Читаем без скачивания Тучи над страной Солнца - Рава Лориана

-- Знаешь что, отец, давай действительно поговорим об этом в другой раз! -- сказал Ветерок и нырнул в темноту.

Наконец вечер следующего дня наступил и подошло время отложенного разговора. Заре было неловко на нём присутствовать, но Инти настоял. Кроме Зари, в комнате как будто незримо присутствовала ещё одна женщина, хотя на самом деле это был лишь сделанный во весь рост портрет красавицы в кремовом платье европейского покроя. Руки, шея и волосы девушки были унизаны золотыми украшениями. Манера живописи была европейской, но цвет кожи и черты лица выдавали в ней уроженку южноамериканского континента, да и в украшениях можно было, приглядевшись, увидеть языческие мотивы. Но больше всего Зарю поразили глаза девушки -- большие и печальные, как будто полные предчувствия какой-то беды.

-- Кто это? -- спросила Заря.

-- Морская Волна, дочь последнего из коренных владык Чимора. Портрет сделан как раз перед тем как её отправили за границу, чтобы выдать там замуж.

-- А разве кто-либо из иностранцев может заключать браки с нами? Ведь мы не христиане.

-- Её жених обещался отказаться от христианства и поднять восстание против испанцев, если заручится нашей поддержкой. Он был метис, потомок одной из династий майя... Слава о красоте "чиморской принцессы" проникла далеко за пределы Тавантисуйю и потому он потребовал девушку себе в жёны. Мой отец предупреждал владыку Чимора, что всё это может оказаться ловушкой, нужно сначала произвести разведку и собрать сведения о женихе из независимых источников, но тот его не послушал. Это был очень упрямый старик, к тому же несколько помешанный на древности собственного рода, который якобы, даже род Сынов Солнца превосходит. И да, это и в самом деле оказалась ловушкой. Негодяю девушка нужна была лишь как заложница, чтобы потребовать от её отца пустить в нашу страну завоевателей. Если бы он согласился, то наша страна могла бы исчезнуть с карты. Но он не согласился...

В этот момент дверь робко приоткрылась и Заря поняла, что историю злополучной принцессы придётся отложить до другого раза, потому что в комнату вошёл Ветерок. Вид у него был как у провинившегося ребёнка.

-- Ну что, герой? -- ядовито сказал Инти, -- набедокурил и в кусты? Хотя наверняка уже слышал, что этого мерзавца поймали у водовода, а значит, Заря оказалась права. Хотя ты ещё не в курсе, какая беда с ней случилась.

-- Беда? -- удивлённо сказал Ветерок, -- но ведь она здесь, живая и здоровая.

-- Только потому что я вовремя успел. А так Джон Бек хотел убить её, Ветерок.

-- Заря, это правда? -- спросил Ветерок испуганно. Та только кивнула в ответ и всхлипнула.

-- Прости меня, Заря, но я и вправду подумать не мог. Я не хотел...

-- Да я понимаю, что ты этого не хотел. Только мне было очень больно, Ветерок.

-- Больно?

-- Он надругался над ней, Ветерок. Понимаешь ли ты, что это значит для женщины? Каково ей жить после того, как её невинность растоптали? Хотя я понимаю, что тебе это сложнее понять, чем мне. Тебе никогда не случалось вырывать истерзанную жертву из рук мучителя.... Но знай -- ты тоже виноват в случившемся, Ветерок. Если бы ты тогда послушался бы её, послал к водоводу воинов, то с ней бы этого не было. Может, когда-нибудь тебе удастся искупить это подвигом, но пока ты очень крепко виноват, Ветерок!

-- Это точно не клевета и не самооговор? Твои люди способны заставить сознаться в преступлениях и невиновного!

Инти покачал головой:

-- У этого негодяя и волос с головы не упал. А доказательства его вины неоспоримы. Заря была права, и ты должен был её послушаться! А из-за тебя она едва не погибла.

-- Простите, я не хотел...

-- Я не христианин, чтобы прощать ради прощения, -- ответил Инти, -- ты уже не ребёнок, Ветерок, и должен понимать, что всякий поступок имеет свои последствия. Мне во многом удалось сгладить последствия твоей оплошности, город и водовод всё-таки остались целы, но никто не погиб, только Заря поплатилась своей честью, но вроде бы она согласна тебя простить. Вот чего я не могу понять -- так этого того, что именно заставило тебя так поступить? Почему лживые книги христиан так подействовали на тебя, Ветерок? Почему они перевесили все доводы Зари?

-- В книгах христиан часто осуждаются зло и жестокость язычников, и я думал, что те, кто осуждает это у нас, сами никогда не будут так поступать...

-- Наивный мальчик! Как известно, среди христиан громче других осуждают человеческие жертвоприношения именно инквизиторы. Да-да, те самые, которые любят поджаривать живых людей на огне и издеваться над ними ещё сотнями других способов. Ты же знаешь, как в своё время христиане поступили со мной! Неужели после этого ты мог всерьёз воспринять их слова о милосердии!

-- Это были не настоящие христиане, настоящие никогда не стали бы так делать!

-- А Джона Бека ты считал настоящим? -- спросила Заря.

-- Не совсем, но...

-- Ветерок, прочти это, -- Заря протянула ему листок бумаги с отрывком дневника, -- это написал он.

Ветерок глянул и изменился в лице:

-- Да, Джон Бек оказался тоже не настоящим, я ошибся в нём, но это не значит, что настоящих вообще нет. Они где-то есть, он давал мне их книги.

-- Я уже видел эти книги, Ветерок, и хочу кое-что рассказать о них, точнее, об их авторах. "Страну тьмы" написал мерзавец-метис по имени Хорхе, и прозвищу "Золотой колодец". Хотя скорее ему следовало бы зваться колодцем нечистот. Восстание в Амазонии провалилось во многом из-за этого предателя. А в Мексике он потом доносил инквизиции на людей, имевших неосторожность высказывать симпатии к нашей стране. Хорош обличитель, а?

-- Я не знал этого.

-- Не знал, так будешь знать. Да и сама книга тоже хороша. Главный герой клянётся, что из ненависти к Первому Инке готов даже выжечь глаза ребёнку. Ребёнку, понимаешь!

-- Понимаю, что это мерзко, отец.

-- А вторая книжка, под названием "Правда о Тавантисуйю"? Там же ложь на лжи. Неужели тебя не оскорбляет то, что там пишу про меня? Что по моему приказу на улице хватают женщин и отдают мне на растерзание? -- голос Инти стал умоляющим, -- Ты же меня знаешь, Ветерок, знаешь, что я не способен на такое, что это наглая ложь... Зачем же ты читаешь эту дрянь? Ведь это всё пишут сторонники Горного Льва, готовые на всё, чтобы отыграться! На всё, понимаешь! Даже на то, чтобы отдать нашу страну на растерзание испанцам!

-- Я не верю тебе, отец. Тебя послушать, так ты весь чистый и невинный, не убивал и не пытал никогда никого, а твои враги сплошь изверги. Но откуда тогда эти жуткие вещи, которые про тебя пишут?

-- Сынок, я не понимаю. Ты действительно... действительно считаешь меня насильником?

-- Нет, отец, не считаю. Но почему про твоё ведомство пишут, будто твои люди раздевают людей догола, обливают их кипящим маслом и серой, делают ещё множество ужасных вещей? Я читал признания мужчин и женщин, которые видели, как ты лично пытал людей!

-- Да это всё средства из арсенала инквизиции! Конечно, её адепты и представить себе не могут, что я не делаю того же, что делают они. И всем этим клеветникам за их истории там деньги платят. Но ведь задача инквизитора -- сломить свою жертву, добиться от неё полной покорности, поэтому они стараются как можно сильнее унизить свою жертву, растоптать её достоинство. Но я же рассказывал тебе, что я пережил в юности. ТАКОГО я даже злейшему врагу не желаю, так что я никогда не приказывал раздеть кого бы то ни было догола, не говоря уже о всём остальном.

-- А Горный Лев? Разве ты не убил его? Разве не по твоему приказу его ударили, подло и вероломно, топором по голове? Как представлю себе это: внезапный удар, проломленный череп, брызги крови и мозга во все стороны... Ты понимаешь, что ты убийца, отец?!

-- А ты понимаешь, почему я это сделал?

-- Чтобы угодить Первому Инке. Этому властолюбцу мало было просто изгнать соперника, нужно было ещё и убить!

-- Угодить?! Да как ты не понимаешь, что Асеро -- мой друг, и потому мне не нужно ему угождать. Я знаю его уже много лет, и могу заверить тебя, что он не властолюбец. Он был моим другом до того как стал Первым Инкой, и останется, даже если враги лишат его трона и свободы! А историю с Горным Львом я могу пересказать тебе в подробностях.

-- Ну что ж, послушаем, что ты скажешь в своё оправдание.

-- После того, как Горный Лев не набрал нужного количества голосов, он попытался поднять восстание, объявив Асеро узурпатором, подделавшим голоса. Поскольку в ходе восстания Асеро планировалось убить, то на покойника можно было свалить всё, что угодно. Но восстание провалилось, Асеро остался жив, а Горного Льва судили. Вообще в этой истории очень много неясностей, ведь даже если бы Горному Льву удалось убрать бы Асеро, всё равно, верных сторонников у него было ничтожно мало, а большинство инков не стало бы подчиняться убийце и узурпатору. Может, конечно, он считал, что смерть Асеро парализует сопротивление, а может, и к этой версии больше склонялся мой отец, Горный Лев рассчитывал на иностранную помощь. Но был суд, и Горного Льва, учитывая его прошлые заслуги, помиловали, приговорив к изгнанию. Мой отец считал это непростительной мягкотелостью. Он не без оснований считал, что в случае победы Горный Лев не стал бы проявлять такого великодушия, он безо всяких разговоров казнил бы тех, кто теперь жалел его. Ну а потом Горный Лев покинул страну, тайком прихватив с собой, кстати, немало золота, на которое он смог безбедно устроиться в Мексике и писать про нашу страну всякие гадости. Он смешивал нас с грязью, повторяя ещё старое враньё конкистадоров, но ему верили те, кто никогда бы не поверил белым людям! Именно из-за него многие честные люди за границей уверены, что инки -- это банда преступников! Деятельность его сторонников в Амазонии привела к преждевременному началу и провалу восстания, что стоило многие тысячи жизней. К тому же нам попала в руки информация, что Горный Лев договорился с испанцами о вторжении в нашу страну под предлогом установления его на троне! Состоялся ещё один суд, на котором Горному Льву вынесли смертный приговор, и мне поручили организовать его исполнение. Тогда я поручил своему человеку убить его. Скажешь, я не прав?