в сторону. Кроме двери меня еще удивило полное отсутствие окон, чем я незамедлительно поделилась с Кадием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
