Упрек, что все портреты А. Модильяни на «одно» лицо, теряет смысл, когда смотришь на портрет Жанны Эбютери. В своей монографии о творчестве художника В. Виленкин сообщает, чтоЖанна и Амедео встретились и познакомились в июле 1917 года на карнавале. В это трудно поверить, уж очень не вяжется с карнавалом облик тогдашнего А. Модильяни. По другой версии художник впервые увидел Жанну Эбютерн в Академии Коларосси и сразу же обратил внимание на маленькую шатенку с тяжелыми косами, отливавшими темным золотом, и прозрачно-бледным лицом.
Вскоре Жанна Эбютерн стала его женой и разделила с художником все трудности и невзгоды его неустроенной жизни. На их долю выпали томительные годы нищеты и всевозможных мытарств, гораздо больших, чем для живущих рядом с ними обывателей. К житейским невзгодам прибавлялись еще муки творчества А. Модильяни, но Жанна Эбютерн вся была в нем, безропотно, как должное, принимала все, что было для него привычным.
Портрет Жанны Эбютерн на фоне дверей — одна из последних работ А. Модильяни, возможно, самая последняя. У Жанны заметны признаки будущего материнства, она во время написания портрета, действительно, ждала второго ребенка.
Этот портрет считается одним из лучших произведений А. Модильяни. Он содержит в себе то, что называется «чисто тосканской элегантностью». Страдающая, но терпеливо несущая свой крест женщина изображена с теплотой и сочувствием к ее по-детски наивному уходу «в себя», к ее попытке отгородиться от враждебного внешнего мира. Одухотворенность образа Жанны Эбютерн достигает в этом портрете небывалых высот. В последних работах А. Модильяни вообще «мало что изменилось с точки зрения формы или техники: мы видим лишь более глубокое проникновение в саму сущность человеческих переживаний, и это придает картине особую целостность».
Если на портрете Жанна Эбютерн кажется хрупкой, беззащитной и обреченной, то такой она была при любых обстоятельствах. Когда А. Модильяни умер в больнице, она подошла к телу своего Амедео одна и долго смотрела на него. Вернувшись домой, она не плакала, но все время молчала. А на рассвете, в четыре часа утра, Жанна Эбютерн выбросилась из окна шестого этажа и разбилась насмерть. Вместе с ребенком, которому суждено было погибнуть, не родившись...
ПОРТРЕТ ФЕДОРА ШАЛЯПИНА
Борис Кустодиев
Известность и признание пришли к Борису Михайловичу Кустодиеву, когда он еще учился в Академии художеств в Петербурге. Его «Портрет художника И.Я. Билибина» был удостоен второй золотой медали на Международной выставке изобразительного искусства в Мюнхене. Но потом жизнь художника сложилась очень трудно. Тяжелая болезнь позвоночника, начавшаяся в 1911 году, все более давала о себе знать. В 1916 году у него случился паралич ног, и с тех пор Кустодиев навсегда был прикован к креслу. Но этот удар судьбы не сломил сильного духом художника, и он продолжал работать.
Природа наделила Бориса Кустодиева необыкновенно острой наблюдательностью и феноменальной зрительной памятью. Когда болезнь лишила его возможности передвигаться, неиссякаемым источником для творчества стал драгоценный запас жизненных впечатлений.
Как художник, Б. Кустодиев сформировался в русле русской демократической культуры, под влиянием творчества писателей-реалистов XIX века и живописи передвижников. В его картинах зритель с первого взгляда узнает типично русские черты, однако это не та Русь, которая встает с полотен художников-передвижников. Борис Кустодиев открыл ее другую сторону: в его картинах нет показа тяжести народной жизни, изображенная им Русь — радостная, где во всем чувствуется материальный достаток, царят звонкие краски и яркие узоры.
На картинах Бориса Кустодиева перед зрителем предстают изумительные зимы с веселым катанием на санях, балаганами, каруселями, праздничными народными гуляниями, яркость и красочность, которая противопоставлена серости и скуке прозаической жизни. Он пишет чаепития, гостиные ряды, трактиры. Недаром Федор Шаляпин говорил, «...его яркая Россия, звенящая бубенцами и масленой... его балаганы, купцы и купчихи, его сдобные красавицы, ухари и молодцы — вообще все эти типично русские фигуры, созданные им по воспоминаниям детства, сообщают зрителю необыкновенное чувство радости. Только неимоверная любовь к России могла одарить художника... такою аппетитною сочностью краски в неутомимом его изображении русских людей».
Писать с натуры эту удивительно красочную Русь во всей щедрости и довольстве Борис Кустодиев не мог. Да она такая, может быть, и существовала только в его воображении, объединившем его разрозненные впечатления в единое целое. Но это было такое целое, которое позволило некоторым современникам говорить о некоем «городе Кустодиевске», сконцентрировавшем в себе все русское. А скорее это даже не город, а «страна Кустодия» — место обитания и веселья русского народа. В этой стране живут грузные купцы либо в меховых шубах и шапках, либо в поддевках и цилиндрах, красавицы-купчихи. Но в купеческом быте, долгое время только осмеиваемом, Б Кустодиев открыл глубокие национальные черты, характерные не только для их сословия.
Вершиной творчества художника является «Портрет Федора Шаляпина». Борис Кустодиев любил этого гениального артиста с юных лет. В свою очередь и Федор Шаляпин высоко ценил искусство Б. Кустодиева, которого называл «замечательным» и «бессмертным». Но не только большого мастера ценил в художнике Федор Шаляпин - он видел в нем человека недюжинного, достойного преклонения. В своей автобиографической книге «Маска и душа» знаменитый певец так рассказывает о своих встречах с художником: «Много я знал в жизни интересных, талантливых и хороших людей. Но если я когда-либо видел в человеке действительно великий дух, так это в Кустодиеве. Нельзя без волнения думать о величии нравственной сили, которая жила в этом человеке и которую иначе нельзя назвать, как героической и доблестной».
Федор Шаляпин приходил в петроградскую квартиру художника, и, вспоминая родную Волгу, они запевали вдвоем — сначала Шаляпин, потом к нему присоединялся Борис Кустодиев — и пели серьезно, сосредоточенно, будто священнодействовали. Они поклонялись Волге, она была для них и предметом поклонения, и местом, из которого каждый черпал свое вдохновение.
Сеансы позирования проходили в небольшой комнате, которая Кустодиеву служила мастерской. Она была такой маленькой, что картину приходилось писать по частям. «На потолке был укреплен блок, через который была пропущена веревка с привешенным на ее конце грузом. С ее помощью можно было приближать холст к креслу самому, без посторонней помощи, наклоняя его к себе настолько, что можно было кистью доставать до его поверхности или удалять от себя для того, чтобы проверить написанное». Таким образом, Б. Кустодиев работал, глядя вверх, как при росписи плафонов. Позднее художник сам с трудом верил, что картина будет удачно завершена. Но изумительный расчет и виртуозное мастерство Б. Кустодиева стали залогом создания этого удивительного полотна. Целиком его Борису Кустодиеву так и не удалось увидеть в нужном отдалении. Федор Шаляпин вскоре уехал за границу и увез портрет с собой.
Художник всячески стремился сделать портрет замечательного артиста живым, праздничным. А Федор Шаляпин прилагал все усилия, чтобы подбодрить Б. Кустодиева во время сеансов. Сын художника потом вспоминал об одной смешной подробности в работе над портретом. «Любопытно было смотреть, как «позировала» любимая собака Федора Ивановича — черно-белый французский мопс. Для того чтобы он стоял, подняв голову, на шкаф сажали кошку, и Шаляпин делал все возможное, чтобы собака смотрела на нее».
В композиции картины Б. Кустодиев использовал прием, похожий на тот, что был в его «Купчихе»: высокий первый план, за которым далеко внизу развертывается огромное пространство. На снежных холмах вовсю идет народное гуляние, представлено множество мелко написанных человеческих фигурок, мчащиеся санки, лотошники, у балаганов и карусельных гор толпится праздничный народ.
А на самом переднем плане высится величественная фигура Ф.И. Шаляпина, силуэт которого четко вырисовывается на фоне зимнего пейзажа — яркого, лубочного, условно изображающего ярмарку. Огромная фигура в шапке и меховой шубе нараспашку возвышается над праздничным гуляньем «над горами». Федор Шаляпин озирается, для него это незнакомый город. Первоначальное название картины — «Новый город», в который приехал на гастроли знаменитый артист (об этом возвещает афиша внизу). Сейчас артист на прогулке, ему еще предстоит покорить своим талантом этот пока не знакомый город. Однако этот город и знаком ему — по своим типичным чертам, по облику и быту русской жизни, которая была так близка Ф. Шаляпину. Вот и на картине он задумался, охватывая взглядом бурлящее народное гуляние.
