class="p1">У животных нет желания быть президентом. Поев, животное отдыхает, и даже его потребность в сексуальном удовольствии весьма ограничена и контролируется. За исключением мира человека потребность в сексуальном наслаждении во всем животном мире периодична. Есть период, когда животные нуждаются в сексуальном наслаждении, а по истечении этого периода они теряют все побуждение к сексуальному удовлетворению. Человек — единственное на земле животное, сексуальное побуждение которого всегда активно, двадцать четыре часа в сутки и триста шестьдесят пять дней в году. Нет никакого определенного временного предела его тяги к сексуальному наслаждению, он испытывает эту тягу все время. Жажда сексуального наслаждения заполняет всю его жизнь. Ни одно другое животное не испытывает такой тяги к сексуальному наслаждению. Если животное получает пищу, дело на этом заканчивается. Никаких дальнейших требований. У животных даже нет особого желания собирать пищу на завтра или на послезавтра или на год-два вперед. Если же какое-нибудь животное беспокоится о собирании пищи, то запас делается самое большее на один год, и такие животные редки. Человек — единственное животное, которое трудится для того, чтобы запастись не только на всю свою жизнь, но и на существование после смерти, если такое существование вообще есть.
В Древнем Египте, когда человек умирал, египтяне укладывали в могилу вместе с мумифицированным телом все вещи, необходимые для жизни. Укладываемые в могилу вещи соответствовали общественному положению умершего. Если умирал император, вместе с ним хоронили всех его жен, ведь они могли понадобиться ему после смерти. В его могилу укладывали все его богатства, пищу и очень много других вещей. Жен хоронили живыми вместе с умершим мужем, поскольку они могли пригодиться после смерти.
Ни одно животное не беспокоится о том, что будет с ним после смерти. Оно даже не беспокоится о своей смерти. Его виды на будущее очень ограничены. Человек же различными способами делает приготовление к следующему миру — миру иному. Он строит храмы и раздает милостыню, чтобы иметь возможность обрести счастье и в ином мире. Он хочет, чтобы в ином мире было зарегистрировано, что он раздал столько-то милостыни и ожидает награды.
Поклонение только органам чувств грубее и проще. Среди примитивных людей переплетение желания и поклонение Карма Пракриты менее изощренное, поэтому в их жизни меньше напряжения. В значительной степени в примитивных обществах, как и среди животных, есть только потребности органов чувств. Поклонения Карма Пракриты не существует. По мере того, как человек становится все более и более цивилизованным, повышается ценность удовлетворения эго в ущерб удовлетворению органов чувств. Мы прославляем человека, который приносит потребности своих органов чувств в жертву удовлетворения своего эго.
Человека, который в погоне за общественным положением прекращает заботиться о еде, своей жене и детях, мы называем великим и самоотверженным. Он стремится к некоему общественному положению, он стремится к престижу, а мы говорим: «Посмотрите на этого человека. Как он безразличен к еде, одежде, домашним делам». Но когда вы присмотритесь к тому, что лежит за всей его деятельностью, вы обнаружите, что он приносит потребности своих органов чувств в жертву ради удовлетворения своего эго.
Упанишады говорят, что такой человек двигается в великую тьму. По сравнению с таким человеком тот, кто захвачен лишь органами чувств, находится в лучшем положении. Паутина, сеть, в которой он находится, крепко и искусно сплетена, поскольку потребностей у органов чувств не много. Потребности же эго бесконечны. В органах чувств прекрасно то, что все они имеют мало, очень мало потребностей, это повторяющиеся, но не беспредельные потребности.
Запомните и поймите это. Эти потребности неоднократны, но не беспредельны. Ни одна потребность чувств не беспредельна. Никогда не случается так, что вы продолжаете есть, а чувство голода остается неудовлетворенным. Сегодня вы удовлетворили ваше сексуальное желание, завтра оно появится снова. Но при этом, когда сегодня ваше желание сексуального наслаждения удовлетворено, то совершенно неожиданно вы полностью свободны от этого желания. Сексуальное желание тоже не беспредельно. Оно, безусловно, повторяющееся, но оно также и ограничено.
Эго же беспредельно. Оно не требует повторения, оно требует все большего и большего. Как бы вы ни насыщали и ни удовлетворяли его, оно никогда не насыщается, оно никогда не удовлетворяется, эго ненасытно. Оно не может быть удовлетворено. Если оно приобретает одно положение, оно тут же начинает кампанию за более высокое положение. Не успеет оно добиться одного положения, как начинает готовиться к более высокому положению. Если вы говорите человеку: «Вас назначали министром», — тогда ему сразу же, той же самой ночью, начинает сниться, что он стал премьер-министром. Он говорит: «Отлично, одно желание осуществилось». Тогда его эго сразу же отправляется в свое следующее путешествие.
Эго не носит повторный характер. Желания, страсти повторны, но поскольку их требования имеют пределы, они успокаиваются, когда их осуществляют. Когда они снова пробуждаются, они повторяют свои требования. Вот почему животные не склонны беспокоиться и, следовательно, никогда не становятся неэротичными. Они никогда не требуют, чтобы их подвергли психическому обследованию, они не нуждаются ни в каком психоанализе. Им не требуется никакого Фрейда, никакого Юнга, никакого Адлера, для животных это ничего не значащие люди. Если вы присмотритесь к животным, вы обнаружите, что они очень спокойны. Если вы посмотрите на тигра после того, как он пообедал, вы найдете его очень спокойным. Ни малейшего беспокойства. Он — убийца, плотоядное животное до мозга костей, но его природа убийцы присутствует только до тех пор, пока он не получил свою пищу. Как только он поел, он абсолютно отказывается от насилия, он становится непоколебимым последователем Махатмы Ганди.
Тогда он остается безразличным к еде, лежащей перед ним. Когда лев отдыхает после обеда, более мелкие животные, которые вполне могли стать его обедом, собираются вокруг него и доедают остатки его обеда. Но тогда он вовсе не стремится убить их. Когда на следующий день он проголодается, он будет готов охотиться и убивать, но до тех пор с убийством покончено. С голодом же человеческого эго никогда не бывает покончено. Наоборот, он продолжает увеличиваться по мере того, как вы продолжаете удовлетворять его.
Уясните себе это различие между органами чувств и эго. Удовлетворяйте органы чувств, и они скоро будут насыщены. Они проголодаются снова и тогда их снова можно будет насытить. Но эго никогда не насыщается, оно никогда не бывает удовлетворено. Но по мере того, как вы насыщаете его, оно растет. Когда вы бросаете жир в огонь, чтобы погасить его, вместо того, чтобы погаснуть, огонь увеличивается. Таким же образом все, что бросается эго для его удовлетворения,
