бестелесном духе одну из жен Владыки, ставшую фавориткой. Что же с ней такое произошло? Почему она мертва?
– Вот здесь покоится мое тело, я хочу, чтобы ты его достойно похоронила, - глухо прошептала найла. Я подошла ближе. Едва не зажала нос рукой от запаха гнили, доносившегося от почти разложившегося трупа.
– Что с тобой произошло? - я присела на траву, глядя на печальный дух найлы. Она приблизилась ко мне и попыталась сесть рядом.
– Как только нашего супруга забрали стражники Императора, воины поставили на нем крест, прекрасно осознавая: у них больше нет Владыки. Да, до его казни они не имели права выбирать нового, но развлечься с его женами им никто не мешал и запрещал. Если остальные найлы охотно приняли ухаживания,то я оказалась слишком строптивой. Меня решили наказать. Вывезли на это место и… – призрак на мгновение замолчал. Но мне и не требовалось продолжения. Я прекрасно осознала, что с ней сделали.
– Сколько их было? – прошептала я, разглядывая полуразложившийся труп и подмечая детали, скрытые от глаза в первое мгновение: неестественная поза, слишком изломанная, руки вывихнуты, рот открыт в немом крике, волосы короткие. А ведь я видела ее шикарную длинную гриву, струящуюся ниже пояса. Ноги у трупа были разведены в стороны. Ее, казалось, пытались разорвать пополам.
– Надо мной издевались трое суток. Даже когда мой дух отделился от тела, они не унимались. А я со стороны наблюдала за ними, готовя свою месть, - отозвалась найла. - Из девяти нерстов-садистов сейчас в живых осталось только четверо. Но и они обречены, – зло прошипел призрак.
– А потом? Ты разве не понимаешь, что уже входишь во вкус? Убив девятерых нерстов, погубивших тебя, ты сама становишься одной из них, - равнодушно выдала призраку, не отводя своего взгляда от трупа. Мне было искренне жаль найлу. Врагу такой смерти не пожелаешь.
– Я должна отомстить за свою гибель и за издевательства над собoй, – зло процедила найла.
– Мне искренне тебя жаль. Но твою душу мне жаль ещё больше. Посмотри на себя, в тебе пропал свет. Еще несколько убитых,и даже я не смогу тебе помочь. Ты так и останешься неприкаянной душой. Это сейчас ты пока понимаешь все и осознаешь свои действия, а уже через пару месяцев забудешь себя, своих обидчиков, перед тобой останется одна цель: убить. Этого ты хочешь? - теперь я обернулась к призраку в упор глядя ей в глаза.
– Но я не могу уйти не отомщенной, - с подвыванием произнесла найла.
Мне искренне было ее жаль. Но распоряжаться чужими жизнями ей никто не давал права. Потому передо мной встала задача: остановить ее и попытаться образумить. Чем я и занялась в ближайшие полчаса. Призрак уперлась в своем желании довести задуманное до конца. Я мягко отговаривала ее. С трудом, но дело сдвинулось с мертвой точки.
– Хoрошо, – наконец, согласилась невинно убиенная. – Я не стану мстить остальным. Упокой меня. И еще… – призрак хитро глянул на меня. - Видишь, вокруг моего трупа выросли необычные цветы? Собери их, свари отвар, дай ему настояться сутки. А после по одной капле вливай своему супругу через каждый час. Три дня без сна выдержишь? Ты все должна делать сама.
– Спасибо, - от всей души поблагодарила я найлу. Еще несколько минут ушли на упокоение. А затем я занялась сбором цветов. Обoрвала почти все. И с охапкой вернулась к ранкару.
Вампир стоял, облокотившись о дверцу и беседовал с шефом. Заметив меня с цветами, округлил глаза. Но не успел он и слова сказать, как его опередил комтор.
– Чудесные дела творятся. Шайли, скажи честно, у тебя мозг сдвинулся? Мы тебя ждали почти час, чтобы ты цветочки пособирала?
Я никак не прореагировала на выпад Гʼэрского. Только сложив цветы, сев на свое место, обернулась и произнесла:
– Не будет больше у нерстов смертей. Хотя я сама бы их подвесила за причинное место с огромным удовольствием.
А дальше я поведала историю найлы – супруги-фаворитки бывшего Владыки, рассказала, в каком виде находится ее труп. Рʼэнды слушали с брезгливой гримасой на лице, а в их глазах разгорался пожар ярости.
За разговорами не заметили, как доехали. Встречали нас почти полным составом. В толпе я заметила двоих воинов с рунами на лице. Процесс запущен, но приостановлен. Я знала: дальше он не пойдет. Но успокаивать перепуганных нерстов у меня никакого желания не возникло.
– Вот, посмотрите, что происходит с нашими воинами, - нам навстречу вышел один из встречающих и указал на помеченных.
– Только двое? А где еще два нерста? – не сдержала рыка я.
– О чем ты? - досадливо скривился нынешний Владыка от того, что вынужден общайся с найлой.
– Они сами виноваты в своей смерти и с тем, что сейчас происходит с оставшимися в живых, – пояснила я. - Это была месть найлы, которую жестоко насиловали в течение трех дней, а потом оставили ее труп гнить на берегу озера. Неупокоенные духи на многое способны.
– Так это по ее милости погибли мои лучшие воины? – зарычал Владыка. Он сожалел не о найле, а о воинах. Невинно убиенную ему совсем не было жаль.
– Шеф, нам тут больше нечего делать. Поехали обратно.
Я направилась к ранкару, уселась в негo и бездумно уставилась в окно. Смотреть на бездушных и ужасных рʼэндов мне совершенно не хотелось. Так же, как и прислушиваться к их разговору.
Много позже ко мне присоединились остальные. Шеф проcто пылал от ярости, у вампира торчали клыки, а глаза горели красным огнем. Гʼэрского трясло от гнева. Всю дорогу до Мейрен-Марла мы молчали. Прибыв в агентство, шеф распорядился собрать останки найлы и похоронить с честью.
Я же, забрав цветы, помчалась искать Заху. Она нашлась беседующей с Гертом. Сообщив друзьям об услышанном от призрака, едва не подпрыгивая от нетерпения, я утащила подругу в лабораторию. Шефа предупредила: четверо суток меня не беспокoить. Пусть хоть весь мир летит в тартарары, я
