— А за что мне его любить? — удивилась Даша. — Я ведь не скрывала и в глаза ему сказала, что гибель Гриши на его совести. Прямо или косвенно, он в этом деле определенно замешан! Не мне судить, в какой степени, но замешан, без всякого сомнения! Как бы он ни крутил хвостом, я стопроцентно уверена: он оттого и пьет, что совесть нечиста. И дела у него наперекосяк пошли, потому что без Лялькиных картин его галерее полнейшая труба!
— Ладно, не злись! — улыбнулся Алексей. — Давай я тебя до управления подброшу.
— Не надо. Оставайся дома и хорошенько отдохни. После обеда поедем в Сафьяновскую. Я все-таки хочу заранее все посмотреть, поговорить с Мирой, с Татьяной. Завтра вряд ли получится.
— Слушаюсь, товарищ главнокомандующий! — Алексей обнял ее и поцеловал в губы. — Только не задерживайся! А то я знаю этих ментов, на радостях банкет закатят!
— Господи, Щеглов, да ты никак ревнуешь? — Даша с веселым удивлением уставилась на мужа. — С чего бы это?
Алексей отвернулся к окну, и голос его прозвучал подчеркнуто оживленно:
— А скажи-ка, хорошо я поступил, что не продал квартиру? Теперь тебе есть где остановиться, когда приезжаешь в Краснокаменск.
— Щеглов, не переводи стрелки! — сказала Даша строго. И, обняв мужа за плечи, заставила его посмотреть ей в глаза. — Говори, что тебя мучает?
— Даша, я знаю, что ты обязательно съездишь на кладбище к Павлу и к Оляле. Но почему ты не хочешь, чтобы я поехал с тобой?
Даша отстранилась. Взгляд ее помрачнел, и она отвела его от Алексея.
— Прости, ты давал мне слово, ты обещал, что никогда и никоим образом не будешь стремиться изменить меня. Паша и Гриша — самое дорогое, что у меня было в прошлом. Любовь и дружба! Они лежат на кладбище бок о бок, придет черед, и я лягу рядом с ними. Обижайся не обижайся, но я тебе честно об этом сказала, когда ты предложил мне стать твоей женой.
— Ты так и не сумела меня полюбить, — Алексей покачал головой. — Я стараюсь, ты знаешь! Но вижу, как ты смотришь на Павлика, и мне хочется всякий раз прыгнуть в омут. И кольцо Лайнера продолжаешь носить. Ведь Свиридовский ушел из твоей жизни, он никогда не вернется. Зачем ты себя мучаешь? Нелепо страдать о мертвых, Даша! Надо думать о живых…
— Я думаю, Алеша, постоянно об этом думаю, — Даша виновато улыбнулась и, обняв Алексея, потерлась носом о щеку мужа. — Я люблю тебя, правда люблю. И очень благодарна за все, что ты сделал для меня и для Павлика. Вспомни, какое слово он произнес первым? Не «мама», не «баба», а «папа». И очень чисто, чтобы сомнения не было, кого он выделил из всего семейства.
— Скажешь тоже, — Алексей польщенно улыбнулся, — он меня видит лишь по выходным да редко по праздникам. — И погрозил ей пальцем: — Признайся наконец, кто из нас лучший мастер стрелки переводить? Знаешь ведь, на что меня легко поймать.
Прости, — Даша поцеловала его в щеку, — я исправлюсь! — И, взглянув на часы, испуганно ойкнула. — Двенадцатый час, а я еще не умывалась. — Она заспешила из кухни, но на пороге остановилась и серьезно посмотрела на мужа. — Мне с тобой хорошо, Алеша. Я тебя ни на кого не променяю, но не заставляй меня забыть Пашу. Он тебе не соперник, даже если я признаюсь, что продолжаю безумно его любить. — И вышла, плотно прикрыв за собой дверь.
Глава 29
— Мы просто не в состоянии с вами расстаться, — Полевой вышел навстречу Даше в приемную и весьма галантно распахнул перед ней дверь в кабинет. — Проходите, Дарья Витальевна, надеюсь, дорога вам знакома?
— Конечно, обхожусь без путеводителя. Дежурные и те прекратили документы спрашивать. Так что ваше УВД для меня что дом родной! Если у вас не побываю, то потом места от горя не нахожу!
— Все шутите, — улыбнулся генерал, — но мы и впрямь рады видеть вас. Даже стол накрыли. Немного коньячка не помешает?
Даша с удивлением уставилась на генерала, давно уже ей не предлагали выпить в стенах этого кабинета, но сказать ничего не успела, потому что Василий Иванович представил ей невысокого крепкого человека лет пятидесяти с тяжелой нижней челюстью и тонкими, сжатыми в полоску губами. Крупный нос и серые глаза на почти квадратном лице неплохо сочетались с заработанным явно не под сибирским солнцем загаром. Даша мгновенно отметила и этот загар, и профессионально быстрый и пристальный взгляд, который прошелся по ней с ног до головы и замер на лице.
— Полковник Савельев, российское отделение Интерпола…
Вежливый кивок головой и едва заметная улыбка на губах тоже многое ей сказали. Радушие Полевого и настороженность гостя из Москвы подтверждали ее подозрения: случилось что-то из ряда вон выходящее. И вряд ли обнаруженные на Западе Гришины картины стали той причиной, по которой важный сотрудник Интерпола приехал в Сибирь. Скорее всего, картины предлог, а с ней хотят поговорить совсем по другому поводу. Возможно, они добыли новые доказательства против заказчиков Пашиного убийства? Или отыскались следы Макарова? Но как она ни ломала голову по поводу истинных интересов сыщиков, все же не смогла понять, при чем тут она? Ведь все, что она знала и о чем догадывалась, выложила сразу, в первые дни после возбуждения уголовного дела.
— Присаживайтесь, Дарья Витальевна, — Полевой подвел ее к креслу. И когда она опустилась в него, спросил: — Вина? Коньячку?
— Нет, сначала дело! — сказала она твердо. — У меня мало времени и много забот. К вечеру я должна быть в Сафьяновской. Коньяк выпьем после того, как поговорим.
— Уважаю конкретных женщин, — усмехнулся Савельев и с интересом посмотрел на нее. — Я всегда причислял писателей к богеме: вольные нравы, свобода отношений, пьянство, наркотики, словом, цыганщина.
— Спасибо за комплимент, — улыбнулась Даша, — только, чур, это не про меня! — Она перевела взгляд на хозяина кабинета и попросила: — Давайте начнем! Вы узнали что-то новое о заказчиках убийства?
— Как сказать, как сказать! — Полевой задумчиво посмотрел на Дашу и выбил пальцами дробь на столешнице. — Эти два с половиной года не прошли даром, хотя по шее нам стучали много раз и очень больно. Но мы не прекращали розыскные мероприятия по факту гибели Павла Аркадьевича от руки наемного убийцы. Вы, бесспорно, в курсе: киллера и его сообщника очень берегли и охраняли с особой тщательностью, но в силу ряда досадных обстоятельств мы их потеряли. И даже этот провал нас не остановил. Макарова и Бескудникова объявили в федеральный розыск. Правда, по оперативной информации Главного управления уголовного розыска МВД России и Интерпола, им удалось покинуть пределы России. — Генерал сделал паузу и посмотрел на Савельева. — Владимир Сергеевич, вам слово.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
