445
и обменяли свои меха на множество странных предметов, в основном на железо.
Тлинкиты сохранили в устной передаче вполне узнаваемое и точное описание своей первой, почти совершенно мирной встречи с чужой культурой*. Если однажды мы установим контакт с обогнавшей нас внеземной цивилизацией, выйдет ли наша встреча в целом мирной, несмотря на отсутствие надежного взаимопонимания, как у французов с тлинкитами, или она будет развиваться по иному, более мрачному сценарию, в котором немного более развитое общество полностью уничтожает другое, технически отсталое? В начале XVI века в Центральной Мексике процветала высокоразвитая цивилизация. У ацтеков была монументальная архитектура, развитая система ведения учета, утонченное искусство и астрономический календарь, превосходивший все, что существовали в Европе. Художник Альбрехт Дюрер, которому выпал случай полюбоваться ацтекскими сокровищами, впервые доставленными из Мексики, писал в августе 1520 года: «Никогда прежде я не созерцал ничего, столь радовавшего мое сердце. Я увидел... солнце, сплошь из золота, шириной в целый фатом** [в действительности это был ацтекский астрономический календарь]; такого же размера луну, сделанную полностью
* Рассказ Кови, вождя тлинкитов, показывает, что даже в дописьменной культуре узнаваемое описание контакта с развитой цивилизацией может сохраняться многими поколениями. Если бы сотни или тысячи лет назад Землю посетили представители развитой внеземной цивилизации, то даже в случае их контакта с дописьменными культурами мы вполне могли бы ожидать, что сохранятся отчетливые следы такой встречи. Однако нет ни единого примера того, чтобы легенду, без тени сомнения относимую к дотехнологической эпохе, не удалось бы объяснить иначе, чем контактом с внеземной цивилизацией. — Авт.
** Фатом — морская сажень, мера длины, равная 6 футам, около 1,83 м. - Пер.
446
из серебра... также две комнаты всевозможного оружия, панцирей и другой поразительной амуниции, — видеть все это удивительнее всякого чуда». Людей образованных потрясли книги ацтеков, по отзывам одного из ученых мужей «весьма схожие с египетскими». Эрнан Кортес описывал столицу ацтеков, Теночтитлан, как «один из самых красивых городов в мире... Занятия и поведение людей здесь находятся почти на таком же высоком уровне, как в Испании, они хорошо организованы и упорядочены. Особенно удивительно видеть все это, зная, что здешний народ — варвары, лишенные знания Бога и связи с другими цивилизованными нациями». Спустя два года после того как были написаны эти слова, Кортес полностью уничтожил Теночтитлан вместе со всей остальной цивилизацией ацтеков. Вот отрывок из ацтекской хроники:
Монтесума* [император ацтеков] был потрясен и напуган услышанным. Их пища приводила его в недоумение, но что едва не лишило его сознания, так это рассказ об ужасных ломбардских пушках испанцев, которые в момент выстрела производили страшный грохот. Этот шум у одних вызывал слабость, у других — панику. Из них [пушек] вылетало что-то вроде камня в окружении огня и искр. Грязный дым распространял отвратительный смрад. А выстрел сотрясал и разрушал горы, раскалывая их на куски. Он превращал дерево в опилки: дерево исчезало, как будто его сдуло ветром... Когда все это рассказали Монтесуме, его охватил ужас. Он почувствовал слабость, и душа его ушла в пятки.
* Моктесума II (Монтесума, правильнее — Мотекусома, 1466-1520) — верховный правитель ацтеков с 1503 г. Вел войны с миштеками и сапотеками, большую часть племенных противников принес в жертву богам. С приходом в Теночтитлан испанских завоевателей (ноябрь 1519 г.) был взят в заложники. Призывал своих подданных покориться и был убит ими (забросан камнями). — Пер.
447
Сообщения продолжали поступать. «Мы не так сильны, как они, — говорили Моктесуме. — Мы ничто по сравнению с ними». Испанцев стали называть «богами, спустившимися с небес». И все же ацтеки не питали иллюзий в отношении завоевателей, которых описывали такими словами:
Они набрасывались на золото, будто обезьяны, с горящими лицами. Очевидно, их золотой голод был неутолим, они жаждали золота, вожделели его, хотели зарыться в него, словно свиньи. Они рыскали повсюду, тыча пальцами, хватали золото, таскали его с места на место, прижимая к себе, невнятно бормоча между собой.
Но проникновение в испанский характер не помогло ацтекам защитить себя. В 1517 году над Мексикой появилась огромная комета Моктесума, умом которого владела легенда о возвращении ацтекского бога Кецалькоатля в образе белого человека, прибывшего из-за Восточного моря, немедленно казнил своих астрологов. Они не предсказали явление кометы и не могли истолковать его. Уверенный в надвигающейся катастрофе, Моктесума стал мрачным и отчужденным. Благодаря суевериям ацтеков и собственной передовой технологии отряд из 400 вооруженных европейцев и примкнувшие к ним местные племена к 1521 году полностью покорили и уничтожили высокоразвитую цивилизацию, насчитывавшую миллионы людей. Ацтеки никогда не видели лошадей — подобных животных просто не водилось в Новом Свете. Они не использовали железо в военных целях и не изобрели еще огнестрельного оружия. И все же технологический разрыв между ними и испанцами был не очень большим, возможно всего несколько столетий.
В Галактике мы должны быть самым отсталым технологическим обществом. Любая более отсталая цивилизация просто не создала бы еще радиоастрономию. Будь
448
сомнительный опыт культурных конфликтов на Земле галактическим стандартом, нас уже давно уничтожили бы, возможно походя выразив восхищение Шекспиром, Бахом и Вермером. Но этого не случилось. Быть может, инопланетяне исключительно доброжелательны и больше похожи на Лаперуза, чем на Кортеса. Или, несмотря на все заявления об НЛО и палеоастронавтах, наша цивилизация просто еще не открыта?
С одной стороны, мы показали, что в случае выживания хотя бы небольшой части технологических цивилизаций, научившихся жить в ладу с собой и разумно обращаться с оружием массового уничтожения, в Галактике их должно быть огромное количество. Уже сейчас мы освоили медленные межзвездные перелеты и рассматриваем быстрые межзвездные сообщения как достижимую для человечества задачу. С другой стороны, мы настаиваем на отсутствии убедительных свидетельств того, что иные цивилизации посещали Землю в наше время или в прошлом. Разве тут нет противоречия? Если ближайшая цивилизация находится, например, на расстоянии 200 световых лет, ей понадобится всего 200 лет, чтобы добраться до нас с околосветовой скоростью. Даже перемещаясь со скоростью в один процент или десятые доли процента от скорости света, представители соседних цивилизаций могли добраться до нас за время существования на Земле человечества. Почему они еще не появились здесь? Тому можно найти множество объяснений. Хотя это идет вразрез с наследием Аристарха и Коперника, все же не исключено, что мы являемся первыми; какой-то технологической цивилизации суждено стать первой в истории Галактики. Быть может, мы ошибаемся, веря, что по крайней мере некоторые цивилизации избегают самоуничтожения. Возможно, межзвездные перелеты осложняются какими-то непредви-
449
денными проблемами, хотя трудно понять, что может служить помехой при скоростях, значительно меньших скорости света. Или, может статься, они уже давно присутствуют здесь, но тайно в силу некоего галактического закона, некоего этического принципа невмешательства в развитие молодых цивилизаций. Можно представить, как они, с любопытством или бесстрастно, наблюдают за нами, подобно тому как мы следим за культурой бактерий в посудине с агаром, и гадают, удастся ли нам и в этом году избежать самоуничтожения.
Но существует и другое объяснение, которое не противоречит всем остальным нашим знаниям. Случись такое, что очень много лет назад на расстоянии в 200 световых лет от нас появилась высокоразвитая цивилизация, освоившая межзвездные полеты, у нее нет никаких особых причин интересоваться Землей, если только ее посланцы уже не побывали здесь. Человеческие технологии ничем не обнаружили себя, даже наши радиопередачи, пусть и летящие со скоростью света, не успели преодолеть разделяющие нас 200 световых лет. С точки зрения инопланетян все соседние звездные системы примерно в равной степени привлекательны для исследования и колонизации*.
Возникшая технологическая цивилизация, освоив свою планетную систему и научившись межзвездным полетам, приступила бы медленно и неуверенно к обсле-
* Для полета к звездам может найтись множество мотивов. Если бы наше Солнце или одна из соседних звезд угрожали вспыхнуть сверхновой, масштабная программа межзвездных полетов неожиданно сделалась бы очень актуальной. Достигни мы очень высокого уровня развития, открытие того, что ядро Галактики неминуемо взорвется, вызвало бы интерес даже к межгалактическим полетам. (Этот сюжет положен в основу фантастического романа Ларри Нивьена «Мир — кольцо». — Пер.) Подобные космические катастрофы случаются достаточно часто, чтобы кочующие по космосу цивилизации стали реальностью. И всё же их прибытие к нам остается крайне маловероятным. — Авт.
