лет знакомства с ее отцом. В ходе повествования девушку переполняли эмоции, и она уже забыла про любые конфликты. Все эти годы она считала, что ее отец давно погиб. Конечно, в глубине души еще таилась крохотная надежда, что, может быть, он все-таки выжил и однажды вернется, но это были, скорее… Фантастические мечты о невозможном. На самом деле, Ксюха приняла, что вряд ли он вообще пережил апокалипсис, особенно после того, как она узнала от случайных людей, что в Волгограде в принципе не такая уж развитая и глубокая система метро.
И вот теперь, когда девушка узнала, каких великих достижений добился отец, как отважно пытался все исправить, отправившись вместе с отрядом в рейд, и, самое главное, что даже спустя столько лет он помнил о своей семье и перед лицом смерти попросил передать последние слова, она реально расплакалась. Ее к себе прижал Димон, который вошел в подсобку где-то на середине диалога.
— Воу, воу, ну что ты! — обратился он к Лилит.
— Все хорошо, просто, — она вытерла слезы, — просто я и мама… Мы до последнего верили, что он не забыл о нас. И он не забыл. Он даже хотел прилететь сюда! — она вытерла нос предплечьем и снова обняла его.
Они сидели так некоторое время, и Димон немного заерзал, будто бы собираясь что-то сказать. Потом чуть подался вперед и осторожно произнес
— Слушай, Пашка, хотел бы от лица Цикад извиниться, думаю, Алекс меня тут поддержал бы.
— За что?
— В общем… — он втянул воздух, — это мы на твой катер тогда налетели.
— Что ж… — Павел задумался, переваривая информацию. — Это вы, конечно, не подумали. Но, я так понимаю, мы уже квиты?
— Ну, вообще да. Только откуда ты знаешь?
— Ну кто-то же на мине подорвался из вас. Сама она не могла сработать. А судя по тому, что один мотоцикл вы бросили, это и был тот, который на мину наступил.
Возникла неловкая пауза. Лилит и Димон не могли поспорить с тем, что довольно точно отметил Павел: они квиты. Ведь, с одной стороны, убийство Болта несоизмеримо с попыткой украсть катер. С другой стороны, никто не просил их идти на этот налет, так что они сами влезли в это дерьмо.
— Ладно, — Димон протянул руку, — мир?
— Мир, — согласился Павел.
— И ты тоже извини меня… — девушка тоже протянула свою ладонь. — За Катю.
— Все нормально, — он осторожно пожал ей руку. — Но лучше перед ней сама извинись.
В комнату заглянул Дядька:
— Ну что, народ, почесали языками?
— Да, все ок, — ответила Лилит.
— Отлично. Паш, слушай, будь добр, можешь отойти пока свою девочку там проведать, мне с ребятами потрындеть немного надо? Не в обиду.
— Да, конечно, без проблем.
Павел встал с диванчика и вышел из подсобки. На его место упал Алекс:
— В общем, смотрите, народ, там Пенек подскочил со своим корешем, Артурчиком. Короче, этот тип сказал, что он смог переобуть на свою сторону Новый Олимп, и сейчас уже запущена цепная реакция. В Федерации же большая часть бойцов — спортсмены бывшие. А бывших спортсменов не бывает. И если я правильно понимаю эту движуху, с минуты на минуту армия Федерации будет на нашей стороне, и переворот, который они хотят устроить, реально сработает.
— А что с установкой той? Узнали код? — Лилит стало и впрямь любопытно, что же там за шифр.
— Вдовин чай хлещет как не в себя. В какой-то транс входит, что ли. Но, видимо, размотает в итоге.
— Тебя как будто что-то напрягает, — подметил Димон.
— Да. Напрягает меня то, что мы подкатили со своими вопросами ровно в тот момент, когда они сбор начали. Получается, что мы вроде тоже вписаны. Как мы уже решили, если в тему врисовываемся, то потом можем спросить за помощь. Но эти дела в целом не наши, поэтому сейчас еще раз вместе перетереть нужно. Если вы как «капитаны» считаете, что до конца надо идти, мы сейчас обсуждаем с ними план и едем за «сержантами». Если считаете, что не наша тема, я красиво ситуацию объясню, и мы уедем.
Лилит и Димон задумались. Девушка не знала, о чем именно размышлял ее мужик, но сама она была бы не против надрать пару федеральных задниц или внести свой вклад в уничтожение этих ублюдков. Поэтому она ответила первой:
— Я за то, чтобы вписаться. Но не с бандюками в одном ряду. Если мы можем зайти с ними с разных фронтов — только так.
— Согласен, — подтвердил Димон. — И знаешь, что думаю еще. Не думаю, что нам нужно прям в самое пекло лезть. Я бы навел шороху на поверхности, как подобает Цикадам, на байках. Под землей не наша война. Хотят эти партизаны в бункер залезать — пусть лезут.
— Соглы, — хлопнул в ладоши Алекс и встал, — вот и порешали,
В этот момент в подсобку залетел Пухлый с офигевшими глазами:
— Идите сюда! Вдовин начинает догонять, что к чему!
Лилит первой выскочила в помещение бара, где картина немного поменялась. Рольставни в проходе чуть опустили, закрывая обзор от зевак, оставив лишь небольшую щель, по-видимому, чтобы держать платформу под контролем в случае чего.
Вдовин сидел на барном стуле в полукруге из своих людей. Братки тоже подошли ближе и сейчас смотрели за происходящим со стороны стола с ноутом. Леша с большой чашкой чая в руках. Эля рядом слушала, что он шепчет, и записывала это на бумаге. Это походило на какой-то ритуал, но Вдовин при этом не спал, а сидел так, будто немного задумался. Более того, когда Лилит вышла из подсобки, Леха сразу ее заметил:
— Ксюха, хорошо, что ты вышла. В общем, я не думаю, что нужно привязываться к тексту песен. Нужно смотреть на названия. Я прогнал в голове
