Дарэк поднял руку, подавая знак капитану зажигать огонь. На этот раз Парр бросился выполнять приказ еще более энергично, боясь, что что-нибудь опять помешает ему выполнить столь приятную миссию. Он что-то пробормотал жертве, по всей вероятности, что-то подлое, судя по гневному выражению лица Джейрена, и коснулся факелом сена.
У Атайи на лбу появились крупные капли пота: Алдус все еще шел к ней, а Джейрен напряженно следил за ним. Если он раскроет секрет «благословения» раньше времени, Алдусу не дадут возможности приблизиться к Атайе. Но ждать долго он не мог.
Быстрее, Алдус, — молилась Атайя.
Священник находился от нее на расстоянии каких-то нескольких ярдов, когда к нему обратился Дарэк, заставив приостановиться.
Король поблагодарил святого отца за преданность церкви и проявленное великодушие. Священник слушал, изображая смирение, пытаясь сохранить внешнее спокойствие. Сердце Атайи разрывалось на части: она с содроганием смотрела, как разгорался огонь, поднимаясь все выше и выше. Вот уже язык пламени скользнул по руке Джейрена, и тот, понимая, что больше не может ждать, приказал металлическим оковам выпустить его из своего плена и выскочил из костра.
— Матерь Божья, он убегает! — Люкин всплеснул руками и вытаращил глаза. — Капитан, не упустите его!
Парр уже отдавал распоряжение воинам хватать беглеца. Его глаза горели, подобно огню, устремившемуся ввысь, охватившему уже почти весь столб. Вдруг его лицо исказилось жуткой гримасой, он, сотрясаясь от злости, указал рукой в ту сторону, куда рванул Джейрен, но не на него, а на человека, вынырнувшего к нему из толпы и помогавшего теперь расчищать путь.
— Это Кейл Эван! — завизжал Парр. — Он с ними заодно! Хватайте его!
Неожиданно Атайя увидела еще одно знакомое лицо: сэр Джарвис, преграждая путь стражникам, как будто по неосторожности опрокинул свой набитый серебром кошелек. Блестящие монеты, весело позвякивая, рассыпались по ступеням, и народ, не обращая ни малейшего внимания на приказы капитана разойтись, набросился на них, подобно голубям, слетевшимся на усыпанный хлебными крошками тротуар.
Освободившись от заклинания блокировки, Джейрен быстро создал невидимый покров, но его силы были значительно ослаблены, поэтому невидимая пелена то и дело растворялась, то скрывая, то представляя всеобщему взору своего владельца и Кейла. Так они и бежали вверх по лестнице, устремляясь к пустынным западным воротам собора.
Сообразив, что произошло, Люкин с остервенением повернулся к Алдусу:
— Это ты освободил его! Будь ты проклят! Ты предал нас!
— Нет! — крикнул, уверенно глядя на короля и епископа, Алдус. — Я предал не вас, а себя в тот момент, когда отрекся от признания своих способностей. Я чувствую Бога в себе, и это невиданное блаженство!
Его глаза искрились внутренней радостью. Наконец он понял, что его магия — не противоречащее церкви зло, а лишь другая грань чудесной тайны.
Быстро оглядевшись по сторонам, Алдус отметил, что стражники заняты погоней за Джейреном и Кейлом, и зрительно измерил расстояние до Атайи. Это не ускользнуло от внимания епископа.
— Держите ее, — неистово заорал он. — Не подпускайте к ней священника!
В мгновение ока вокруг Атайи образовалось плотное кольцо воинов, готовых предотвратить любую попытку приблизиться к ней.
То, что произошло в следующее мгновение, сбило с толку всех присутствовавших.
— Figuram vistonibus praesta! — крикнул Алдус, подняв голову к небу, вытянув руки, подобно крыльям. Каждое из слов было наполнено радостью и казалось хвалебной песней, воспевающей Творца. — Turmam angelorum mihi praebe!
На главную площадь города опустился густой туман. Он кружился, как визуальная сфера, до тех пор, пока в воздухе не появились странные создания: светящиеся, с прозрачными, узорчатыми, точно кружевными крыльями.
— Кто они? — послышались со всех сторон перепуганные крики.
Атайя с удивлением отметила, что вскрикивают обычно непробиваемые гвардейцы короля. Некоторые падали на колени и начинали отчаянно молиться, прося прощения за все содеянные прегрешения.
Слепящее сияние ослабло, и Атайя смогла рассмотреть удивительных существ. Их лица, обрамленными золотистыми кудрями, ни женские, ни мужские, были созданы как будто из мрамора, словно старинные статуи святых из собора неожиданно обрели крылья и поднялись в воздух. Неестественно большие горящие глаза смотрели вниз, бросая на одних божественные и одобрительные, на других строгие и осуждающие взгляды.
Неожиданно все создания одновременно захлопали крыльями, поднялся сильный ветер, в воздухе распространился аромат роз.
По невидимому сигналу они разделились на группы. Первая устремилась на окружавших Атайю солдат, вторая — на стражников, гнавшихся за Джейреном и Кейлом. Третья подлетела к перепуганным королю и епископу. Те пустились бежать и в полном смятении укрылись в одной из карет.
Атайя тоже приготовилась к побегу, но одно из существ, заметив это, спустилось к ней и отвесило ей почтительный поклон.
— Никуда не уходи, — произнесло оно. — Он не забыл про тебя.
Тут она заметила, что странное создание даже не шевелило губами, и поняла: сказанные им слова отзывались эхом где-то в ее голове.
Атайя перевела взгляд на Алдуса и поразилась произошедшей в нем перемене. Ничто не напоминало в нем того жалкого, сгорбленного человека, каким он был всего полчаса назад. Теперь она видела перед собой само олицетворение уверенности, решительности и умиротворенности.
Иллюзорные заклинания… — догадалась Атайя, отмечая, однако, что ничего подобного созданному Алдусом ей не доводилось видеть ни разу в жизни.
В памяти неожиданно всплыл разговор с Мэйзоном: он сказал ей однажды, что Алдус обладает феноменальным талантом к иллюзорным заклинаниям, и подчеркнул, что в своих творениях священник воплощает в жизнь нарисованные фантазией образы из священных писаний.
Она пристальнее пригляделась к творениям священника, и неожиданная мысль молнией пронзила ее сознание: а что, если эти существа вовсе не иллюзия, а нечто такое, чего еще не видывал мир, особое создание этого талантливого священника-колдуна?
Вокруг творилось нечто невообразимое. Некоторые люди усердно молились, стоя на коленях, другие, расталкивая толпу, стремились убежать с площади.
— Этот священник — колдун! — истерично кричал кто-то. — Лорнгельды проникли в церковь. Мы пропали!
— Нет! — орал другой голос. — Им руководит сам Господь. Ты что, не видишь? Даже ангелы спустились с небес, чтобы помочь ему!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
