государства. Предваряя описание дальнейших событий, Н. М. Карамзин дает блистательную характеристику того способа правления, который, в сущности, доминировал в Москве с 1533 по 1546 годы. «Мучительство олигархии есть самое опасное и самое несносное. Легче укрыться от одного, нежели от двадцати гонителей. Самодержец гневный уподобляется раздраженному Божеству, пред коим надобно только смиряться; но многочисленные тираны не имеют сей выгоды в глазах народа: он видит в них людей ему подобных и тем более ненавидит злоупотребление власти»[102].
Олигархи на Руси, как и в любом государстве, были всегда. Такие это живучие люди. Они не умирают даже тогда, когда умирает государство, перерождаясь… При некоторых оговорках олигархом вполне можно назвать Степана Ивановича Кучку, московских тысяцких, бояр. Напряженную, жестокую борьбу с ними вели практически все московские князья, за исключением разве что хитроумного Калиты, но никогда ранее боярам не удавалось так приблизиться к вершинам власти, как это случилось после смерти Василия III Ивановича. Олигархи. Звучит гордо.
Может быть, потомственная гордость сгубила Михаила Глинского, дядю правительницы, которая, похоронив мужа, вдруг влюбилась в князя Ивана Овчину-Телепнева-Оболенского. Любовь, как известно, всеядна. Она не признает ни этикетов, ни моральных ограничений, ни законов, ни обычаев… Иван Телепнев, человек волевой, беспринципный, тщеславный, воспользовался прекрасной возможностью, то есть безграничной любовью вдовы, и захватил власть в Думе, правил государством. Жестко правил, будто бы готовил страну к зверствам ненасытных опричников.
Дядя правительницы не выдержал – хоть и олигарх, но человек добропорядочных нравов: взорвался, сказал Елене напрямую, никого не боясь, по-родственному, все, что он думает о разврате, о пагубном его воздействии на державу. Елена, влюбленная, но вряд ли возлюбленная, тем же вечером пожаловалась Телепневу. У него на это был свой ответ, который, необходимо подчеркнуть, устроил многих бояр, многих олигархов. Михаил Глинский, человек сложной судьбы, странных решений, но – порядочный, попал по наговору в измене в темницу где вскоре скончался.
Чуть позже, 26 августа 1536 года, в темнице умер от голода Юрий Иванович, дядя великого князя. Его младший брат, Андрей Иванович, узнав о страшной кончине близкого родственника, не на шутку перепугался и, напуганный, совершил грубую ошибку, не поехал к Елене по ее приглашению, сославшись на болезнь. Правительница, подстрекаемая любимым Телепневым, отправила к дяде Ивана врача, тот нашел его абсолютно здоровым…
У Рюриковичей на протяжении шестисот лет с женским вопросом было все в порядке. Кроме княгини Ольги никто из особ слабого пола не помышлял о том, чтобы править державой. Конечно же, без женщин в этом вопросе не обходилось. Помогали они мужчинам управлять страной, уделами, но в рамках варяжских порядков, покоившихся на платформе патриархата. В XVI веке Рюриковичи сильно сдали. Власть огромной страны в ответственный период перехода державы из одного состояния (национальной державы) в более сложное (многонациональной империи) они доверили в перспективе на 14-15 лет, до возмужания Ивана IV юной, влюбчивой вдове.
Она, с одобрения, если не по властному требованию возлюбленного, послала к дяде епископа Досифея. Тот тщетно пытался успокоить перепуганного Андрея, а тем временем вслед за Досифеем отправилась крупная дружина во главе с Телепневым и Никитой Хромым. И тут-то дядя Ивана IV перешел к активным действиям. Он бежал из Старицы вместе с семьей и дружиной, разослал во все концы страны воззвание, в котором предлагал боярам перейти к нему на службу и не подчиняться верховной Думе, правительнице и ее любовнику, и взял курс на Новгород.
Князь Иван Телепнев перехватил возмутителя спокойствия, своим воззванием поставившего страну на грань гражданской войны. Андрей – решимость драться за власть еще не покинула его – вывел свою дружину на поле боя, расположил полки. До начала гражданской войны, в принципе уже созревшей в недрах державы Рюриковичей, оставалось несколько мгновений. И тут нервы у дяди Ивана IV не выдержали, он пошел на переговоры с Телепневым, потребовал от него дать клятву, целовать крест в том, что Елена забудет на веки вечные этот неприятный эпизод. Андрей поступил в данном вопросе как настоящий Рюрикович. Сколько клятв давали они друг другу за шестьсот лет, сколько крестов перецеловали, сколько раз нарушали клятвы – куда более порядочные люди, чем любовник и любовница при троне! Разве можно было доверять Телепневу?! Можно, если ты настоящий Рюрикович.
Иван Телепнев дал клятву, доставил несчастного дядю к Елене Глинской. Та устроила ему образцово-показательный урок на тему «Кто какие клятвы может давать», накричала на своего возлюбленного, во гневе приказала заковать Андрея и бросить его в темницу. Жить ему там было неуютно. Но он упорно цеплялся за жизнь некоторое время, хотя надеяться ему было не на что. Еще не остыв от гнева (да и не гнев то был, а холодный расчет и грубая расправа), правительница повелела взять под стражу семью Андрея, арестовать всех советников и приближенных, а также слуг смутьяна. И начались жестокие пытки. Только женщина, страстно влюбленная в какого-нибудь мужика, способна на такие приказы. Впрочем, понять ее можно. Кроме Телепнева, у нее был сын, ради которого она, быть может, и старалась. Пытки сломили многих. Они сдавали всех, кто был близок Андрею, кто в разговорах с ним холодно отзывался о Елене Глинской и Телепневе. Далее правительница действовала по-римски, хотя даже ребенку понятно, что Андрею Ивановичу очень далеко до Спартака. Елена приказала поставить на дороге, ведущей из Москвы в Новгород, тридцать виселиц на значительном расстоянии друг от друга и повесить на них измученных пытками «изменников».
Через полгода после заключения в тесной темнице умер насильственной смертью князь Андрей Иванович. Гражданская война не состоялась. Дело закончилось торговой казнью бояр Андрея Ивановича, многие из них принадлежали к знатным древним родам, например, князья Оболенские, Пронский, Хованский и другие. Их вывели на торговую площадь и принародно отстегали кнутом, как значительно позже русские помещики будут стегать кнутом крепостных крестьян.
Борьбу за власть, за укрепление самодержавия Елена Глинская вела с большим преимуществом в свою пользу и в пользу сына. Это обстоятельство сыграло не последнюю роль в успехах внешнеполитической деятельности Русского правительства и в развитии экономики в стране. Москва заключила дружественные договоры со шведским королем Густавом Вазой, с магистром Ливонского ордена Плеттенбергом, с молдавским воеводой Петром Стефановичем, а также с ногайским и астраханским ханами. Кроме того, верховная Дума и Елена Глинская пытались расширить и восстановить былые дипломатические связи со странами Европы. Успешная в целом внешнеполитическая деятельность помогала стране Московии вести борьбу (не обязательно военными средствами) с главными соперниками Русского государства в Восточной Европе: Крымским ханством, великим княжеством Литовским и Казанским ханством. Надо отдать должное и верховной Думе, и Елене
