Наступил вечер, я стоял возле погребального костра князя Сигурда и смотрел, как огонь пожирает останки моего врага. В прошлом остались прощальные речи и погребальные ритуалы, ко мне подошел Колин и позвал на пир, заменявший на Геоне поминки. Мы вместе отправились к шатру, у которого собрались воины свободные от караула и других обязательных забот службы. Старейшины произнесли короткую речь, и мы сели за стол. Столов хватило только на командиров и старейшин, воины расположились прямо на земле, возле скромной еды, разложенной на походных плащах. Я много пил и почти не закусывал, но вино так и не ударило мне в голову. Стресс, накопившийся за день, превратил вино в воду. За полночь я вышел из-за стола и направился в шатер, где заснул на постели покойного Сигурда.
Утром меня будить не стали, и я выспался за все бездонные ночи сразу. В лагере уже вовсю готовились к походу, палатки были свернуты и Колин с Ловкаем решали какие-то последние вопросы возле выхода из лагеря. Мне доложили о положении дел, из доклада следовало, что первая сотня уже вышла из лагеря на гать, ведущую к побережью, а остальные воины выйдут через полчаса. Я приказал им ждать прибытия двух дракаров из бухты, но не расслабляться и быть готовым ко всему. Ко мне подбежал командир полусотни зоргов остающихся в моем подчинении и доложил о готовности. Я простился с Колином и Ловкаем и повел свой отряд в замок. По дороге я расспросил начальника охраны о пришествиях за ночь и с удивлением узнал, что между зоргами и змеями не произошло ни одой драки.
День закрутился чертовым колесом, и у меня снова не осталось ни одной свободной минуты. Для начала я вместе со всеми зоргами и десятью змеями направился по горной тропе в бухту к дракарам. В этот раз дорога давалась намного легче, не было на плече тяжеленного метателя, и я шагал налегке, эту бандуру тащила попеременно охрана. К полудню мы спустились по веревкам со скалы в бухту. Я предусмотрительно спустился первым, чтобы Арчер сдуру не натворил глупостей, увидев толпу зоргов. Конечно, мне не удалось полностью уберечь его от стресса, и он сидел, вылупив глаза на корме баркаса и наблюдал, как зорги разбегаются по палубам дракаров, готовя их к выходу в море. За время моего отсутствия в бухте ничего экстраординарного не произошло. Все раненые выздоровели, даже боец с отрубленной рукой поднялся на ноги и помогал Арчеру в повседневных делах. Бойцам Арчера удалось почти полностью разгрузить утонувший дракар, и теперь зорги пытались его вытащить на берег для починки. Совместными усилиями нам удалось вытащить корабль и начать ремонт.
Пока воины занимались дракарами, я решил достать метатель из ящика Кионы. Два воина оттащили ящик в дальний конец бухты на площадку отгороженную обломками скал, и я приступил к работе. Сканирование объекта не выявило ничего не известного мне раньше, кроме одного нюанса. Ящик имел самоликвидатор, устроенный по оригинальному принципу. В металлический шар, наполненный горючей жидкостью, была помещена обмотка с маленьким серым камнем 'Силы'. Эти камни имели природное происхождение, и заряд в них был невелик. Реально заряда хватало только на шокер в медальонах иностранцев или защиту кошельков и оружия от чужих рук, как в моем старом мече. При активации камень разряжался на обмотку, которая мгновенно вспыхивала как спираль в лампочке и нагревала жидкость в шаре, которая закипев, разрывала оболочку давлением образовавшегося пара. Шар имел размер не больше апельсина и взрыв должен получиться не очень сильным, но достаточным для уничтожения метателя и колбы с зеленой ядовитой жидкостью. Могли ли сдетонировать заряды в метателе мне не известно, но ядовитого облака с лихвой хватило бы для уничтожения всего живого в радиусе двадцати метров. Ключа от хитроумного замка, у меня не было, он утонул вместе с Кионой, поэтому я решил не заморачиваться и срезать петли крышки, предварительно перерезав провод, идущий к самоликвидатору. Операция по вскрытию ящика прошла успешно, и у меня в руках оказался полевой метатель значительно меньших размеров, чем крепостной. Меня очень обрадовал набор инструментов для ухода за агрегатом, лежащий в кожаной сумке. Заряды находились не в обойме как в крепостном метателе, а в отдельной коробке и метатель нужно было зарядить. Хитромудрые имперцы и в этот раз не изменили себе, в ящике лежали десять камней 'Силы' но заряженными оказались только три. Усмехнувшись про себя, я отправился заряжать камни.
Через час мне удалось зарядить камни и привести метатель в боевое положение. Ящик я выпотрошил от взрывоопасной начинки и спрятал ее в небольшом углублении скалы от греха подальше, затем срезал язычок замка и приварил петли на место. Испытание метателя мне пришлось отложить до выхода в море, потому что стрелять в бухте было небезопасно. Вернувшись на баркас, я отправил двух бойцов за ящиком, а сам направился на корму устанавливать двигатель. После окончания работы мне пришлось возвращаться к источнику 'Силы' для подзарядки камня из двигателя. Все работы по ремонту дракара и подготовке к отплытию закончились уже в темноте, я выслушал доклады подчиненных и приказал, выставив часовых отдыхать до утра.
Проснулся я утром от того что Тузик лизал мое лицо своим шершавым языком и повизгивая требовал еды. Как этот прохиндей снова оказался на баркасе, осталось загадкой. После завтрака проверив состояние дракаров и баркаса, я отдал команду к отплытию. Поврежденный дракар мы оставили в бухте, решив, что ремонт на скорую руку недостаточен для трехнедельного путешествия на Танол. Чтобы не испытывать судьбу мне пришлось выводить корабли в море на буксире по одному. Для воинов из клана 'Зорга' эта процедура была в новинку и произвела большое впечатление. Про самоходные корабли они знали только из сказок и легенд, а здесь их собственный князь творил чудеса. Мой рейтинг стремительно возрос и если среди воинов были скептики на мой счет, то их количество значительно уменьшилось. Последний скептицизм исчез после показательных стрельб из метателей.
Первый выстрел я произвел из крепостного метателя, обрушив в море скалу на берегу. Затем пришла очередь трофея. Первый выстрел меня не впечатлил, дальность у малого метателя оказалась вдвое меньше чем у крепостного, и файербол упал в воду, не долетев до цели на берегу. Арчер направил баркас ближе к полосе прибоя и следующие два огненных шара поразили цель. Мне удалось разрушить верхушку другой скалы, но разница между крепостным метателем и его меньшим собратом оказалась большой, примерно как между ста пятидесяти двух миллиметровой гаубицей и гранатометом. Скорее всего, обстрел каравана, когда я впервые познакомился с файерболом, велся из метателя значительно мощнее или у страха глаза велики. Закончив испытания, я разрядил оружие и убрал его в каюту подальше от посторонних глаз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
