из главных стратегических пунктов залива – в Порккалауде. Английские крейсеры особенно старались препятствовать движению русских судов в финских шхерах, и для захвата транспортов и их конвоирования посылали в шхеры свои вооружённые баркасы. В течение июня и июля 1809 г. на таких баркасах англичане несколько раз нападали в Аспенских шхерах у Питкопаса и Порккалауда, причём русские потеряли потонувшими и взятыми в плен до 18 лодок, иол и транспортов. Но и англичане потеряли несколько баркасов.
17 июля между материком и островами Стури и Лилла Сварте шесть русских иол и две канонерские лодки были атакованы двадцатью английскими гребными судами (катерами и баркасами). После упорного боя двум иолам удалось уйти к Свеаборгу, а остальные суда были взяты англичанами на абордаж. Русские потеряли убитыми двух офицеров и 63 нижних чина, и 106 человек были взяты в плен, из них 50 человек – раненых. Англичане потеряли убитыми двух офицеров и 17 нижних чинов, 37 человек было ранено. Захваченные иолы и канонерские лодки имели серьёзные повреждения, и англичане были вынуждены их сжечь.
В том же 1809 г. английские крейсеры заходили к русским северным берегам, но действия их ограничились разорением нескольких рыбацких пристанищ и нападением на беззащитный город Колу, где они опустошили винный магазин и захватили несколько купеческих судов. Но такие набеги не всегда заканчивались удачно для англичан. Так, например, осенью 1810 г. близ города Нордкапа англичане, завладев судном мещанина Герасимова, отправили его со своей командой в Англию. Но на пути Герасимов, воспользовавшись оплошностью англичан, запер их в каюте и, приведя судно в Колу, сдал своих победителей пленными.
5 (17) сентября 1809 г. в городе Фридрихсгам был подписан мирный договор между Россией и Швецией. От России его подписали министр иностранных дел граф Н.П. Румянцев и посол России в Стокгольме Давид Алопеус; от Швеции – генерал от инфантерии барон Курт Стединк и полковник Андрас Шельдебронт.
Военные условия договора включали в себя уход русских войск с территории Швеции в Вестерботтене в Финляндию за реку Торнео в течение месяца со дня обмена ратификационными грамотами. Все военнопленные и заложники взаимно возвращались не позднее трёх месяцев со дня вступления договора в силу.
Военно-политические условия заключались в недопущении входа в шведские порты британских военных и торговых судов. Запрещалась их заправка водой, продовольствием и топливом. Таким образом, Швеция фактически присоединялась к континентальной блокаде Наполеона.
По условиям договора:
1. Швеция уступала России всю Финляндию (до реки Кеми) и часть Вестерботтена до реки Торнео и всю финляндскую Лапландию.
2. Граница России и Швеции должна проходить по рекам Торнео и Мунио и далее на север по линии Муниониски – Энонтеки – Кильписярви и до границы с Норвегией.
3. Острова на пограничных реках, находящиеся западнее Фарватера, отходят к Швеции, восточнее фарватера – к России.
4. Аландские острова отходят к России. Граница в море проходит по середине Ботнического залива и Аландского моря.
По экономическим условиям договора:
1. Срок русско-шведского торгового договора, истекавшего в 1811 г., продлевался до 1813 г. (на 2 года, вычеркнутых в его действии войной).
2. Швеция сохраняла право на беспошлинную закупку ежегодно в портах России на Балтике 50 тысяч четвертей хлеба (зерна, муки).
3. Сохранение беспошлинного взаимного вывоза традиционных товаров из Финляндии и Швеции в течение трёх лет: из Швеции – меди, железа, извести, камня; из Финляндии – скота, рыбы, хлеба, смолы, леса.
4. Взаимное снятие арестов с авуаров, финансовых операций, возвращение долгов, доходов и т. п., прерванных или нарушенных войной. Принятие или восстановление решений по всем искам собственности в Швеции и Финляндии, а также в России, связанных с финляндским хозяйством.
5. Возвращение секвестрированных во время войны имений и имущества их владельцам в обеих странах.
Шведы и финны в течение трёх лет с момента подписания договора могли свободно переезжать из России в Швецию и обратно вместе со своим имуществом.
Главным итогом мирного договора стало вхождение Финляндии в состав Российской империи.
1 февраля 1809 г. император Александр I объявил, что 29 марта в городе Порвоо будет созван финляндский сейм. Собрание сословий было созвано для провозглашения императора Александра правителем Финляндии и принесения финляндскими сословиями присяги на верность ему.
16 (28) марта в Порвоо собрался сейм, на котором все сословия Финляндии принесли присягу русскому императору. Финляндия стала обособленной частью империи со своими законами и даже собственной валютой. С этого момента события в Финляндии выходят за рамки нашего повествования, а всех интересующихся я отсылаю к моей книге «Утерянные земли России. От Петра I до Гражданской войны» (М.: Вече, 2006) и «Три войны «великой» Финляндии» (М.: Вече, 2006).
Поражение в войне с Россией и Фридрихсгамский мир существенно повлияли и на шведские династические дела. Шведский король Густав IV Адольф был свергнут армией в марте 1809 г., то есть до подписания мирного договора. Новым шведским королём риксдаг избрал брата Густава III, герцога Сёдерманландского, бездетного и в довольно преклонных годах. Карлу XIII (1748–1818) – так звали нового короля – нужен был наследник. Несколько позже риксдаг избрал таковым голштинского принца Кристиана Августа Августенбургского. Однако тот в мае 1810 г. внезапно скончался прямо на плацу во время парада.
Ряд шведских офицеров решили сделать наследником престола… наполеоновского маршала Жана Батиста Бернадота. Шведский лейтенант Карл Отто Мёрнер привез тайное послание маршалу.
Тут надо заметить, что по происхождению Бернадот даже не был дворянином. Он родился в 1763 г. в маленьком беарнском городке По в семье обывателей. Нищета заставила его в 1780 г. завербоваться в армию простым солдатом. Но Бернадот был гасконцем и мечтал о славе, почестях и чинах. И Наполеон сделал его маршалом.
В августе 1798 г. Жан Батист женился на Дезире Эжени Клари – дочери марсельского купца. Она тоже не была дворянкой, но с 1793 г. у нее был роман с капитаном Буона Парте, а весной 1795 г. оный корсиканец пообещал даже жениться и официально был объявлен женихом Эжени. Тем не менее хитрый Наполине удрал в Париж, где увлекся хорошенькой вдовушкой Жозефиной Богарне, которая в свою очередь была любовницей главы Директории Барраса. Как известно, Баррас выдал Жозефину за Наполеона, дав в приданое итальянскую армию.
Вопрос, насколько блестящая карьера Бернадота была связана с женитьбой на Дезире Эжени Клари, дискутируется историками, но в любом случае это сыграло существенную роль.
Получив предложение шведских офицеров, наш маршал призадумался. Он прекрасно понимал, что Наполеон может найти и лучшую кандидатуру на шведский престол. Желание шведских офицеров мало интересовало великого императора. Для него имело значение лишь мнение своего союзника – русского императора Александра I. И Бернадот назначает тайную встречу сотруднику русского посольства в Париже
