* * *
Сибонгве легонько дотронулся до его плеча:
– Просыпайтесь, бвана, – прошептал он, – надо выходить. Животные поблизости.
Грэг моментально проснулся. Он выбрался из спального мешка, вытряхнул ботинки, обулся и тихо присоединился к товарищам, поджидавшим его у небольшого костра. На столе были винтовки. Молодой африканец что-то тихо говорил Амфозе. Батч тоже внимательно слушал.
– Они заметили большую антилопу куду недалеко от лагеря. Похоже, это именно то, что мне надо.
– Почему мы отправляемся так рано? – прошептал Грэг.
– Ночью животным холодно, и они медленнее реагируют. Мы сможем подойти поближе, пока темно. К тому же сейчас нет ветра, и антилопа нас не учует, – ответил Сибонгве.
Грэг кивнул. Они пошли вперед – очень медленно, изо всех сил стараясь не шуметь. Время от времени Батч с проводником замирали, осматривая местность.
Даже цикад не было слышно. Сквозь деревья уже начали пробиваться первые лучи света. Фигуры людей теперь отбрасывали бледные тени.
Вдруг слева, примерно в двадцати восьми метрах от них, что-то треснуло. Грэг мельком увидел, как антилопа выскочила из своего укрытия и стремглав понеслась прочь. Они еще долго слышали треск сучьев под ее ногами. Батч присел и даже присвистнул.
– Какой великолепный экземпляр! Даже лучше, чем я ожидал, – прошептал он. – Не уверен, что мы догоним ее быстро. Посмотрим, сможем ли мы ее выследить.
Они подошли к месту, где было укрытие антилопы, и пошли в направлении, куда она ускакала, обращая внимание на сломанные ветки. Проводник наклонился, рассматривая следы на песке.
– Ого, какая она большая! – воскликнул он.
Они пошли по следам дальше. На рыхлой земле следы были хорошо видны.
Так они шли несколько часов. Животное не останавливалось. Оно исчезло из виду. Им ничего не оставалось делать, как идти вперед. Батч решил сделать привал.
– Пора возвращаться. Завтра пойдем снова выслеживать антилопу.
Он определил координаты при помощи GPS-приемника[51] и повернул обратно к лагерю.
– Ну, какие новые идеи у тебя появились? – спросил он у Грэга.
– Я думал о руководителях компании Enron, получивших огромные выплаты перед тем, как обрушились акции компании. А остальные сотрудники лишились даже пенсионных выплат. Грустно! Этот пример показывает, что когда безопасность компании оказывается под угрозой, племя руководителей думает только о себе. Из-за такого поведения начальства компания раскалывается на мелкие противоборствующие группки.
Батч одобрительно хмыкнул.
– Мне кажется, ты прав. У меня есть друг, который на протяжении двадцати лет отвечал за подготовку командиров в одной военной организации. После того как он вышел на пенсию, я встретился с ним на международной конференции. И он сделал чрезвычайно интересное признание, что за двадцать лет они не подготовили ни одного настоящего лидера. Это и побудило меня рассматривать лидерство в племенном контексте, а не в традиционно принятом. Теперь, когда у тебя есть опыт создания племени на «Тэралоджик», как бы ты описал лидерство с точки зрения племени?
– Ну, инстинктивно я пришел к выводу, что настоящему лидеру доверяют все сотрудники компании, – заметил Грэг. – Я думаю, что люди очень быстро понимают, действительно ли их лидер предан им и их племени. Если лидер недостаточно заботится об общем успехе, они станут искать другого. И это будет лидер неформальный. И он будет действительно служить своему племени. Люди интуитивно чувствуют, что движет лидером. Именно это определяет, за кем они пойдут, а вовсе не наличие у лидера степени МВА или каких-нибудь еще квалификаций.
Батч кивнул.
– Мне интересно наблюдать, как ты растешь. Ты стал работать на «Тэралоджик» с большим энтузиазмом, поэтому тебе удалось зажечь рабочих. Ты не давил на людей, а просто помогал им повысить собственную значимость. Ты не стал окружать себя племенем руководителей, а обычно начальники грешат этим и тем самым провоцируют рабочих на конфликт.
На этот раз кивнул Грэг.
– Я просто хотел поскорее добиться успеха.
– Да, но ты смог это сделать, потому что твои ценности отличались от ценностей большинства руководителей. На протяжении столетий лидерство предусматривало владение информацией. В средние века, когда только зарождались университеты, власть находилась в руках духовенства: оно имело доступ к информации и распоряжалось ею по своему усмотрению. Сейчас времена очень изменились. Теперь рабочие получают информацию, поступающую с фондовой биржи в режиме реального времени. Сорок лет назад эти сведения попадали только к избранным. С появлением Интернета все стало еще доступнее. Нынешним лидерам нет нужды запрещать доступ к какой-либо информации, чтобы обеспечить себе прочные позиции, хотя некоторые и пытались это сделать. Например, в Китае правительственные чиновники ограничивают своим гражданам доступ в Интернет. Но вообще только от желания человека и от его системы ценностей зависит, станет ли он хорошим руководителем и лидером.
– Вот почему замена одного генерального директора другим – как это любят делать во многих корпорациях – не позволяет создать сильное племя с хорошим стимулом, – сказал Грэг. – Я видел недавно результаты исследования, там анализировались изменения в компаниях в результате назначения и увольнения генеральных директоров. Оказывается, не существует зависимости между рентабельностью компании и уровнем зарплаты руководителей. Между ними может быть даже обратное соотношение. Рентабельность может падать, а зарплата руководителей – расти.
Исследователи выяснили, что более сорока процентов недавно назначенных руководителей высшего звена пришли в новую компанию из другой сферы деятельности. В большинстве случаев правление мотивировало назначение нового генерального директора словами: «Предыдущий плохо работал. Теперь нас могут спасти только специалисты со стороны. Чтобы убедить их занять руководящие должности, нам нужно платить им, новоявленным „мессиям“, огромную зарплату». В ответ на такое щедрое вознаграждение они ожидают от «мессий» полной самоотдачи, заботы о процветании компании, помощи в укреплении собственной значимости и значимости племени.[52]
Однако «мессии», как правило, для начала перетягивают к себе на работу своих прежних коллег. В компании сразу же появляется два противоборствующих племени: «старая гвардия» и «новая гвардия». Члены «старой гвардии» знают, как вести дела, члены «новой гвардии» не так опытны и сильны, но они во всем могут полагаться на генерального директора.
Не разбираясь в специфике производства, новые руководители вертят финансовыми показателями как хотят, пытаясь получить прибыль за предельно короткий срок. Во многих компаниях начинают расформировывать самые успешные подразделения, уничтожая доверие рабочих и прибыльность предприятия.
Через некоторое время те, которые нанимали «мессий», понимают, что на месте генерального директора оказалась не восходящая звезда бизнеса, а обыкновенный стяжатель-делец, который печется только о собственных интересах. Недоверие к нему растет на глазах, и единственным способом выживания для многих сотрудников становится объединение в племена. Подразделения в компании перестают функционировать по профессиональному признаку. Между ними начинаются распри. Дела в компании идут все хуже и хуже.
Батч с интересом слушал Грэга.
– Так что единственными признаками, по которым можно определить намерения лидера, остаются усердие и честность, – сказал Батч. – Лидер, который четко представляет, в каком направлении должна двигаться компания, относится к своему делу с энтузиазмом. Взять, к примеру, Сойтиро Хонда. Когда его компания, в которой было всего двадцать рабочих, разработала первый мотоцикл, он пригласил всех, чтобы отметить это событие. Они пили саке и общались. Один из рабочих подошел к мотоциклу и сказал: «Да это же просто мечта!» Хонда аж подпрыгнул и сказал: «Вот именно! Мечта!» Вот такими были истоки могущества компании «Хонда Моторс», которая и по сей день остается флагманом рынка. Через сорок лет Питерс и Вотерман рассказали в своей книге о рабочем «Хонды», который, возвращаясь домой с работы, расправлял щетки стеклоочистителя на каждой машине «Хонда», попадавшейся ему на пути. Он просто терпеть не мог, когда на таких замечательных машинах что-то было не так.[53]
