силу, насколько это возможно. Другой, часто используемой стратегией, является выход из тела или, как другие описывают это, уход внутрь тела. Последнее переживание подобно сокрытию в невидимой точке глубоко внутри позвоночника. Обе стратегии способствуют доступу к духовному уровню сознания. Это может быть пережито по-разному, например, как абсолютный мир, как бытие, окруженное энергией любви, пребывание в океане света или в благословенной темноте, где «ничто не может достать меня, где я полностью защищен»[39].
Если бы я проводила интервью с клиенткой, которая упала, играя с шестом, я бы постаралась раскрыть переживания, испытанные ее в следующих микро-моментах: когда она узнала, что падает; во время падения; когда ее тело ударилось об асфальт; и когда зубы ударились об асфальт.
Это способствовало бы контакту клиентки с пиковыми переживаниями, описанными выше. В таких переживаниях хранятся мощные ресурсы; это ресурсы другого типа по сравнению с теми, доступ к которым она получила в описанном выше ресурс-ориентированном интервью.
Пиковые переживания содержат мощное расширение сознания: необычный уровень открытости, чувство блаженства или напор (бросок), как описанные ранее в книге.
Установление контакта с этими ресурсами в некоторых интервью может привести к переживанию исцеления целой шоковой истории. История может переживаться в новом свете, с новой перспективой, как освобождение от роли жертвы, от упрощенной точки зрения «хорошо и плохо». Становится легче признать, что событие произошло. «То, что произошло — это больно — и это открыло доступ к мощным ресурсам внутри меня».
Наш опыт показывает, что контакте пиковыми переживаниями — это большая помощь в контейнировании и принятии того, что шок произошел. Когда мы признаем некоторые из мощнейших ресурсов, находящихся внутри нас, которые имеют отношение к худшему из пережитого нами, события воспринимаются с новой точки зрения.
Воспоминания, хранящиеся в ядре шока, содержат осознание наиболее радикальных частей шоковой копинг-стратегии. Эта стратегия провела человека через ситуацию и сохранила незатронутыми достоинство и способность к установлению взаимной связи, несмотря на угрозу. Ценность пик-в-шоке интервью в помощи клиенту в осознавании этих глубоких стратегий, как именно он или она справились, чтобы защитить достоинство и взаимосвязь. Таким образом уровни сущностных энергий вновь становятся доступными. Я уверена, что это содержит в себе значительную часть исцеляющего потенциала.
После пик-в-шоке интервью важна фаза интеграции в эго новых осознаний и способностей. Признания, решения и ресурсы, с которыми был установлен контакт в подобном интервью, находятся дальше от эго-сознания, чем элементы, обнаруженные в ресурс-ориентированном интервью.
Часто клиенту очень трудно описать словами пиковые переживания. Эта трудность может усиливаться во время интервью, когда вы подходите к уровню сознания, который по своей природе, труден для описания с помощью слов.
Потом необходимо время для интеграции сенсорного опыта и понимания (осознания). Для простройки моста к эго нужно время. Может потребоваться приспособление к знанию и нормам эго, отношению к духовности, и, может быть, даже к направлению жизни.
Точный телесный тренинг необходим, чтобы поддержать тело в овладении энергией высокой интенсивности. (См. главу V o тренинге эго-навыков). При возвращении к нормальному состоянию сознания после опыта высокой интенсивности возможен риск впадения в коллапс или депрессию. Телесные навыки могут помочь контейнировать, канализировать и медленно наращивать и заземлять энергию высокого уровня, и, следовательно, могут служить мостом между опытом высокой интенсивности и эго-сознанием, помогающим интегрировать опыт. (Подробнее об этом в главе V).
4. Терапевтическая перспектива ресурс-ориентированного шокового интервью и пик-в-шоке интервью
Ресурс-ориентированное шоковое интервью и пик-в-шоке интервью содержат потенциал для значительных изменений в клиентах. Инстинкты, активированные в шоке, обычно являются частью сильной теневой стороны для людей нашей культуры.
Может измениться восприятие клиентами шока и, следовательно, той части жизни, для которой часто бывает характерно сильное отрицание или диссоциация. Это происходит, когда люди признают существование Большего Я и принимают право собственности на него, как это произошло в описанном выше интервью.
Наш опыт показывает, что доступ к ресурсам значительно расширяется, когда отрицание заменяется доверием к способностям Большего Я. Возникает доверие, что часть меня действительно способна управлять сильными инстинктивными силами. Благодаря Большему Я возможно использование автоматических эго-навыков, когда это на самом деле имеет значение. Это может дать многим людям новый взгляд на жизнь, который основан скорее на вере, чем на страхе. Они могут научиться верить, что Большее Я существует, и на него можно положиться, когда эго не может быть поддержкой. Это внушает надежду, а надежда — один из основных факторов выживания[40].
Ресурс-ориентированное шоковое интервью и пик-в-шоке интервью необходимо сочетать с другими терапевтическими методами. Нужно работать с защитными паттернами эго, с развитием здоровых эго-навыков, а также с методами высвобождения частей шоковых паттернов, которые не были высвобождены во время проведения интервью. Наш опыт заключается в следующем: успешное шоковое интервью способствует более легкому и быстрому завершению терапевтической работы с шоковым событием, чем это было до того, как мы создали эти техники. Кроме того, навыки, простроенные в интервью, также облегчают приближение к другим и более глубоким травмам в прошлом и настоящем клиента и их проработку.
Другая ссылка, которая проливает свет на значение надежды — Antonovsky (1987). Книга рассматривает вопрос, почему некоторые люди преодолевают сопротивление, кризисы и травматические события, не заболевая. Antonovsky фокусируется на переживании последовательности, наполненности смыслом и способности справляться, как решающих факторах силы сопротивления у этих людей.
V. Ориентированная на ресурс тренировка эго-навыков и рефлексов
Перевод М. Ораевской
1. Два пути
Как указывалось ранее во введении, существуют два основных пути ориентированной на ресурс бодинамической работы с шоком. Один путь, описанный в предыдущих четырех разделах, подразумевает подчеркивание терапевтом гениальности стратегии, которую люди использовали для совладания с ситуациями угрозы жизни, и через это восстановление контакта с их достоинством и способностью устанавливать взаимные связи.
Второй путь подразумевает тренировку мышц и рефлекторных движений для расширения эго-навыков и способности оставаться присутствующим, центрированным и способным к действию и принятию решений при столкновении с событиями и переживаниями высокой интенсивности. Эти навыки и способности часто хранятся в теле как спрятанные и забытые ресурсы. Через тренировку они могут стать автоматическим знанием, которое Я сможет использовать в ситуациях высокой интенсивности, наподобие тех, что уже были описаны в главе 3, часть 2. Этот вид тренировки обсуждается в данной главе.
Как описано в главе 3, часть I, мы понимаем шоковый опыт как событие, содержащее интенсивности выше, чем те, с которыми навыки и защитные стратегии эго могут справиться. Это вызывает сдвиг контроля к Большему Я, в то время как ситуация разрушает опыт целостности эго. Шок влияет на фундаментальную способность
