– Поздравляю, святой отец, вы были почти правы, вам почти удалось самостоятельно найти ответ и понять природу возникновения мора. Если бы у меня была шляпа, то я непременно бы ее перед вами снял, – почтительно кивнув головой, Шак вернул отцу Патриуну ту самую самодельную карту, которую святой отец всегда носил с собой за голенищем сапога. – Сначала вы предполагали, что это метки маршрутов, потом пошли дальше в ваших суждениях и, вопреки догматам вашей религии, склонились к версии о порталах. Да вы еретик, отче!
Шак рассмеялся. Далеко не с каждым представителем духовенства можно было вот так шутить и вести подобные речи. Даже самое страшное обвинение, обвинение в ереси, было воспринято собеседником правильно, без надувания щек и брани.
– Тот, кто блюдет догматы, тот не служит в миссионерском корпусе, – невозмутимо пожал плечами святой отец, а затем лукаво улыбнулся: – К тому же ересь – это отрицание догматов веры, а я не пытался дать иное объяснение привычным вещам. Мы столкнулись с новым явлением, не упомянутым в Священном Писании или в трудах святых, а значит, у церкви еще нет на это точки зрения, нет догмата. Так что же я нарушил?
– Пустое это…– Шак отмахнулся, его не интересовало новое русло беседы, куда приятней было подивить святого отца, рассказав ему правду о том, с чем ему довелось повстречаться. – Этой ночью вы столкнулись с весьма интересным явлением, с колдовством, с созданием неразумных, но очень послушных и грозных в бою форм жизни. В нескольких местах Священного Писания о подобных вещах заходит речь, но мельком и без раскрытия механизмов создания тварей.
– Ага, битва войска Нуила Одаренного с…– начал вспоминать отец Патриун.
– Не знаю…не помню…Я очень давно не читал книг, тем более духовного содержания, – убедительно замотал длинными локонами Шак и, чтобы больше не отвлекаться на близкие к разговору, но чуждые ему темы, перешел к непосредственному объяснению того, что для него самого стало окончательно ясно лишь недавно: – Твари не берутся из воздуха, для любого искусственного создания нужен материал, мясо, кости и прочая плоть…Колдун и его сообщники тщательно готовились к нападению. Прежде всего, они запаслись исходным материалом, собрали, переделали распадающуюся плоть умерших людей в однородную черную жижу. Она живая, она извлекает пищу из всего, с чем соприкасается: почва, живые организмы, вода, даже лунный и солнечный свет поддерживают ее силы…
– Вот как? – перебил святой отец, слегка усомнившийся в достоверности объяснения.
– Именно так. Посмотрите, к примеру, на эту плесень и грибки, – Шак указал на ближайшее скопление черной жижи. – Они питаются лунным светом, извлекают из него нужные элементы, чтоб затем передать их пока бесформенной массе, которая, кто знает, быть может, на следующую ночь станет именно той тварью, что оторвет вам голову.
– Оптимистично, – хмыкнул отец Патриун.
– Это – правда, а настоящая правда никогда не бывает оптимистичной или пессимистичной, она объективна, и ей глубоко плевать на то, кто и как пытается ее трактовать, какие логические цепочки выстраивает и какие струны в душе слушателя пытается задеть. И вообще, хотите слушать, я говорю, нет, что ж, дорога большая, на всех хватит! – Дискуссии порой раздражают, тем более о вещах, в которых оппонент, мягко говоря, не разбирается. Шак был не склонен к вступлению в бессмысленный спор, но до конца все же договорил: – Лужи на поверхности – еще не вся масса, из которой можно создать любую тварь. Там, внизу, находится огромный водоем. Это река, река, текущая туда, куда колдун захочет, но по заранее проложенному руслу. Пока что его думы сосредоточены на штурме замка, так что не будьте дураком, святой отец, берите ваших людей и мчитесь отсюда куда подальше!
– Что суждено, того не миновать, – изрек насупившийся, как попавший под дождь воробей, Патриун. – В войне с нежитью нет места отступлениям, есть только дезертирство, а оно…
– Я открыл правду, остальное меня не касается, – уверенно заявил Шак и, прежде чем пришпорить коня, напоследок сказал: – С прошлой ночи количество тварей резко возросло, что связано с резким увеличением объема гниющей массы. В округе появились и высшие формы «бесовского отродья», они черной жижей не питаются, но могут перемещаться по ней с поразительной скоростью. Кстати, и за частокол к вам они именно так проникли, где-то среди сырых подвалов домов была гнильца…На днях форт «Авиота» пал. К нашему берегу Удмиры причалила целая флотилия проклятых кораблей. В графство прибыло много, слишком много незваных гостей, как примитивных, так и тех, что в состоянии свернуть башку и вам, и храбрым слугам Лотара. Я предупредил, а вы уж сами решайте вашу судьбу! Дорога честь с идеалами – отправляйтесь в замок…как скот на убой; цените жизнь – тогда бегите!
Шак отъехал и еще с четверть часа злился на себя: «Не стоило, ой не стоило объяснять священнику, как действует колдовство и на каких процессах оно основано. С людьми так нельзя, пусть даже с самыми любознательными из них! Они еще слишком мало знают, чтобы постичь природу вещей, с ними нужно изъясняться на языке догматов и не подлежащих сомнению фактов. – Шак вспомнил о Священном Писании, через призму которого верующие смотрят на мир. – Недаром в основной книге, по сути дела, учебнике жизни, написанном как Единой, так и Индорианской Церквями, никогда не раскрывались подробности и технические детали происходящего. «…оззвал богомерзкий колдун к темным силам, и, аки грибы, полезла из-под земли всякая погань!..» Все просто, доходчиво и понятно! Ведь на самом деле людей даже не интересует «как?», в лучшем случае, и самые умные из них способны лишь задать примитивный вопрос «почему?». Остальная же масса охотно пользуется готовыми формулами с формулировками и не утруждает свой мозг поиском доказательств…
Стало светать, звезды ушли с небосклона, уступив место сумрачной мгле. Вдали вот-вот должны были предстать взорам стены графского замка, а у Шака еще оставалось важное дело. Он должен был найти и поговорить с перетрусившим, избегавшим его компаньоном, перед тем как рыцари в черно-зеленых плащах окружат его и сопроводят в покои графа Лотара. Их дорожное братство, товарищество по несчастью распалось, как только Шак перестал быть бродягой и выдал себя в деревне, но открытым оставался вопрос, который скитальцу очень хотелось задать юному и не по годам смышленому лекарю.
Шак без труда нашел повозку, на которой ехал его бывший напарник, но стоило ему лишь приблизиться, как парень тут же забрался под тент, в самую гущу раненых. Вытащить его наружу можно было лишь силой, но рыцарю в чешуйчатых доспехах не хотелось привлекать к их разговору излишнего внимания как с опаской взиравших на него рыцарей графа Лотара, так и обязанных ему жизнью миссионеров, осенявших себя тайком крестным знамением, когда он проезжал мимо. Шак решил обождать, тем более что впереди уже замаячили стены замка. Вилар пошлет полчища тварей на штурм не раньше следующей ночи, а значит, у них остается целый день, чтобы все обсудить. К тому же в графском замке явно имелось множество закутков, где им бы не помешали чужие уши да взоры.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
