Ариана закрыла глаза и стала напряженно вспоминать свой прошлый приезд. Она мысленно представила вывеску гостиницы, качавшуюся на ветру. Она не умела читать, но папа прочитал ей название и показал красного льва над буквами. «Красный лев на улице Милфорд», — сказал папа.
А потом засмеялся и высоко подбросил ее.
— Когда мы вернемся в Халкот, мы должны обязательно рассказать Милфорду, что ночевали на улице его имени. Он будет очень горд, как ты считаешь? — И когда они приехали домой, папа действительно спросил Милфорда, не принадлежит ли ему улица Милфорд.
— О, конечно, господин Ратледж, — серьезно ответил дворецкий. — Вся до последнего булыжника. Но, увы! Я намерен скоро продать ее, чтобы купить виллу в Тоскане, когда отправлюсь на покой.
Папа ужасно смеялся и подбрасывал ее на колене. Она была почти уверена, что папа и Милфорд шутят. Она не думала, что Милфорд когда-нибудь покинет их, чтобы жить на какой-то там вилле. Но тогда она все же заволновалась, потому и запомнила разговор. Ей очень не хотелось, чтобы еще кто-нибудь покинул Халкот.
В этот момент настоятель издал какой-то странный сдавленный звук.
А может, подумала Ариана, он умирает? Она на цыпочках подошла к кровати со стороны мисс Хелен и посмотрела на него. Ариана уже поняла, что он специально поставил кровать так, чтобы мисс Хелен не могла встать с постели. Настоятель дышал очень тихо, а из-за пояса его брюк торчал пистолет.
Он снова вздохнул. Значит, он живой! И это очень-очень плохо. Может, лучше, чтобы он был мертвым? Может, лучше поднять лампу, вылить на него масло и поджечь его!
О!.. Откуда взялась эта мысль? Такая плохая и страшная!
Ариана закрыла глаза и даже прижала руки ко рту, если слова вдруг станут рваться наружу. Но они не вырвались. А он продолжал спать. И почти не издавал никаких звуков. Но кто-то все равно храпел. И очень громко. Уж, конечно, не мисс Хелен. Это могло означать только одно.
Очень-очень тихо Ариана прокралась к двери. Да! Их сторож спал. Она слышала, как он храпит в коридоре. Ариана осторожно легла на пол и прижалась щекой к полу. Она пристально рассматривала полоску света, пробивавшуюся из-под двери, стараясь разглядеть ноги или еще что-нибудь, но увидела только противоположную стену.
Значит… он справа или слева. А не перед самой дверью. Внезапно раздался какой-то странный урчащий звук, сопровождавшийся ужасно противным запахом, проникшим в щель под дверью.
Фу! Теперь понятно, решила Ариана, прижимаясь носом к ковру, чтобы избавиться от дурного запаха. Маленький грязный человек сидел слева. Она приподняла голову и прислушалась.
Он по-прежнему храпел. Настоятель тихо дышал.
Ариана очень медленно встала с пола, осторожно надела пальто и шляпку, потом, держа в руках ботинки, снова подошла к двери и повернула ручку. Грязный человек сидел в коридоре слева, ноги вытянуты на полу, голова склонилась набок. Проверяя каждую половицу, по которой ступала, Ариана осторожно перешагнула через него и спустилась в холл. Это оказалось совсем просто. Так часто бывало, особенно со взрослыми. Они никогда не обращали на нее внимания.
Ариана не знала, как долго она шла, когда покинула гостиницу. Сначала это было очень похоже на игру в прятки. Она тихо спустилась по узкой лестнице, остановилась в большой комнате со столами, чтобы надеть ботинки, потом на цыпочках прошла через кухню. Везде было тихо, даже засов на кухонной двери не скрипнул, когда Ариана выскользнула на улицу.
Но, побродив немного, повернув несколько раз то налево, то направо, она снова оказалась на рыночной площади, где по-прежнему спал человек, недавно распевавший песни на улице. Испугавшись, что настоятель может выглянуть в окно, Ариана побежала в противоположную сторону. Ей было страшно при мысли, что ее могут поймать.
И вот она совершенно заблудилась. Дома казались в темноте еще выше. Все было чужим и незнакомым. А что еще хуже, не видно шпиля собора. Было еще слишком темно. Какая же она глупая, что не подумала об этом. Она сделала то, чего никогда бы не сделала мисс Хелен. Она убежала без всякого плана! Вот бы сейчас лечь опять в постель рядом с мисс Хелен. Но теперь она вряд ли найдет дорогу обратно в гостиницу. Как глупо было с ее стороны убежать!
Ариана заплакала и, пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь слезы, пошла по переулку, который потом вывел ее на улицу, название которой начиналось с буквы «К». Другое она не могла прочитать. Только «К».
Это плохо. Очень плохо! Теперь она жалела, что мало старалась, делая уроки. Чувствуя себя маленькой и глупой, Ариана перестала рыдать и начала думать. Куда ей повернуть? Направо или налево? Дома на этой улице становились все выше и темнее.
Она вдруг услышала грохочущий звук, отразившийся от стен домов и, подняв голову, увидела, как с улицы спускается тяжело груженная повозка, грохоча по булыжникам мостовой. Ариана запаниковала. Она инстинктивно поняла, что нельзя, чтобы ее видели на улице одну. Ариана нырнула в переулок как раз в тот момент, когда повозка с грохотом пронеслась мимо.
Она тут же поняла, что допустила большую ошибку.
— Так-так, — вдруг раздалось из темноты.
Ариана побежала, но сильная рука вцепилась в нее и дернула обратно в темноту.
— Ну-ка, милашка, давай глянем на тебя, а?
Ариана упиралась, но все было напрасно. Она хотела закричать, но ни один звук не вырвался из ее горла. А умеет ли она вообще кричать? Сейчас это, похоже, не имело значения.
Женщина пыталась разглядеть ее в темноте, потом вытащила на улицу, освещенную лунным светом.
— Ух, а ты красивая маленькая штучка! — замурлыкала дама, словно кошка, гревшаяся у огня. — И какая нарядная! Как тебя зовут, милочка?
Ариана испуганно уставилась на женщину, пытаясь не заплакать. Женщина была довольно красивой, если улыбалась. Копна завитков падала ей на плечи, и даже в тусклом свете Ариана видела, что у нее большая грудь. И, несмотря на холодную ночь, эта грудь была высоко поднята и… ну, выпадала из ее платья. Через руку у нее был переброшен старый плащ. Наверное, дама вышла из узкой, темной двери. Таких в переулке было много.
— Ну, и как же тебя зовут, моя красавица? — повторила женщина, склонившись над ней. Ариана всхлипнула. — Не надо, душечка. Ты все можешь рассказать Куини. — Она подняла длинный, тонкий палец и указала им на название улицы. — Это мое прозвище, видишь? Все на улице Куин знают меня как храбрую, справедливую девушку. И я всех тут знаю. Но тебя я не знаю, душечка. Такая шикарная девочка не должна разгуливать одна по ночам!
Маленькое, тельце Арианы содрогнулось от рыданий. Она попыталась выдернуть руку, но женщина, Куини, держала крепко. Она вдруг опустилась на грязные камни и посмотрела ей в лицо.
