- Какая опасность? - еще больше удивился Гарри.
- Существует заговор. В Школе чародейства и волшебства в этом году будут твориться кошмарные вещи, - прошептал Добби и вдруг задрожал всем телом. - Добби проведал об этом уже давно, сэр, несколько месяцев назад. Гарри Поттер не имеет права ввергать себя в пучину бедствий. Он всем очень нужен, сэр!
- Какие еще кошмарные вещи? - напрямик спросил Гарри. - Кто их затевает?
Добби издал странный сдавленный хрип и стал неистово биться головой об стену.
- Ну будет, будет. - Гарри схватил домовика за руку, пытаясь остановить истязание. - Я понимаю, вы не можете ничего сказать. Но почему вы предупреждаете меня? - И тут его пронзила внезапная мысль. - Постойте! Не связано ли это с Вол… простите, с Вы-Знаете-Кем? Если не можете, не отвечайте. - Но, увидев, что лоб Добби опять в опасном соседстве со стеной, поспешно прибавил: - Только кивните или покачайте головой.
Добби медленно задвигал головой из стороны в сторону.
- Нет, сэр, это не Тот-Кого-Нельзя-Называть, - внятно, по слогам произнес он. Но глаза его выпучились еще сильнее.
Гарри видел - Добби явно старается навести его на какую-то мысль. И попробовал догадаться:
- Может, у него есть такой же коварный брат?
Добби сильнее замотал головой, а глаза его чуть не вылезли из орбит.
- Ну ладно. Только я представить себе не могу, кто еще мог бы причинить мне зло в Хогвартсе. Ведь там же есть Дамблдор. Вы знаете, кто такой Дамблдор?
- Да, конечно, - кивнул Добби. - Альбус Дамблдор самый великий ректор в истории Хогвартса. Добби это знает. Добби слышал, что могуществом Дамблдор не уступал Тому-Кого-Нельзя-Называть, даже когда тот был в самой силе. Но, сэр, - перешел Добби на энергичный шепот, - есть враги, которых Дамблдор не может… враги, которых ни один уважающий себя волшебник…
И не успел Гарри глазом моргнуть, Добби соскочил с кровати, схватил настольную лампу и начал колотить себя по голове, сопровождая наказание душераздирающими криками.
Гости и хозяева внизу притихли. Гарри услыхал, как дядя Вернон затопал в коридоре, и у него бешено забилось сердце.
- Проказник Дадли, как видно, опять не выключил свой телевизор! - воскликнул дядя.
- Скорее в шкаф! - шепнул Гарри, схватил Добби, толкнул его туда, захлопнул дверцу и успел одним махом метнуться на кровать. В тот же миг ручка двери повернулась.
- Что… черт возьми… ты… тут… делаешь? - прохрипел дядя Вернон сквозь стиснутые зубы, приблизив пышущее злобой лицо вплотную к лицу Гарри. - Ты убил изюминку в моей замечательной шутке, «как японец играл в гольф». Еще один звук, и ты пожалеешь, что родился на свет!
С этими словами он, тяжело ступая, убрался из комнаты Гарри.
Дрожа от страха, Гарри подошел на цыпочках к шкафу и выпустил оттуда Добби.
- Видишь теперь, каково мне здесь? Понял, почему мне надо вернуться в Хогвартс? Это единственное на земле место, где у меня есть… по крайней мере я так думаю… у меня есть друзья.
- Друзья, которые не написали Гарри Поттеру ни одного письма?
- Наверное, они… просто… Подожди, - нахмурился Гарри. - А откуда ты знаешь, что мои друзья не писали мне писем?
- Гарри Поттер не должен сердиться на Добби. Добби так поступил с самыми лучшими намерениями… - сказал эльф, переминаясь с ноги на ногу.
- Ты воровал мои письма?
- Они у меня все здесь, сэр, - сообщил Добби, на всякий случай отскочив от Гарри подальше, и вынул из-за пазухи толстую пачку писем.
Гарри различил аккуратный почерк Гермионы, небрежную писанину Рона и даже каракули, которые наверняка были нацарапаны рукой лесничего Хагрида.
Добби, опасливо мигая, взирал из угла комнаты на Гарри.
- Добби надеялся… Пусть Гарри Поттер подумает, что его друзья забыли о нем… Может, Гарри Поттер и не захочет вернуться в школу, сэр…
Но Гарри не слушал. Он рванулся к Добби, протянув руку к письмам, но тот ловко увернулся.
- Гарри Поттер получит их, сэр, если даст Добби слово, что не вернется в Хогвартс. Ах, сэр, вы не имеете права подвергать себя такой опасности! Обещайте Добби, что не поедете больше в школу.
- Ни за что! - отчеканил Гарри. - Немедленно отдайте письма моих друзей!
- Так знайте, сэр, - печально проговорил эльф, - Добби придется прибегнуть к крайним мерам. Другого выхода нет.
И не успел Гарри опомниться, Добби выскочил из комнаты, толкнул дверь и кубарем скатился по лестнице.
Во рту у Гарри пересохло, сердце чуть не выскочило из грудной клетки. Он бросился вслед за домовиком, стараясь не производить шума. Перемахнул через шесть последних ступенек и неслышно, с ловкостью кошки приземлился на ковер прихожей. Огляделся по сторонам: куда мог деваться Добби?
- Пожалуйста, расскажите Петунье ту смешную историю про американских сантехников, мистер Мейсон. Она умирает от любопытства, - донеслись из столовой слова дяди Вернона.
Гарри бегом бросился в кухню и обомлел.
Тетушкино чудо кулинарного искусства - огромный пудинг из взбитых сливок и засахаренных фиалок - парил под потолком. А на верху буфета в углу, съежившись, сидел Добби.
- Не надо, - простонал Гарри, - они убьют меня…
- Гарри Поттер должен обещать, что он не вернется в школу.
- Добби, умоляю…
- Обещайте, сэр.
- Не могу!
Добби с состраданием посмотрел на него.
- Тогда Добби придется на это пойти. Ради вашего блага, сэр.
При этих его словах торт рухнул на пол с оглушительным грохотом. Клочья сливок заляпали окна и стены. А Добби, как будто щелкнув невидимым хлыстом, исчез, словно его и не было.
В столовой раздался визг, в кухню ворвался дядя Вернон, и его глазам предстал Гарри, с ног до головы облепленный пудингом тетушки Петуньи.
Сначала показалось, что дяде Вернону удалось разрядить обстановку.
- Это всего только наш племянник… Он не в себе, знаете ли… Незнакомые люди очень его пугают… И приходится держать его наверху, - говорил он, провожая Мейсонов обратно в столовую.
Вернувшись, он сунул в руки Гарри швабру и пригрозил, вот только гости уйдут, избить его до полусмерти. Тетя Петунья полезла в морозильник за мороженым, а Гарри принялся наводить в кухне чистоту.
Возможно, дяде Вернону удалось бы заключить самую крупную в жизни сделку, но в тот вечер семейство поджидала еще одна напасть.
Тетя Петунья стала обносить гостей коробкой с мятным шоколадом, как вдруг в открытое окно столовой влетела, шурша крыльями, огромная сова, уронила на голову миссис Мейсон письмо и вылетела обратно в темноту сада. Миссис Мейсон закричала дурным голосом, не хуже ирландского привидения, приносящего весть о близкой смерти, и выскочила вон из дома. После чего мистер Мейсон оставался в гостях ровно столько, сколько надо, чтобы сказать: жена его больше всего на свете боится птиц любого вида и цвета, а он вообще таких шуток не понимает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
