птицу. Рабби, о тебе говорят, что ты хороший прогнозист. Скажи мне, эта птица в моих руках — она живая или мертвая?» А про себя мальчик думает: «Если раввин скажет, что птица мертвая, я разожму руки и покажу, что она живая. Если же он скажет, что птица живая, я сожму ладони, и она умрет». Ну, вот. И знаете, что раввин ответил? «Это зависит от тебя». Понимаете мудрость этого ответа? Каким быть будущему Евросоюза и Российской Федерации, зависит от их руководства, от их политики: быть птице мертвой или живой.
— Оглушительный успех был и у Вашей книги воспоминаний «Как я ошибался в политике». Когда Ваша книга поступила в продажу, ее буквально рвали из рук продавцов, и в течение одного дня было продано более тысячи экземпляров — с такой скоростью в Чехии продается разве что «Гарри Поттер». Так вот, в своей книге Вы назвали Владимира Шпидлу — своего преемника на посту премьер-министра Чехии — «блеющей дохлятиной, вызывающей только сочувствие». Вы всегда называете вещи своими имена, без скидок на политес?
— Всегда. И вот почему. Сегодня у нас в политических кругах в ходу термин «политическая корректность». По-моему, политическая корректность — это только деликатное название лжи. Понимаете? Например, сейчас запрещают свинину в школах в Западной Европе, чтобы не оскорбить религиозные чувства учащихся-мусульман. Это называют «политической корректностью». Но тот, кто ел свинину, так и будет есть свинину, а тот, кто не хочет, будет есть говядину, или что-то еще. Запрещать свинину, чтобы кого-то не обидеть, и называть это политической корректностью, по-моему, полная бессмыслица.
— Недавно я сдал в печать очередную книгу о Нюрнбергском процессе. Сердце кровью обливалось, когда я воспроизводил строки из выступления Главного обвинителя от Советского Союза Р. А. Руденко на Нюрнбергском процессе, посвященные страшной трагедии, которую пережили наши чешские братья из Лидице: «9 июня 1942 г. деревня Лидице была окружена по приказанию гестапо солдатами, прибывшими в 10 больших грузовиках. Они разрешали всем входить в деревню, но никому не позволяли из нее выходить. Двенадцатилетний мальчик пытался бежать. Солдат застрелил его на месте. Одна женщина хотела скрыться — пуля в спину сразила ее, и ее труп был найден в поле после уборки урожая. Мужчины были заперты в погребе, гумне и конюшне фермы семьи Горак. Они предвидели свою участь и спокойно ожидали ее. Семидесятитрехлетний священник Штерибек поддерживал их молитвами… Мужчины были выведены из фермы Горака в сад за гумном и расстреляны по десять человек. Убийства продолжались с утра до четырех часов дня. Затем палачи сфотографировались на месте казни у трупов… Судьба мужского населения была ужасна: 172 взрослых мужчин и юношей от 16 лет были расстреляны 10 июня 1942 г., 19 человек, работавших в шахтах Кладно, были спустя некоторое время схвачены в шахтах или в ближайших лесах и расстреляны в Праге. 7 женщин из Лидице были расстреляны в Праге. Остальные 195 женщин были сосланы в концлагерь Равенсбрюк, 42 умерли от плохого обращения, 7 погибли в душегубках…». Сейчас я завершаю работу над 10-серийным документальным фильмом о Нюрнбергском процессе. Отдельный фрагмент будет посвящен трагическим событиям в Лидице. И сразу после нашей беседы выезжаю туда. У меня там запланирована встреча с единственной оставшейся в живых свидетельницей Марией Долежаловой-Шупиковой на Нюрнбергском процессе.
И тем не менее, несмотря на все эти злодеяния национал-фашистких режимов в последнее время некоторые политики стали страдать деменцией, и впрямую занимаюся пересмотром итогов Второй мировой войны, дают свою, временами очень ангажированную, трактовку событий тех лет. Как вы полагаете, с чем это связано?
— Знаете, во время предыдущего нашего режима говорили, что Красная армия освободила всю Чехословакию. Это была историческая неправда, потому что Западную Чехию освободила американская армия. Теперь, наоборот, говорят, что американская армия освободила всю Чехословакию. И это тоже историческая неправда. Во время своего визита в Москву в мае 2015 года я хотел почтить память всех жертв советского народа. Говорят, что их было более 20 миллионов человек. И при освобождении Чехословакии погибли 150 тысяч советских солдат. Нам надо поклониться жертвам нацизма. Я говорю, нацизма, а не фашизма. Фашизм — это итальянский феномен. И если мы забываем свое прошлое, то мы это прошлое повторяем. В случае победы Гитлера мы говорили бы сегодня по-немецки. Это в лучшем, почти невероятном, случае. Или были бы скорее всего в концентрационных лагерях, а то и просто убиты. И не будь Советского Союза — даже американские генералы это признавали, — союзники проиграли бы войну с Гитлером. Надо признать решающую роль Советского Союза в победе.
— Наша встреча проходит в день, когда в России отмечается праздник защитника Отечества, праздник армии и флота. Ведь сегодня 23 февраля. В этот день мы вспоминаем всех героев, которые отдали свою жизнь за Родину. Вспоминаем и тех советских солдат, которые отдали свою жизнь за освобождение Праги. Для нас дороги имена и наших чешских братьев, которые погибли за свою Родину. На Нюрнбергском процессе советская сторона настаивала, чтобы чехи и словаки смогли сами представить доказательства зверств фашистов на их земле. К сожалению, этому воспротивились американские, английские и французские представители. Поэтому Роман Руденко, Главный обвинитель от Советского Союза, и его коллеги по команде выступали и от имени народов Чехословакии. Как вы считаете, справился ли советский обвинитель с поставленной задачей?
— По-моему, надо выслушивать всех жертв или представителей народов, которые понесли эти жертвы. Насколько я знаю, некоторые из нацистов были осуждены и казнены в Праге, например, Карл Франк, и были чешские свидетели. И я очень рад, что господин Руденко поддержал нас. Что касается позиций обвинителей из США, Великобритании и Франции, то, может быть, они хотели немного сократить время проведения Нюрнбергского процесса, чтобы поскорее уйти в отпуск.
— Каков, на Ваш взгляд, главный урок Нюрнбергского процесса? В чем его актуальность сегодня?
— Это предупреждение, что в будущем инициаторы любых войн предстанут перед международным трибуналом. Это было предложено уже после 1-й мировой войны. К сожалению, ни одного из виновников той войны не наказали. Теперь есть Международный трибунал в Гааге, который выполняет подобную функцию. И я очень рад, что он работает, что он осуждает некоторых диктаторов, например, из Центральной Африки. Конечно, мы можем спорить о том, что некоторые из руководителей нацистов не были приговорены к смертной казни. Я бы поступил с ними радикально.
— Рейхспротектор Богемии и Моравии Рейнхард Гейдрих отличался особой жестокостью. Как известно, с ним расправились бойцы чехословацкого Сопротивления 27 мая 1942 года. Какова была, по-Вашему, роль Сопротивления в Чехословакии?
— Во
