Читаем без скачивания Перед закатом Земли (Мир-оранжерея) - Брайан Олдисс

– А, вот он знак, которого я дожидался! – в радостном возбуждении выкрикнул дельфин. – Теперь я вижу, что всегда был прав – конец мира действительно наступает, и дожидаться его осталось уже недолго.

– Что это за ужас? – спросил Грин, опустивший свою ношу на камень с плоским верхом, нашедшийся поблизости.

– Споры, семена, пыльца, надежда и поросль, сама суть веков зеленого трепета Земли. Свет этот поднимается вверх, уносясь в неведомое, туда, где для него есть новые просторы. Земля в основании этой молнии должно быть спеклась до состояния голого камня! Нагревайте мир непрерывно в течение половины вечности, дайте ему возможность вывариться в соку собственного плодородия, после чего внезапно увеличьте мощность, добавив дополнительный ток: в результирующем процессе возгонится экстракт самой жизни, воспарит воздушным шаром высь и рассеется в космосе, разносясь галактическими течениями.

Мысленно Грин снова увидел остров с высоким утесом. Хотя он не знал и не понимал, что имеет в виду дельфин, говоря о том, как воспаряет вверх экстракт жизни, вливаясь в галактические течения, по ощущениям это соответствовало тому, что он пережил в удивительной пещере со множеством глаз. На секунду он пожалел, что с ним нет больше сморчка, которого он смог бы спросить об этом.

– Осторожно, к нам идут острозубые! – крикнула Яттмур. – Слышите? Они кричат где-то поблизости!

Оглянувшись обратно в ту сторону, откуда они только что пришли, она увидела в сумеречном свете крохотные фигурки с коптящими факелами, которые медленно и осторожно, но неуклонно карабкались вверх по склону, частью на двух ногах, частью на четвереньках.

– Нам нужно двигаться дальше, Содал-Йе, – крикнула она дельфину. – Если мы задержимся тут еще хотя бы на минуту, острозубые настигнут нас. Прекрати болтовню, дельфин, и скажи, что нам делать.

Оставив рассуждения о своих открытиях, Содал-Йе проговорил:

– Теперь нам предстоит подняться еще немного, на самую вершину горы. Это тяжело, но идти тут недалеко. С самой вершины открывается тайная тропинка, ведущая вниз среди камней. По этой тропе мы спустимся с утеса и сможем через долину выйти к Щедрым Водам. Нам нечего волноваться – этим убогим острозубым еще предстоит преодолеть изрядный кусок подъема.

Грин двинулся в сторону каменного выступа прежде, чем Содал-Йе закончил говорить.

Торопливо устроив ребенка на руках поудобней, Яттмур устремилась следом. Потом она внезапно остановилась.

– Эй, дельфин, – крикнула она. – Смотри! Один из странников упал из неба прямо на каменный выступ на горе. Твой тайный проход перегорожен, там невозможно пройти!

Похожий на трубу, выстроенную на покатой крыше, каменный выступ торчал на самом краю плоской вершины горы. Странник опустился совсем рядом с выступом и далее позади его, массивный, неповоротливый и плотный на вид. Они не заметили странника раньше только потому, что тот лежал в тени и его вершина почти не возвышалась над скалами.

Содал-Йе испустил крик отчаяния.

– И как прикажете нам теперь пролезать под этим огромным растением? – потребовал он ответа и в пылу ярости сильно хлестнул Грина по ногам своим мощным хвостом.

Пошатнувшись, Грин упал прямо на татуированную женщину-пашницу, ту, которая несла на голове горшок. Вместе с женщиной они растянулись на земле, в то время как дельфин катался рядом и ревел во всю глотку.

Татуированная пашница испустила крик, в котором слышалось нечто среднее между болью и яростью, при этом зажимая пальцами нос, из которого сочилась кровь. Содал что-то выкрикивал, но она не обращала на него никакого внимания. Яттмур помогла Грину подняться на ноги, а дельфин, повернув к ним голову, прохрипел с земли:

– Дьявол раздери отца и мать этой тупой пашницы, я хочу чтобы она немедленно послала свою подругу вперед, чтобы та узнала, удастся ли нам вырваться отсюда или нет. Давай, пни ее ногой, чтобы она хотя бы обернулась ко мне – потом положи меня обратно на свою спину, да смотри, впредь не спотыкайся.

И дельфин принялся снова кричать на пашниц.

Неожиданно женщина вскочила на ноги. Ее лицо, искаженное от злости, напоминало пересушенный фрукт. Схватив с земли горшок, она с силой опустила его на череп дельфина. От удара горшок раскололся и сморчок излился на его голову, покрыв ее подобно смертоносному желе.

В испуге Грин и Яттмур взглянули друг на друга. В их глаза читался вопрос: «Чего ждать теперь?» Рот женщины, умеющей перемещаться во времени, приоткрылся. Она беззвучно расхохоталась. Ее подруга присела на камни и разрыдалась; на мгновение восставший в ней непокорный дух снова скрылся в глубине ее души.

– И что нам теперь делать? – спросил Грин.

– Давай посмотрим, сумеем ли мы разыскать тайный проход, о котором говорил дельфин; если мы его не найдем сами, тогда начнем переживать, – сказала Яттмур.

Он тронул ее руку, пытаясь утешить.

– Если этот странник жив, то, возможно, если мы разложим под его брюхом костер, это заставит его взлететь, – сказал он.

Оставив пашниц сидеть с бесстрастными лицами возле Содал-Йе, они двинулись в сторону странника.

Глава двадцать шестая

По мере того, как сила излучения солнца возрастала, приближая тот недалекий день, когда светило обратится в сверхновую, сила и мощь растительности неуклонно прибавлялась, подавляя все прочие виды жизни, доводя их либо до полного уничтожения, либо изгоняя в сумеречную зону. Странники, эти огромные паукообразные чудовища растительного происхождения, иногда вырастающие до мили в протяженности, являли собой кульминацию мощи растительного царства.

Жар радиации стал для них жизненной необходимостью. Первые астронавты растительного мира, странники без раздумий (ведь они не умели думать) пускались в путь между Землей и Луной, протоптав туда тропу спустя много тысячелетий после того, как человек свернул свою шумную деятельность и удалился на деревья, откуда в свое время и спустился.

Грин и Яттмур двинулись вдоль черно-зеленого фиброзного бока растительного великана. Яттмур прижимала к своей груди Ларена, с любопытством выглядывающего из-под рук матери, изучая окружающий мир. Внезапно, почуяв опасность, Грин остановился и замер.

Потом он поднял голову. С высоты бока странника на него смотрело странное темное лицо. Еще через мгновение он там же заметил еще несколько внимательных лиц. В густой длинной поросли, покрывающей словно мех бока странника, скрывались несколько людей.

Грин инстинктивно выхватил нож.

Понимая, что они обнаружены, странные люди выскочили из своего укрытия и принялись спускаться вниз по боку странника. Всего их было десять человек.