Арина
Сошедшись с Верой на счёт завтрака, мы принялись за готовку оладий. Дабы было быстрее, мы готовили на двух сковородках, и не пришлось спорить о правильной готовке блюда, ведь у каждой хозяйки свои рецепты.
Пока блинчики готовились, мы говорили обо всем, не заходя на тему работы или личной жизни. Вера не расспрашивала по поводу увиденного в спальне, и я была благодарна. Конечно, она не одобряла происходящее, наняла человека для слежки, а она прыгнула в койку через пару дней. Это было действительно так, но не просто объяснить мотивы.
Вскоре мужчины удалились, сказав, что им нужно что-то там обсудить, а мы с Верой убрали посуду и, взяв по кружке чая, пошли болтать в зал.
О себе я рассказывать не хотела, поэтому постоянно расспрашивала Веру, не давая ей возможности задать вопрос мне. Как выяснилось, девушка все детство мечтала стать археологом, но в последний момент передумала и пошла в медицинский ВУЗ. С Пулей она встречалась с пятнадцати лет. Когда я услышала об этом, то не поверила. Наверное, это была единственная парочка, которую знала, сумевшая продержаться столько вместе и не потерять любовь.
Единственное, где я сбивалась в подсчётах, это срок их отношений. Девушка сказала, что вместе они двенадцать лет, но при этом ей было двадцать девять. Куда делось два года? Или они что-то утаивали, либо расставались на два года, но опять же молчали.
И пусть я почти не знала девушку, но с ней было легко. Я могла забыть о всех проблемах, и изредка, на моем лице все же проскальзывала улыбка.
Но не выдержав её взглядов, которые она бросала, думая что не вижу, я всё же спросила:
– Ты осуждаешь меня? Из-за Клыка, - не знаю почему, но мне хотелось знать её ответ.
– Что? Нет-нет, - она активно замахала головой, от чего пучок рыжих волос рассыпался по плечам. – Я могу тебя понять в какой-то мере. Просто так странно, вот ты ему противостоишь и даёшь отпор, а теперь спишь с ним, как ни в чём не бывало.
– Не знаю, как это объяснить. Но у тебя бывало, что ты не должна что-то испытывать, но испытываешь? И не понимаешь почему. Я знаю, что три дня это прям короткий срок, понимаю, что это глупо.
– Я знаю о чём ты. Мне Пуля тоже сразу понравился, но прошло три месяца, перед тем, как мы пошли на первое свидание.
– Ты его так долго отшивала?
– Я? – девушка легко смеётся. – Это он так долго решался, чтобы пригласить меня. Арин, ты вроде неплохая девушка, и я не хочу, чтобы тебе Клык сделал больно.
Я крепче сжимаю в руках чашку с горячим чаем, не обращая внимание на то, как горит ладонь. Вера не похожа не тех, кто заранее продумывает ходы и слова, таких я видела насквозь благодаря работе с Игорем. Девушка говорила искренне и с заботой, не думая, как её слова могу повлиять на кого-то. Словно действительно переживала за меня.
А значит она знала что-то, что подтверждало мои опасения. Либо Клык довольно часто крутил романы и менял девушек, либо что-то ещё, о чём я пока не догадывалась.
– Почему? Как Клык сделает мне больно? Вер, пожалуйста, если есть что-то, что я должна знать, то скажи мне.
– Просто ты же знаешь Клыка. Он постоянно что-то устраивает и выделывается. И он не самый постоянный, как и все его друзья, кроме Пули. Но думаю тут дело в том, что я встретила его до их дружбы, понимаешь? Поэтому лучше не влюбляйся в него, пока не будешь уверена точно, что это серьёзно.
Ага, если бы только уже не было поздно.
Мужчины возвращаются к нам и девушка обрывается, резко переводя тему.
Значит, правда, что Клык не самый верный. Ладно, хорошо, теперь я знаю к чему быть готовой. Обещала себе не думать заранее о проблемах, поэтому не буду загоняться. Просто постараюсь сдержать мои эмоции хоть под каким-то контролем.
– Посплетничали? – Клык улыбается и садиться рядом со мной, обнимая.
– Только о тебе и говорили, - я усмехаюсь, сарказм всегда лучший вариант преподнести правду.
– Я как раз говорил Клыку о том, что в этот раз ему не удастся отмазаться от пикника. В прошлый раз сбежал в больницу, но сегодня поедешь.
– О чём вы?
– У нас традиция с ребятами, последнюю субботу месяца мы едем на природу.
Значит, в августе Клык попал в больницу? Почему? Свежих ран или шрамов на нём не было и он не упоминал об этом. И о чём они шептались в кабинете?
Я сама просила не впутывать меня, а теперь сгорала от любопытства.
– Конечно езжай, - я стараюсь придать голосу максимально нейтральный тон. – Это же традиция. А я с Алеком в городе погуляю, очень много дел накопилось.
– Нет, малышка, никакого города. Ты со мной.
– Я не поеду, не хочу вам мешать.
– Ты едешь, это не обсуждается. Ты – моя девушка.
– Если ты думаешь, что став твоей девушкой, я буду со всем соглашаться…
– Я уверен, что мне так не повезёт. Но правда, поехали.
Мне остаётся только согласиться. Потом подумаю о том, что я чувствую по поводу того, что мужчина постоянно принимает решения за меня, даже не советуясь.
