Шен сел за корабельный макроскоп и посмотрел, что творится в этих краях Вселенной.
Сигнала разрушителя не было, как он и предполагал. Компьютер произвел необходимые измерения и выдал текущие координаты — до назначенного места встречи с представителями Льва было около светового часа.
Шен улыбнулся. Сработало.
Шен обманул всех, установив контроллер деформатора пространства на тройную серию с задержкой в одну минуту между прыжками. Планетоид совершил первый прыжок в систему Льва, задержался там буквально на мгновение и ушел обратно, прежде чем начался процесс восстановления протоплазмы. Даже за это время топологически смежные поверхности пространства успели сместиться, и обратно планетоид выскочил уже в нескольких световых минутах от точки старта. Прежде, чем на Овне успели что-то предпринять, ведь прошли минуты, до того как они просто смогли увидеть планетоид, последовал третий цикл сжатия, перенесший Шена в конечный пункт задуманного им маршрута. Суммарная траектория была зигзагообразной и по форме напоминала латинскую N — два, последовавших один за другим, прокола пространства вызвали сильные деформационные возмущения, что, естественным образом только увеличило результирующее отклонение. Опасно? Несомненно, но для чего же существуют герои, как не для встречи опасности грудью?
Только после завершения всей серии маневров начался процесс восстановления. Это займет часы, но отклонение от заданной точки было столь велико, что беспокоиться было не о чем. Сейчас-то как раз все и начнется.
Вот и они. На экране кругового обзора густо высыпали точки — окружавшая систему Льва армада боевых кораблей была наготове. Здесь предвидели измену.
Их опасения оказались не напрасны.
На экране появились еще два планетоида Овна, на расстоянии около светового часа друг от друга. Шен знал, что есть еще как минимум один, на дальней стороне системы, сигнал от него просто еще не успел дойти. Наблюдать за событиями с помощью оптики или макроскопа так утомительно! Слишком поздно узнаешь о происходящем. Одно ясно — в атаку брошены все силы Овна, это был тот самый тотальный удар, на котором так горячо настаивал Адмирал.
А как же возможность ответного удара со стороны Льва, о которой предостерегал многоопытный Шеф Разведки?
Шен опять улыбнулся. Задумано все было очень просто. Но командование Овна недооценило проницательность инопланетянина, решив, что он принял свое липовое назначение за чистую монету. Они разыграли липовое заседание кабинета, вынесли липовое решение, в то время как военные приготовления шли полным ходом. На самом деле у них и в мыслях не было капитулировать, и, скорее всего, не было настоящего ультиматума. Эту акцию они, должно быть, готовили десятилетиями.
Корабли Льва все еще кружились вокруг предполагаемого места появления парламентариев, в то время, как основная часть флота уже мчалась на всех парах к Шену. Они думали, что его планетоид также участвует во вторжении, и на самом деле так оно и было. Спасло Шена то, что он находился в обусловленном месте очень мало — планетарные орудия кораблей просто не успели захватить цель.
А сейчас он находился в непредвиденной точке пространства. Непредвиденной вдвойне: очевидно, что на Овне предполагали выбросить его далеко от места, предусмотренного для переговоров, в то же время сейчас его место было далеко от точки, назначенной командованием Овна.
Он сфокусировал изображение макроскопа на поверхности своего планетоида и осмотрел ее. Сомнений быть не могло, спрятанные корабли возвращались к жизни, их команды восстанавливались из протоплазмы. По крайней мере, Шен сделал одно благородное дело и спас экипажи от планетарных орудий: разведка Льва работала получше, чем разведка Овна.
Но для него это не имело никакого значения.
Удивительно, что они доверили ему пульт управления деформатором. Наверное, опасались, что он распознает поддельную панель и решили, — что блокирующего устройства будет достаточно для предотвращения непредвиденных шалостей. Ведь если они и вправду считали его шпионом Льва, то, правдоподобия ради, необходимо было дать ему самому проверить координаты прыжка.
Шен мог бы сходу назвать тысячу более простых и надежных способов провернуть эту аферу. Но; к счастью, стиль мышления военных никогда не отличался гибкостью и оригинальностью. К счастью? Если мозги неплохо работают, то они определенно не принадлежат военному. Стратеги Овна ошиблись в оценке Шена на порядок.
Придет время, и корабли эскорта избавятся от корабля и Шена, как от ненужной вещи. Его-то корабль не был вооружен — в полном согласии с достигнутой договоренностью и не обладал большими запасами горючего, чтобы имело смысл пытаться уйти. Они не беспокоились о нем, сейчас главной их заботой был приближающийся флот Льва.
Он навел скоп на дальнюю сторону системы. Сомнений быть не могло — подошел третий эшелон атаки.
Но это был не планетоид, они перетащили сюда весь свой мир! Это было, как он и подозревал, контрмерой на ответный удар противника. Убрать саму цель из-под удара.
Шен еще раз улыбнулся. Какая наивность!
Ведь планета Льва исчезла, и остался только флот, который разнесет планету Овна еще до того, как ее население восстановится из протоплазмы. Интересная получилась игра в предательство и межпространственные прыжки!
Когда на это место прибудут посланцы империи, решившей навести порядок в данном уголке галактики, им здорово придется поработать, собирая мелкие остатки цивилизаций.
Пора прощаться со Львом, решил Шен, которого впереди ждали великие дела. Через три часа система управления начнет четвертый, последний цикл сжатия — это будет просто жуткий конец для войск, которые случайно Окажутся поблизости. Все, что находится рядом с границами стабилизирующего поля, будет буквально размазано искривлениями пространства, вызванными гравитационным коллапсом — те же, кто находится в зоне действия поля, сохранятся, но, увы, жизнь их покинет. Увы, лишь находясь в податливой газообразной форме можно пережить кошмарное давление коллапса.
Шен остановился перед входом в камеру деструкции. Насколько будет благодарен ему монарх противника — Гордость Льва, подумал Шен, если в дар ему преподнести целехонький боевой планетоид и изрядное количество работоспособных кораблей в придачу?
Не очень-то, решил он. Лев попытается надуть его, так же, как это сделал Овен, следуя по традиционному для правительств всех времен и народов пути — лжи и предательства. А международная вражда будет идти своим чередом, планеты каждой из сторон будут вращаться вокруг светила своего противника, а население страдать от непривычного излучения звезды. Настоящую награду посредник получит только тогда, когда ход сделает какая-нибудь империя.
И, вероятно, небольшая хитроумная манипуляция может сильно уменьшить время обдумывания этого хода…
Все еще улыбаясь, Шен вошел в камеру. Прозвучал предупредительный сигнал — деструкция началась.
— Александр, где ты? — тихо произнес Шен.
Вода
«Бархатная мелодия флейты мягко лилась в лоно гармонии…» Иво был этой флейтой, или только частью ее, и сейчас он спускался в сектор гороскопа, укрытый водой. Первым он встретил скорпиона, нежившегося на берегу, казавшегося совсем не страшным, хотя и был он огромен — ведь он выражал творческие способности и честность. Затем, он прошел мимо сидящего под водой краба, который терпеливо проводил его взглядом из-под панциря. Наконец, он остановился возле аквариума, в котором плавали две рыбы, словно две ступни плясали под водой. На одной из них было написано СОСТРАДАНИЕ, а на другой — СЕРДЦЕ.
Из темного нутра флейты течет мелодияТо ли аромат, то ли песняКажется, что роза обрела уста…
Сказал Иво рыбам на понятном им языке.
Первая рыба ответила:
О, да. Природа, однако, играет своюпрекрасную музыкуНа скрипучем органе бытия…
Вторая рыба продолжила:
Все прекрасное, все звуки, светИ жар, и холод, и тайныСокровенных глубин природы…
И вновь первая:
Вся природа поет человекуО, возлюби меня, столь долго не любивший.
Вновь вторая:
О Дело! Твое сердце неужели мертво?И нет у тебя ничего, окромя головы?Я вся твое сердце! —
пропел голос флейты.
На песчаном дне аквариума ракушками было выложено:
Физический контакт между звездными цивилизациями породил хаос. У всех были интересы и амбиции, и лишь немногие были в высшем смысле этичны, чтобы не поддаться многообещающему соблазну. Предрассудки, изжитые, казалось, за время чисто интеллектуальных контактов, проявились теперь с невиданной силой. Оказалось, что некоторые теплокровные виды питают врожденную неприязнь к холоднокровным, покрытым слизью разумным существам, несмотря на равенство интеллекта. Образовалось множество подобных непримиримых сочетаний.
