пищи и сна по нескольку суток, выдерживали бомбежки врага, по ночам работали при луне и при свете костров, которые гасились, как только показывались немецкие самолеты.
Назовем несколько цифр, которые являются показателями поистине титанического труда, доблести и благородного патриотизма всего населения Кавказа.
На Кавказе было построено около 100 000 различных оборонительных сооружений, из них свыше 70 000 огневых точек. Вырыто 660 км противотанковых рвов, более 1600 км ходов сообщений и траншей. Создано 316 противотанковых препятствий.
Для выполнения всей этой работы потребовалось 9 150 000 человеко-дней, около 500 000 кубометров леса, 19 000 т цемента, 14 000 т железа, 830 т колючей проволоки.
Много лет прошло с того дня, но я всегда с чувством большого уважения вспоминаю имена военачальников, работников штаба, политорганов Закавказского фронта, всех боевых друзей, с которыми поровну делились радость победы и горечь промахов и ошибок.
Большим авторитетом пользовался член Военного совета фронта генерал-майор П.И. Ефимов. Высокие организаторские способности в боях за Кавказ проявили многие военачальники: генерал-майор танковых войск А.И. Дементьев, начальник связи фронта генерал-майор И.Ф. Королев, начальник артиллерии генерал-полковник В.И. Пестов, генерал-лейтенант авиации Н.Э. Глушенков, генерал-лейтенант авиации К.А. Вершинин, начальник тыла генерал-лейтенант интендантской службы Н.А. Найденов, полковник В.Г. Воронков, работники оперативного отдела во главе с генерал-майором С.Е. Рождественским.
Много сложных проблем пришлось решать начальнику инженерных войск Закфронта генералу А.В. Бабину.
6 Этот неутомимый человек, крупный специалист инженерного дела, сумел на практике показать свои незаурядные способности. Однажды он обратился в штаб фронта с просьбой – срочно выделить взрывчатку для подрывных работ. Дело, как говорят, «горело», а ожидание означало провал задуманной операции. Совместно с руководством Бакинской партийной организации генерал Бабин организовал производство взрывчатки в Баку.
Меня окружали люди и старше, и моложе по возрасту, сроку службы в рядах Красной армии, разные по складу характера, спокойные и рассудительные, порывистые и темпераментные. Все они составляли четкий слаженный ансамбль, без которого невозможна основанная на глубоком доверии и взаимопонимании работа всех звеньев управления войсками.
К сожалению, с начальником штаба нам не везло. За короткий период на этом посту сменилось четыре человека: А.И. Субботин (май-август 1942 г.), П.И. Бодин (погиб 4 октября во время бомбежки), А.И. Антонов (отозван в Москву в декабре), С.Е. Рождественский (октябрь-ноябрь 1942 г., декабрь 1942 – ноябрь 1943 г.).
…В августе 1942 года в одном степном ауле Дагестана встречаюсь с генерал-лейтенантом И.Е. Петровым, который только что прибыл на Закавказский фронт на должность командующего 58-й армией, которая подготавливала и занимала оборону по реке Терек. Правый фланг армии упирался в районе Кизляра в Каспийское море, левый граничил с 9-й армией у станицы Старощадринской.
Дорога войны впервые свела нас с И.Е. Петровым на Южном фронте, где он находился в Черноморской армии, талантливо руководил боевыми действиями в ходе героической обороны Одессы. Затем он был одним из организаторов и руководителей обороны Севастополя. В этих сражениях генерал Петров зарекомендовал себя талантливым военачальником, бесстрашным воином.
Встретил меня Иван Ефимович в приподнятом настроении и был очень доволен тем, что Ставка Верховного главнокомандования утвердила план обороны по линии Терек – Урух. «Да иначе и не могло быть, именно по этой линии обороны должен проходить передний край. Иначе мы потеряли бы тот плацдарм, который потребуется для контрнаступления. А я уверен, что наши оборонительные боевые действия войск на Кавказе должны будут перерасти в наступление», – горячо доказывал Петров.
Я был весьма доволен этими суждениями Ивана Ефимовича, так как они целиком и полностью совпадали с моими соображениями, которые легли в основу плана обороны в предгорьях Кавказа.
С первых же дней своего вступления в командование войсками 58-й армии Иван Ефимович Петров взялся за работу по подготовке и совершенствованию обороны, вкладывая при этом в ее укрепление свой большой опыт, добытый при обороне Одессы и Севастополя.
Несомненно, деятельность генерала Петрова в должности командующего 58-й армией была исключительно плодотворной. Правый фланг обороны Северной группы войск Закавказского фронта был укреплен, обеспечивал надежное прикрытие Баку.
Через некоторое время Петров был назначен командующим Черноморской группой войск Закфронта. И на этой работе Петров проявил себя прекрасным организатором и талантливым стойким полководцем. Он крепко прикрыл главное операционное направление на подступах к Туапсе и отразил все попытки фашистских войск, наступающих на этот ключевой оборонительный оперативный пункт на Черноморском побережье.
Предшественник И.Е. Петрова генерал-полковник Черевиченко – человек большой личной храбрости – не «нашел себя» на ответственном посту командующего Черноморской группой войск. Его тактика, если можно так выразиться, грешила «лобовыми» решениями. Нередко случалось и так, что прибывавшие в его распоряжение стрелковые дивизии и бригады без острой надобности вводились в бой с ходу, и не компактно, а раздробленно, по частям. Во избежание этого однажды нам даже пришлось применить «хитрость». На усиление Закфронта прибыла свежая дивизия из Средней Азии. Опасаясь, что командующий Черноморской группой бросит ее в бой без подготовки, штаб фронта разработал особый график переброски пополнения из Баку на Туапсе. По этому графику в первом эшелоне следовал командир дивизии полковник Лучинский, его штаб, артиллерия, затем – обозы и материальные средства и, наконец, стрелковые полки.
Это, конечно, являлось нарушением общепринятого порядка перевозок войск. Но в данном случае мы пошли на такое дело сознательно…
С вступлением в командование Черноморской группой И.Е. Петрова положение изменилось. Улучшилось управление войсками, они день за днем стали успешно выполнять поставленные перед ними задачи.
…Итак, перед войсками Закавказского фронта в августе 1942 года стояла трудная и в высшей степени ответственная задача: во что бы то ни стало остановить тридцать отборных дивизий Клейста, его огромную танковую армию, его альпийские войска, устремившиеся через перевалы к Черному морю. И каждый из нас понимал в эти грозные дни, что от решения этой задачи зависит не только судьба Кавказа, но и судьба всей нашей Отчизны.
Уже 9 сентября главная ставка Гитлера вынуждена была сообщить о заминке на Тереке. «У Терека советские войска пытаются остановить продвижение немецкой армии в направлении Грозного, – писали немцы. – Река Терек в районе боевых действий имеет 500 м ширины и 2 м глубины. Быстрота течения этой реки и заболоченные берега делают ее весьма серьезным препятствием, для преодоления которого требуется некоторый промежуток времени».
Но никакой промежуток времени не мог помочь немцам на Тереке. Их танковое наступление, встретив ожесточенный отпор советских войск, захлебнулось и постепенно, теряя силу и темп, стало распадаться на изолированные очаги боевых действий.
В районе Черноморской группы войск бои проходили не менее ожесточенно, чем на Тереке. В первой половине августа немцы захватили Краснодар, Майкоп, а в сентябре,
