обнявшиеся женщины в отчаянии вскрикнули, но с места не сдвинулись и снова устремили взоры на арену.
И в этот миг волки сцепились с жутким воем. Видно было, что более крупный волк побеждает, но и бурый не сдавался. Рычание, клочья шерсти, брызги крови и — закушенные губы и слезы на лицах некоторых зрителей.
Вот уже черный волк с победным рычанием стоит над поверженным противником… Казалось, все кончено, но в тот миг, когда черный, клацнул зубами, примеряясь к горлу бурого, в кругу один за другим возникли новые звери. Еще один волк, чуть светлее прежних, с рыжеватым оттенком. Белый горный кот. Медведь, черный с белой полосой на груди. Бескрылый дракон с длинной пастью — крокодил, водящийся где-то в стране Руху.
Черный волк поднял угрюмые глаза на новых противников, сжался. Как бы ни был он велик, с четырьмя огромными животными он не справится. Прищурившись, он мотнул головой и наклонил голову к неподвижно лежащему на земле не бурому волку — человеческому телу в окровавленных лохмотьях, всем своим видом показывая, что лишь они тронутся — и он перегрызет человека напополам. И в этот миг золотой молнией на его голову с клекотом обрушилось небольшое — в два раза меньше волка — существо с головой и крыльями орла и телом льва…
Отвлекшись на мгновение от человека, волк сшиб лапой храброго грифона, но этого мгновения хватило белому коту. Одним прыжком он закрыл собой человека, а коричневый волк прыгнул на спину черному. Приблизились и крокодил с медведем. Черный волк через несколько мгновений оказался погребенным под тяжестью противников.
Настала тишина.
Беловолосый вампир медленно и очень изящно приблизился к контуру круга. Склонив голову, он осмотрел застывших зверей и констатировал:
— Юлия, дорогая, нам здесь больше делать нечего. Наша карта бита.
Вампирша пожала плечами:
— Надо бы убедиться, что все закончилось.
— Сама справишься? — осведомился Князь Тьмы. — Я пока отведу наших друзей в безопасное место.
Юлия кивнула, а Марциус широким шагом приблизился к напряженным сторонникам черной волчицы, взмахнул плащом и исчез вместе с ними в облаке черного дыма. Их пленник, оказавшись без поддержки, упал на землю.
— Твою мать! — закричал волшебник Корт.
Прихрамывая, он приблизился к женщинам, связанным заклятьем неподвижности и покачал головой. Разомкнуть заклинание он не мог.
— Опоздали! — раздался сокрушенный голос из стены, и в пещере появился блистательный Борей, а за ним еще один т'ига.
Быстрым движением руки разорвав чары, удерживающие женщин (как просто!), он и его спутник приблизились к зверям.
— Так и будем доживать в таком облике? — ядовито поинтересовался Громовержец.
— Она слишком сильна, — пробормотал медведь смущенно.
— Вы что, её не грохнули? — изумился спутник Борея.
— Сам грохни, — огрызнулся медведь. — Если ты такой умный.
— А в чем проблема? — спросил нервно Корт. — Серебряная пуля нужна или что?
— А ведь точно, — почесал голову Варан (именно он был спутником Борея). — В принципе, убить т'игу может только немаг. Или маг, но сил он лишится навсегда, и он, и его род. Ну плюс проклятье крови на всех его нерожденных детей. Кто желает, господа? Да во имя богини, перевернитесь уже, уж вчетвером-то мы её удержим!
— Впятером, — поправил его Борей.
— Тем более.
* * *
Женщина была прекрасна. Белая кожа, девичий румянец, огромные глаза с черными ресницами, растрепанная коса до пят. Платье на ней было порвано и открывало точеное плечо, ссадины на ребрах, синяки на шее.
Мужчины вокруг отводили глаза. Пятеро мужчин, молодых и сильных, и еще двое раненых, и один бездыханный. И три женщины, хоть и красивые, но рядом с этой богиней казавшиеся простолюдинками. Блондинка, брюнетка и рыжая.
— Бор-а-три-онн. Шерх-а-рен-элль. Гор-а-прат-атт. Вар-а-норд-анн, — четко произнесла женщина, с насмешкой оглядев своих пленителей. — Черт возьми! Выжившие! Слюнявый поэт, жирный любитель серебра, бешеный пес и двуличный змий. Прекрасная компания! И кто из вас осмелится поднять на меня руку?
— Возможно, я, — скромно ответил Борей.
— Ты? — изумленно спросила Тироль. — Человечек?
— Не совсем, — любезно ответил Громовержец. — Неиницированный т'ига будет куда вернее.
— А! Один из двух! — понятливо кивнул тот, который Шерхар. — Давно знал?
— Да уж прилично, — пожал плечами Борей. — Тому три дня.
— А внешность обманчива! — ухмыльнулась Тироль. — Такой хорошенький, такой молоденький… И на всю жизнь без магии… На всю длинную, длинную жизнь…
— А если её разрубить на кусочки и закопать в разных местах? — нервно спросила Коранна, прикоснувшись к пустому ноющему животу. — Ну в крайнем случае, отрубить ей голову. Или они живут и без головы?
— Ну если жизнь не дорога, то можно, — пожал плечами Шерхар. — Она с собой всех нас захватит.
— Как?
— Проклятье крови, — вздохнул светловолосый Гор. — Долгая и мучительная смерть и проклятье на детей, внуков и правнуков. Мне-то в общем-то не жалко, мои давно мертвы, а вот у остальных…
— А как таких раньше убивали? — лязгнула зубами Коранна.
— Раньше? А их не убивали. Они либо своей смертью умирали, что, впрочем, бывало не часто, либо… У людей было заклятье.
— Мы не нашли, — тоскливо вздохнул Шерхар.
— Поэтому убью я, — спокойно сказал Борей. — У меня нет детей.
— Можно взорвать пещеру к чертовой матери, — предложил Эрхан. — Никто не выберется.
— Глупо, — вздохнула Лиэль. — Мне все равно жить осталось немного, давайте уж я.
— Браво, — засмеялась Тироль. — Кто следующий? Какое прекраснодушие!
Волшебник Корт аккуратно полировал ногти о жилетку.
— Все высказались? — спросил он. — А как насчет этого?
Он извлек из кармана смятый пергаментный свиток и кинул его Шерхару, так похожему на Тариэля.
— Вообще-то это подарок для моего друга, — вздохнул он. — Ты его брат? Он рассказывал о тебе.
Шерхар развернул пергамент, пробежал его глазами и выразительно зачитал первую строку:
— Хоррой-амга-домеро…
Его перебил нечеловеческий визг.
Не сразу поняли, что визжала Тироль.
— Ты! Человечишка! — извивалась она. — Как ты нашел? Где?
Из её прекрасных уст изрыгались потоки проклятий.
— Заткните ей рот, — попросил Шерхар. — И в самом деле, откуда?
— Места знать надо, — довольно ответил Корт. — Я уже несколько лет из библиотеки копии себе снимаю.
— Позвольте мне, — мягко произнес Харриан, дотрагиваясь до подбитого глаза.
— В каком смысле? — подозрительно спросил Шерхар, пряча пергамент за спину.
— Я не маг, — улыбнулся муж королевы. — Совсем не маг. Ни чуточки не маг. И детей у меня, наверное, больше не будет. Старый я.
Все посмотрели на него недоверчиво и взорвались дружным хохотом.
Харриан взял пергамент и начал читать:
— Хоррой-амга-домеро…
Полный мук вопль, столб дыма. И на месте черноволосой красавицы осталась горстка пепла.
— И это все? — разочаровано спросила Коранна. — Триста лет копала, вынашивала планы захвата мира, подсаживала демона девочке, похищала меня, и вот
