жизнь в загробном мире, если они будут молиться и придерживаться пути праведности?
- Не обязательно говорить таким тоном, Чику. Вы всегда должны быть такой противоречащей?
Чику посмотрела на время. - Уже почти полдень. Вы не возражаете, если мы посмотрим на небесные часы?
- Конечно, - сказала Су-Чун, - но я бы не стала тратить ваше время впустую. Мы остановили этот механизм пару лет назад. Это плохо сказывалось на моральном состоянии.
Прошел месяц, прежде чем Чику почувствовала желание рискнуть и еще раз заглянуть в Тридцать седьмую камеру.
- От нее будут одни неприятности, - сказала Юнис, возясь со своим оборудованием и оглядываясь через плечо на Чику. - Ты никогда не осознавала, насколько лучше тебе жилось при Утоми. Может, он и был толстым, хромающим старым дураком, но, по крайней мере, он принимал близко к сердцу наши интересы.
- Су-Чун - это карта, которую нам сдали, - сказала Чику. Она сидела за столом в лагере. - Мы должны сделать с ней все, что в наших силах. И прежде чем вы даже упомянете об этом, убийство в ее случае тоже не вариант.
- Значит, она тебе нравится?
- Она неплохой человек. Возможно, политически амбициозный. Определенно, она заблуждалась в своей готовности подчиниться воле сторонников жесткой линии. Но по-своему она тоже хочет для нас самого лучшего.
- От этого будет много пользы, когда мы проскочим мимо Крусибла в великую пустоту за его пределами.
- Я просто пытаюсь увидеть в ней хорошее.
Юнис перетаскивала какой-то механизм размером с наковальню из одного угла лагеря в другой. Чику подумала, что та никогда бы не сделала этого, когда она впервые прибыла сюда, но теперь ей не было необходимости скрывать свою истинную натуру.
- Ты думаешь, что переход в спячку был ошибкой, зная, чем ты занимаешься сейчас?
- Дело в том, что тогда я не знала того, что знаю сейчас. Я абсолютно не представляла, что поставлено на карту.
- Возможно, если бы ты осталась в Ассамблее, ты могла бы направить политику в другое русло.
- Вы переоцениваете мое влияние.
- Может быть, но у тебя было бы столько лет, чтобы увеличить его. Проблема сейчас в том, что рядом нет никого, кто мог бы уравновесить таких, как Су-Чун Ло. И у тебя не так много шансов изменить что-либо к лучшему за несколько недель или месяцев, или как бы долго ты ни планировала бодрствовать. - Конструкт оторвался от своей работы, занявшись очень человеческим делом - вытирая ладони о колени. - Ты собираешься вернуться в спячку, не так ли?
- А почему бы и нет?
- Мне кажется, у тебя есть пара вариантов, Чику. Позволь мне изложить их тебе по буквам. Ты могла бы обратиться непосредственно к высшему начальству в караване и рассказать им все, что тебе известно. Однако это было бы огромной авантюрой - не только с твоей репутацией, но и с судьбами миллионов душ. Если Тесленко и другие решат проигнорировать тебя или заставить замолчать, все те неприятности, на которые пошли ты и твои сестры, будут напрасны.
- Именно поэтому я не говорю об этом никому из начальства. Особенно при том, как обстоят дела сейчас.
- Итак, у тебя остается второй вариант - вернуться в спячку и надеяться, что к тому времени, когда ты проснешься, все наладится. Тогда какой это будет год?
- 2408, - сказала Чику.
- Меньше чем через тридцать лет мы доберемся до Крусибла. Немного упрощает ситуацию, не так ли? Возможно, ты права насчет секретной исследовательской программы Травертина, но кто знает? Тем временем ты ничего не изменишь.
- Мне нужно думать о своей семье.
- У тебя не будет семьи, если Производители отвернутся от нас.
- Вы - машина. Вы можете делать эти простые суждения, сопоставлять одно с другим, как будто это какая-то математическая игра. Но это моя жизнь, Юнис - мой муж, мои дети.
- Которому ты уже однажды солгала. Посмотри правде в глаза, Чику - в глубине души ты знаешь, в чем заключаются твои приоритеты. Ты любишь Ноя, свою дочь и сына. - Юнис, закончив возню, вернулась к столу. Она села на стул напротив Чику и положила локти на столешницу. - Но более того, тебе нравится мысль о том, что они не мертвы.
- Вы действительно робот.
- Я - лучшая догадка поврежденной симуляции о самой себе, но постарайся не винить меня за это.
- Я не думаю, что вы слишком далеки от истины, - холодно сказала Чику. Но затем, в порыве великодушия, она добавила: - Я привезла вам кое-что прямо с Земли. Вообще-то, из Гипериона.
- В чем значение Гипериона?
- Там я увидела ваше тело.
- А. - Она медленно кивнула. - Ну, это не то, что слышишь каждый день. Считай, что мой интерес подправлен.
- Вы были мертвы. Ледяная скульптура в форме женщины, измельченная на клеточном уровне. Без всякой надежды на медицинское возрождение.
- Прекрасно описано. - Она сделала небольшое вращательное движение рукой. - Продолжай.
- Аретуза нашла вас - вернула из глубокого космоса. Она не смогла извлечь много полезного из вашей головы, но отдала Чику Йеллоу все, что ей удалось спасти. Чику Йеллоу подарила это мне. Это есть в моих личных файлах. Могут ли нейронные паттерны помочь вам?
- Я не знаю. У меня один тип архитектуры, а они из другого. Если я порежусь, то потеку алгоритмами. Не уверена, как нейронные паттерны помогут мне.
- Вам придется решить, что делать с этими данными. Если вы можете что-то с этим сделать, восстановить какую-то утраченную часть себя... тогда кое-что из того, что произошло там, не пропало даром.
- Спасибо тебе, Чику.
- Это звучит почти искренне.
- Я почти чувствую себя искренней. Ты рискнула, чтобы донести это до меня, не так ли?
- Было рискованно передавать какую-либо информацию обратно в караван, включая мои воспоминания. Я надеюсь, что это того стоит.
- Посмотрим, - сказала Юнис. А затем, как будто ее слова не имели достаточного веса, повторила: - Посмотрим.
Несмотря на то, что она так долго была вдали от мира, двери для Чику все еще были открыты. Были вещи, которые она могла делать, места, которые она могла посетить, которые были закрыты для обычных граждан или требовали преодоления утомительных административных препятствий - процедурных преград, которые могли
