это может стать актуальным.
«И чем я теперь отличаюсь от них? Такой же лжец и лицемер. Сказал то, чего от меня ожидали, чтобы получить то, что требуется».
— Да благословит тебя Хранитель, избранный сын, — с удивительной громкостью для немощного тела сказал Ладарий и жестом подозвал монаха с императорским венцом. — Да пребудет с тобой благодать, да будет твоё правление долгим и мудрым.
Демос закрыл глаза, когда тяжёлый императорский венец опустился на его голову. Виттория преклонила колени следом. Её лоб не мазали елеем, но, проведя короткую церемонию, водрузили на голову золотую корону императрицы. Регалии оказались настолько тяжёлыми, что они с Витторией едва могли вертеть головами.
Зазвучали хвалебные гимны. Демос обернулся к повскакивавшим со своих мест аристократам. На миг ему показалось, что он увидел в топе Эльтинию и Ренара. Он моргнул — и наваждение исчезло. То были просто брат-протектор, а рядом с ним какая-то дама преклонных лет в зелёном платье и старомодных драгоценностях.
«Просто показалось. Но почему я чувствую, что они оба сегодня со мной?»
— Его императорское величество Демос, первый своего имени. Защитник империи и верный сын господа, — объявил Ладарий, и церковный зал взорвался ликованием. — Её императорское величество Виттория. Верная дочь господа и наша милосердная госпожа.
«Старая жизнь окончена. А что будет впереди, не знает даже Хранитель».
Он шагнул вниз, подал руку, помогая Виттории спуститься, чтобы вместе принять клятвы верности собравшихся в зале аристократов.
— И всё-таки я наконец-то смогу переспать с императрицей, — шепнул он ей на ухо.
7.5 Никсар
Артанна туже затянула шарф, которым приходилось закрывать лицо. Теперь она наконец-то поняла, откуда взялась эта традиционная деталь эннийского одеяния: скалистая пустыня с редкими жёсткими кустарниками, среди которой раскинулся рикенаарский Никсар, гостеприимством не баловала. И хотя город находился значительно севернее Сифареса и даже Луджидды, природа здесь оказалась куда суровее. Сухой воздух едва позволял дышать, а носивший песок ветер постоянно засыпал глаза. Солнце нещадно палило, и спрятаться от него было негде. И если Артанна с Симузом уже привыкли к неласковым походным условиям юга, то выросшей среди дворцовой прохлады Десари приходилось по-настоящему туго.
— Как ты? — спросила вагранийка, подъехав к девочке. Десари, ещё окончательно не пришедшая в себя, полулежала в крытой повозке.
— Нормально. Просто очень жарко.
Девочка не жаловалась и старалась стойко переносить тяготы путешествия, но от Артанны не укрылось, что на деле чувствовала она себя скверно. Сотница отстегнула от пояса флягу с водой и подала ей:
— На, сделай несколько глотков. Но экономь: пополнить запасы сможем только вечером.
В этом была особая ирония: они двигались вдоль реки, что прорезала скалы и несла стремительные воды с севера на юг. Однако к живительной влаге было невозможно подступиться: отвесные скалы высотой с десять человеческих ростов делали подход невозможным. Колодцев, как и деревень, в округе не было. Последнюю они миновали утром, когда проходили через расположившееся в оазисе поселение.
— Мы зайдём в город? — спросила Десари у отца, кивнув на башни Никсара, что уже можно было рассмотреть на горизонте.
— Опасно, — отозвалась Артанна. — Нас могут там ждать.
Симуз кивнул.
— Согласен. Лучше я оставлю вас неподалёку от стен и сам закуплю всё необходимое. Артанна слишком выделяется даже в эннийских тряпках, а наше сопровождение привлечёт лишнее внимание.
С этим было трудно спорить. Вагранийке снова мешал рост, а солдаты, которых выделил на помощь Эсмий… Были солдатами.
— Возле стен Никсара должно быть несколько деревень, — припомнила карту Сотница. — Может остановимся там на ночлег?
— В Хайфуне, — предложил эмиссар. — Она как раз в часе конной езды от города. И там много купцов. Можно примкнуть к какому-нибудь каравану до Миссолена.
Артанна пожала плечами: Симузу было виднее, а она этих мест не знала совсем.
Трое солдат из личной охраны Магистра, казалось, вовсе не интересовались происходящим. Переодетые в повседневную одежду, они молча бдели и не стремились завести беседу. Да и вообще держались они максимально отстранённо, стараясь не привлекать к себе внимания. Впрочем, несмотря на все старания, солдатская выправка всё равно выдавала в них служивых людей.
Однако услышав о намерении Симуза отправиться в Никсар, один из них, Хейзе, предложил свою помощь:
— Если нас там действительно ждут, тебе понадобится второй меч, чтобы разобраться с засадой.
— Я не собирался заходить вглубь города.
— Всё равно это риск, — настаивал Хейзе. Он потёр сломанный в нескольких местах кривой нос. — Если Магистрат уже обо всём знал, то нас там точно ждут.
— Знаю. Но путь до Миссолена неблизок, а без воды мы не выживем. Давай так, — предложил эмиссар. — Двое твоих людей останутся с женщинами. Ты пойдёшь со мной.
— Идёт.
Они медленно тащились по занесённой песком дороге, построенной ещё во времена Древней империи. В этом исчезнувшая цивилизация была особенно хороша: тогда строили так, что плоды трудов сохранялись веками. Однообразные пейзажи, раскинувшиеся по обе стороны древнего мощёного тракта, сводили с ума: барханы, редко натыканные сухие кустарники, снова барханы, ржавого цвета скалы и неумолимо жарящий шарик в небе.
Артанна подъехала к повозке Десари и с облегчением вздохнула: девочка наконец-то смогла заснуть. После пробуждения она боялась спать, ожидая, что вновь не сможет проснуться без помощи фхетуша. И всё же усталость давала о себе знать. Десари почти не рассказывала о видениях, которые держали её в плену долгого сна, но по обрывкам разговоров Артанна поняла, что кошмары были жуткими. Оставалось лишь надеяться, что сейчас сон девочки был спокоен.
Когда тракт превратился в прямую, словно полёт стрелы, дорогу прямо до ворот Никсара, Симуз предложил разделиться.
— Вон там, на востоке, видишь деревья? — указал он вагранийке на темнеющие силуэты построек.
— Ага.
— Это и есть Хайфуна. Вам туда. Постарайтесь не заходить в саму деревню и выберите подходящее место для отдыха на отшибе.
Артанна переглянулась с солдатом, правившим провозкой, и указала направление. Тот кивнул и на развилке пустил лошадей на восток.
— Я приду к закату, — пообещал Эмиссар. — А вы найдите воду. Севернее деревни река делает крутой поворот, на высоком берегу стоит старое сухое дерево с обугленным стволом. Ждите меня там.
Артанна кивнула.
— Какие деньги здесь в ходу? — спросила она.
— Любые. Это торговый путь. Менял здесь больше, чем песка.
Сотница усмехнулась. Они быстро попрощались. Симуз и Хейзе продолжили путь в город, а вагранийка, потуже замотав разболтавшийся платок, последовала за повозкой. Следом за ней увязался третий солдат. Самый молодой, почти мальчишка, с чёрными раскосыми глазами и резкими чертами лица. Его звали Муалем, и этот за всю дорогу проронил едва ли с
