Стоимость модернизации линкора колебалась от 25 % до 60 % его первоначальной стоимости. Так, модернизация дредноутов типа «Куин Элизабет» составила 25 % от первоначальной стоимости, а линейных крейсеров типа «Рипалс» — около 30 %. На модернизацию линкора «Оклахома», стоившего при постройке 11,4 млн. долл., американцы затратили 7 млн. долл. или 60 % от его первоначальной стоимости. В свете этих событий предложение ряда министров лейбористского кабинета сократить максимальное водоизмещение линейного корабля с 35 000 до 25 000 т было совсем некстати. Первый морской лорд занял непреклонную позицию: «Интересы Империи требуют, чтобы предел водоизмещения не был сокращен до указанных размеров по следующим причинам: а) это ослабит противовоздушную и подводную защиту корабля; б) снижение лимита до таких низких пределов приведет к тому, что третьеразрядные морские державы смогут позволить себе иметь такие корабли».
Отношения между США и Великобританией в середине 20-х гг. омрачились не только манипуляциями с линейными кораблями. Основные положения «договора пяти держав», строго ограничив суммарный и индивидуальный тоннаж линкоров и авианосцев, оставили практически неограниченные возможности в строительстве других классов боевых кораблей.
Почему же на Вашингтонской конференции американская сторона не стала настаивать на распространении пропорции 5:3:3 на остальные классы боевых кораблей? Как известно, первоначальный вариант проекта договора по ограничению морских вооружений, предложенный Хьюзом, предусматривал ограничения по строительству легких военно-морских сил — крейсеров, эсминцев и подводных лодок. Согласно первоначальному проекту Хьюза, суммарный тоннаж надводных легких сил должен был составить по 450 000 т для США и Англии, и 270 000 т — для Японии. Суммарный тоннаж подводных лодок по 90 000 т для англосаксонских держав и 54 000 — для Японии. Однако эта часть проекта принята не была.
Предложение по ограничению строительства подводных лодок вызвало сильные возражения французской делегации. Против сокращения эсминцев и крейсеров выступили англичане. Чэтфилд впоследствии заметил в своих мемуарах, что на Вашингтонской конференции «все могло быть гораздо хуже… По счастью, мы успешно противостояли усилиям ограничить число наших крейсеров и эскадренных миноносцев». Британское морское командование и после Вашингтонской конференции неоднократно подчеркивало, что крейсерский флот для Англии — предмет особой заботы. «На Вашингтонской конференции мы пришли к соглашению с Соединенными Штатами о паритете в силе линейных флотов, — писал Эмери, — но, по всей видимости, достижение такого же соглашения по крейсерам, требующимся для обеспечения торговых коммуникаций, окажется невозможным. Для нас превосходство крейсерского флота — это вопрос жизни и смерти».
Натолкнувшись на жесткую позицию партнеров по переговорам, Хьюз имел все основания не обострять отношений, чтобы не завести конференцию в тупик. Провал переговоров в Вашингтоне повлек бы за собой не только возобновление гонки морских вооружений, но и серьезное ухудшение международного положения США. Накануне конференции Хьюз неоднократно получал информацию из заслуживающих доверия источников, что в случае неудачи предстоящих переговоров Великобритания возобновит англо- японский союз.
Помимо этого сыграло свою роль другое соображение. Американская сторона, добившись официального признания паритета с Великобританией по линейным кораблям и авианосцам, сочла установление жестких лимитов суммарного тоннажа для крейсеров, эсминцев и подводных лодок вопросом не принципиальным. По мнению американских политиков и военно-морских экспертов, по мере создания державами-участницами вашингтонских соглашений сбалансированных военных флотов соотношение сил в этих классах боевых кораблей со временем автоматически придет к формуле 5:3:3. Другими словами, они исходили из предположения о том, что теоретически определенному количеству линкоров и авианосцев должно соответствовать определенное число легких кораблей для эскадренных нужд. Отсутствие таких ограничений следует считать одной из главных неудач американцев на Вашингтонской конференции 1921–1922 гг.
Единственные ограничения, наложенные на крейсера, содержались в статьях 11 и 12 главы I «договора пяти держав»: максимальное стандартное водоизмещение — 10 000 т, максимальный калибр орудий главной артиллерии — 8 дюймов (203 мм). При определении этих пределов за основу были взяты тактико-технические данные английских крейсеров типа «Хаукинс», бывших в то время самыми мощными легкими крейсерами: водоизмещение 9 750 т, скорость хода — 31 узел, вооружение: семь — 170-мм, восемь — 102-мм и четыре — 75-мм орудия.
Строительство этих кораблей было начато еще в годы первой мировой войны. Они предназначались для борьбы с германскими рейдерами и для выполнения такой задачи должны были иметь не только высокую скорость хода, но и мощное артиллерийское вооружение и большую дальность плавания. Тогда эти корабли были единственными в своем роде. До Вашингтонской конференции ни одна морская держава не строила таких больших легких крейсеров. Водоизмещение обычного легкого крейсера не превышало 6 000 т, при обычном вооружении 120-или 152-мм пушками. «Договор пяти держав» привел к появлению мощного корабля со стандартным водоизмещением 10 000 т (полное водоизмещение соответственно составило 11 500-13 000 т), скоростью хода 33–35 узлов, вооруженного чрезвычайно мощной артиллерией калибром 203 мм. Американские крейсера типа «Солт-Лейк-Сити» или японские типа «Асигара», например, несли десять 203-мм орудий. Этот тип корабля, получивший название «вашингтонского крейсера» (впоследствии появился термин «тяжелый крейсер») в значительной степени был создан искусственно. Однако, как зачастую бывает в подобных ситуациях, максимальные пределы сразу же стали минимальными, поскольку все державы-участницы соглашений поспешили «подтянуться» до вашингтонских лимитов.
Машина гонки вооружений, получившая новый импульс, начала набирать обороты. До созыва Вашингтонской конференции на военных верфях ведущих морских держав строились 25 крейсеров. Из этих кораблей 10 были американскими, 9 японскими, 6 строились в Англии. Причем английские корабли представляли собой, по сути дела, остатки судостроительных программ военного времени. После конференции были заложены или запланированы к строительству не менее 49 новых крейсеров. Их них 15 строились в Великобритании, 12 — в Японии, 9 — во Франции, 8 — в США, 5 — в Италии и 36 из этих 49 кораблей были тяжелыми крейсерами, водоизмещением 10 000 т.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
