В чистом ночном воздухе запахло порохом. И первые две души начали свой путь на небеса.
– Вперед, – скомандовал Координатор и побежал к основному зданию.
Рассыпавшись цепью, «колдуны» рванулись следом. Снайперу следовало передвигаться короткими перебежками, контролируя территорию через инфракрасный прицел, и легким движением указательного пальца вносить в обстановку существенные коррективы. Но этих тонкостей он не знал и бежал как все, держа «Винторез» наперевес. Происходящее напоминало сцену атаки из фильмов про войну, только тех солдат вела в бой великая идея, а «колдунов» – пять миллионов долларов.
«Фау! Фау! Фау!» – утробно откашлялся в стороне огнемет, каждый раз выплевывая клубящиеся, желто-красные струи огня. Домик охраны вспыхнул. С криками ужаса несколько горящих фигур выскочили наружу, принялись бессмысленно метаться и, рассыпая искры, кататься по земле. Коллеги из сторожки у ворот попытались прийти им на помощь, но попали под бесшумный огонь второго снайпера.
Хваленая экология Екатериновки была безнадежно испорчена. Пожар разгорался, сильно пахло гарью и горючим. И это был еще не конец…
* * *
– Дружки его никуда не денутся! – резко сказал Крест. – Нас другое интересует… Где общак, гнида помойная?! Где все бабло, что у нас награбил?!
При всем желании и даже под воздействием «сыворотки правды» Лис не смог бы ответить. Добытые налетами деньги были поделены между соучастниками, пропиты, проиграны в карты, истрачены на женщин, на них были куплены шмотки, драгоценности, машины и квартиры… Поэтому он задал встречный вопрос:
– А где то бабло, что вы награбили?
– Хватит кривляться! – рявкнул Север. – Сейчас мы тебя поджарим, и ты по-другому запоешь! В печку его!
Он махнул рукой в сторону камина. Бодрый и Мрачный подбежали сзади, крепко схватили Лиса за локти.
– Гля, пожар! – вдруг крикнул Серый и, вскочив, показал в окно. Там действительно разрасталось пляшущее красное зарево.
И тут же совсем рядом хлопнул выстрел, второй, потом треснула автоматная очередь. Воры повскакивали с мест, некоторые суетливо доставали оружие. Держащие Лиса руки ослабли, и он, резко рванувшись, освободился от захватов. Тут же выхватил гранату и, развернувшись, как кастетом ударил ею Бодрого в глаз. Брызнула кровь, и тот, схватившись руками за лицо, упал на паркетный пол. Мрачный выстрелил, но Лис успел отбить его руку, и пуля ушла в потолок. В следующую секунду тяжелый ребристый кругляш расплющил ему нос, и бандит, отшатнувшись, опрокинулся рядом с напарником.
Перестрелка шла уже в доме. Филипп рванул чеку, и она на удивление легко выскочила. Он швырнул гранату в Креста, но промахнулся, и она влетела в камин. Север выстрелил, пуля свистнула рядом с головой. Лис повалился на пол и нырнул под тяжелый дубовый стол. Грохнул взрыв, ударная волна и злые острые осколки оторвали голову Кресту и разметали еще нескольких воров, из камина выплеснулось пламя, горящие поленья разлетелись по всему залу.
Две черные фигуры в масках выросли на пороге, у одной в руках быт пистолет с глушителем, у второго «Винторез», они беспорядочно водили стволами из стороны в сторону. Выстрелов слышно не было, только визжали рикошеты, да иногда сквозь шум и сумятицу прорывались чавкающие удары пуль, пронзающих человеческую плоть. Неподалеку валялся обшарпанный «ТТ», Лис дотянулся, проверил патрон в стволе и несколько раз выстрелил в чьи-то ноги.
Черные фигуры смело ответным огнем, но на пороге выросли новые. С резким стуком по внутренностям дома прокатилась автоматная очередь. Где-то совсем близко со звоном разлетелось стекло. Свинцовый град превращал в решето стены. Тут и там под горящими поленьями начинал тлеть пол, от дубового паркета пошел горький дым… Раздавались оглушительные вопли раненых. Тут Лис вспомнил об условии своего спасения. Извиваясь, он сорвал с себя пиджак, оторвал рукав рубахи и зажал в ладони, как кольцо спасительного парашюта. Потом очень осторожно выглянул из-под стола и увидел, как быстрые пули прошили Крота и Зеваку. Север, стреляя с двух рук, бросился к окну и с ходу выбросился наружу.
В горящий зал, наполненный убитыми и ранеными, ворвались возбужденные победители. Руководил ими человек, внешность которого кроме маски скрывал и накинутый на голову капюшон мешковатой куртки. Он быстро осмотрелся. Пол заливали красные потеки. Пахло гарью, порохом, кровью и дерьмом. Кое-где небольшими костерками уже горел пол. Занялись оконные занавески.
Черные фигуры поспешно достреливали тех, кто еще дышал. Пистолетный ствол уставился и на Лиса, который сидел, вжавшись в угол и колыша перед собой белый рукав. Другой рукой он закрывал лицо. Палец «колдуна» расслабился, не поворачивая головы, он спросил:
– С этим, который белой тряпкой машет, чего делаем?
– Ничего! – ответил человек в куртке и, шагнув вперед, внимательно посмотрел на Лиса. Тот обмотал универсальным рукавом нижнюю часть лица, вроде как тоже маску надел. Их глаза встретились. «Координатор», – подумал Лис. Что подумал Координатор, осталось неизвестным, только он вдруг подмигнул человеку с оторванным рукавом. Потом резко развернулся.
– Не трогать. Пусть делает, что хочет.
Бандит равнодушно опустил оружие. При другом ответе он столь же равнодушно прострелил бы Лису голову.
На пороге появились еще двое. Один держал зеленый мешок.
– Нашли бабло, шеф. Не знаю, сколько тут, но прилично!
Если бы у Лиса еще оставались силы, он бы рассмеялся. Придуманная наживка материализовалась в реальные деньги. Если еще окажется, что там пять миллионов!
Зал горел.
– Забирайте убитых и раненых, уходим! – скомандовал Координатор и на прощание еще раз подмигнул Лису.
Черные тени людей в масках невидимым пунктиром прочертили территорию поместья. На этот раз ворота были распахнуты настежь, несколько машин заехали прямо на территорию. В свете горящей сторожки было отчетливо видно, как в них грузили неподвижные тела. Напоследок взревели моторы, и вновь наступила тишина. Только лаяли вокруг растревоженные собаки, и всполошенные станичники кричали: «Пожар! Пожар!»
Лис, пошатываясь, выбрался на крыльцо. От слабости туманились мысли, дрожали колени. Он бросил измусоленный рукав и прислонился к стене. Сзади уже чувствовался жар, отчетливо трещали полы и стены. Скоро и от основного дома останется только пепел… Метавшийся в окнах огонь высвечивал трупы на асфальтовых дорожках и идеально подстриженных газонах.
Было холодно, но Лис не ощущал этого. Пахнущий рекой воздух пьянил и возвращал силы. На горизонте лениво мерцало зарево огней над ночным Тиходонском. Он был жив. Старуха с косой промахнулась. Собрав обильную жатву, она сгинула, унося души Креста, Зеваки, Крота и еще доброй дюжины уголовной шелупони. А вот подполковник Коренев на этот раз ей не понадобился…
Лис спустился по ступенькам и зашагал к воротам. Сзади из окон и дверей уже рвалось пламя, но он не оборачивался.
Через час он добрался до дома. Ключей не было, пришлось звонить. Заспанный Ребенок открыла дверь и в ужасе отшатнулась, прижав руки к подбородку.
– Что с тобой, Филя?! – Ее глаза наполнились слезами.
– Был на задержании, вот и порвал одежду… Ничего, новую купим!
– Ты к зеркалу подойди! – Катя смотрела так, как будто перед ней появился призрак.
Шаркая ногами, Лис направился к трюмо. Левая часть головы была абсолютно белой.
– Выпачкался где-то… Откуда там мука? Ума не приложу…
Он потрепал волосы, но мука не отряхивалась. Да это была и не мука.
Седина – вот что это было.
Эпилог
Накат на Тнходонск если и не прекратился, то значительно ослаб. Три желто-красных многоэтажки построили на окраине Поселка полковников, да тем дело и ограничилось. А другое дело – уголовное, в отношении Максима Викторовича Кашина, забрали в Москву, где вскоре и прекратили за недоказанностью участия в преступлениях. Этому способствовал и тот факт, что основной свидетель – киллер Константин Сысоев, по прозвищу Мячик, хотя и содержался в отдельной камере, все равно скоропостижно умер от инфекционного гепатита.
По оперативной информации, на узком совещании в «Консорциуме» сделали вывод, что план «Экспансия» в Тиходонске провалился из-за неуправляемой милицейской структуры, именующейся РУБОПом. Это мнение совпало с тем, которое неоднократно высказывалось на воровских сходках и на бандитских толковищах. Хотя в данном случае за столом сидели совершенно законопослушные, по всем критериям, и даже уважаемые граждане, занимающие солидные должности и обладающие немалыми деньгами.
* * *
– Ну, как дела, Петруччо? – Подполковник Коренев побрил голову и стал похож на артиста Гошу Куценко, но Леший не обращал внимания на непривычный вид куратора. Агент казался озабоченным и явно чувствовал себя не в своей тарелке.
