Болгарский генерал вышел в эфир и приказал своим людям:
— Как только все соберутся в центральном пункте, сблизиться с предполагаемыми диверсантами противника на минимальное расстояние! Быть готовыми произвести захват!
Подполковник Кузнецов посмотрел на тактический планшет: все бойцы «Аргентума», за исключением Блесны, приближались к общему скоплению гостей. Внезапно в эфире раздался звон бьющегося стекла и негромкий, полный ярости короткий женский возглас, сменившийся звуком рукопашной схватки. Судя по звуку, кто-то заблокировал пару ударов и перешёл в контратаку. Короткий поединок закончился пистолетным выстрелом и глухим шлепком падающего тела.
— Тревога! — Блесна говорила скороговоркой на бегу, и радар показывал её отметку, быстро смещающуюся по центральному коридору в сторону выхода. — Я Блесна! Мина существует! Это ядерный фугас! Повторяю, ядерный фугас! Он заложен под периметр АЭС снаружи! Подрыв осуществляется дистанционно! Оператор находится не здесь!
— Срочно накрыть весь район радиопомехами! — Кузнецов обернулся к генералу.
— Не поможет! — на бегу выдохнула Блесна. — Сигнал на подрыв пойдёт по кабелю!
— Куда ехать? — Кузнецов сорвался с места.
— Не знаю! — выдохнула Блесна. — Я слышу их эфир! Иду по пеленгу! Не блокируйте эфир! Повторяю, не блокируйте эфир!
— Плутоний! Бросай всё — и за ней! — рявкнул подполковник. — Всем остальным — аккуратно на выход! Перегруппироваться на улице! Брать любой транспорт! Три минуты до пуска!
Бойцы «Аргентума» не торопясь покинули заполненный людьми центральный пункт управления, и увлечённые предстоящим пуском гости не обратили на них особого внимания. Оказавшись за дверьми, все бросились к выходу. К тому моменту, когда Кузнецов оказался снаружи, машина с Блесной за рулём исчезла вдали в облаке пыли. Следом за ней промчался Плутоний, без разговоров влезший в полицейский автомобиль, ударяя по педали газа под ошарашенные взгляды болгарских полицейских.
Спустя минуту по направлению движения Блесны мчался целый батальон автомобилей, заполненных офицерами болгарских спецслужб, полицейскими и бойцами «Аргентума». Подполковник Кузнецов находился рядом с водителем в генеральской машине, на полной скорости несущейся за виднеющимся вдали полицейским автомобилем Плутония. Болгарский генерал в первую же секунду мгновенно оценил сложившуюся ситуацию и не стал препятствовать «Аргентуму», справедливо полагая, что у загадочного спецотряда КГБ технологий значительно больше, нежели имеется в его распоряжении.
— Быстрее! — бросил водителю Кузнецов, одной рукой придерживая командирский планшет и другой переключая его из режима радара в режим приёма видеосигнала камеры, встроенной в роговицу старшего лейтенанта Екатерины Нечаевой. — Блесна! Две минуты до пуска! Ты засекла диверсанта?
— Сигнал усиливается! — скороговоркой ответила Блесна. — Я где-то рядом!
Экран планшета зажёг картинку, и Кузнецов вгляделся в то, что видит сейчас Нечаева. Её машина, отобранная у кого-то из местных журналистов, на опасной скорости мчалась по улице какого-то небольшого населённого пункта. Из кабины генеральского авто Кузнецов уже видел его окраины, но Блесна опережала остальной отряд на полтора километра. Единственным, кто может успеть её прикрыть, был Плутоний, и он хорошо это понимал, выжимая из готовой развалиться полицейской машины всё, что только можно.
— Я чувствую источник сигнала! — Блесна резко ударила по тормозам. — Это здесь!
Её машина, юзом закручиваясь поперёк дороги, остановилась возле небольшого жилого домишки, и Блесна выскочила наружу, выхватывая пистолет. Она рванулась к дому и в два прыжка преодолела двухметровый забор, пробежавшись по его декоративной лепнине, словно по ступенькам. Оказавшись на небольшой лужайке, отделяющей домишко от забора, Блесна замерла, прислушиваясь к эфиру.
— Одна минута до пуска! — Кузнецов скользнул взглядом по циферблату часов и обернулся к водителю. — Быстрее! На втором перекрёстке налево — и полный газ!
— Он в доме, на первом этаже! — определила Блесна. — Приступаю к задержанию!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Она сорвалась с места, набирая разбег прямо в сторону стены, и мощным прыжком взлетела на двухметровую высоту, оказываясь на уровне окна. Её тело врезалось в оконное стекло, выбивая его вместе с хилой рамой, и Блесна влетела внутрь дома вместе с ворохом стекольных осколков. Она приземлилась посреди небольшой комнаты, мгновенно принимая стрелковую стойку, и взяла на мушку опешившего человека в дождевом плаще, стоящего в шаге от грубого деревянного стола. На столе был установлен портативный радиопередатчик, мимо которого тянулся толстый экранированный электрошнур к пульту управления, зажатому в руке шпиона. Из пульта торчал поворотный ключ, являющийся тумблером инициации взрыва. В другой руке шпион держал пистолет.
— Ни с места! — выкрикнула Блесна. — Бросай оружие!
— Расслабься, беби! — по-английски заявил шпион, разжимая руку с пистолетом.
Его оружие с грохотом упало на пол, он освободившейся рукой медленным движением сбросил с себя накинутый на плечи плащ и насмешливо ощерился:
— И не делай резких движений!
— Твою мать! — выругался Кузнецов, разглядывая шпиона глазами Блесны.
Шпион был с головы до ног облеплен шашками синтетической взрывчатки.
— Один выстрел, — усмешка шпиона стала шире, — и всё здесь взлетит на воздух! От тебя останутся одни кишки! А наверху, на чердаке, сидят связанные хозяева этого дома! Подумай о них, бэби! У них дети!
Он сделал шаг в сторону стола с радиостанцией, и Блесна угрожающе вскрикнула:
— Стоять! Ещё шаг, и я прострелю тебе ногу!
— Там тоже есть взрывчатка, бэби! — усмехнулся шпион. — Она есть даже на лице! Моё лицо выложено ею как гримом. Ты проиграла, так что лучше расслабься, если хочешь сохранить свою упругую задницу одним целым!
Позади Блесны послышался скрип экстренно тормозящей полицейской машины и окрик Плутония, адресованный полицейским:
— Ломайте дверь, я через окно!
В следующую секунду рука шпиона метнулась к ключу на пульте, и Блесна выстрелила. Яркая вспышка засветила изображение, и телеэкран погас. Спереди донёсся оглушительный взрыв, и Кузнецов увидел, как в глубине улицы в небо взметается мощный фонтан из огня и обломков здания, сменяющийся языками вспыхнувшего пожара.
На месте взрыва подполковник Кузнецов был через полминуты. Домишко разворотило напрочь, от него остались лишь охваченные пожаром обломки стен. Подоспевшие бойцы «Аргентума» совместно с болгарскими товарищами принялись тушить пожар, таская воду из ближайшего колодца, и Кузнецов, сунув командирский планшет в руки Радону, подбежал к бойцам, спешащим к пожару с вёдрами в руках:
— Выливай на меня, живо! — выкрикнул подполковник.
Оба бойца поняли всё мгновенно. На Кузнецова опрокинули два ведра воды, он сделал глубокий вдох и рванулся сквозь пламя внутрь дома. Отыскать Блесну в дыму и пламени удалось быстро: домишко был невелик, и опытный офицер понимал, в какую сторону её отбросило взрывом. Но опознать старшего лейтенанта Нечаеву было невозможно. Подполковник вынес на руках сплошное обожжённое кровавое месиво человекообразной формы, сочащееся кровью и покрытое спёкшимися воедино лохмотьями платья и плоти.
Вырвавшись наружу, Кузнецов выдохнул и закашлялся:
— Связь с Волшебником, немедленно! Машину, быстро! В аэропорт!
Подоспевшие бойцы помогли ему уложить изувеченное тело Блесны в автомобиль, и подполковник услышал голос Радона, возящегося в соседней машине:
— Аргон, мы нашли Плутония! С ним всё хреново. Я сделал ему все инъекции из нашей аптечки, он задышал, но долго не протянет!
— Есть связь с Волшебником! — В укреплённой на ушной раковине гарнитуре рации зазвучал голос Криптона: — Аргон, вы в эфире!
— Александр Иванович, что случилось? — голос Сеченова был взволнован. — Простите… то есть, Аргон! Это Волшебник! Приём!
— У нас потери! — выдохнул Кузнецов, захлопывая дверь в автомобиль. Он махнул рукой бойцу «Аргентума», сменившему водителя: — Гони!
