брал на себя задачи всех других феноменов, которые не объяснить таким простым и скучным ответом вроде «это всё проделки варпа».
Ведь существовало куда больше измерений, чем один Океан душ, и ещё больше феноменов, никак с ним не связанных, но которые всё равно могли принести пользу роду людскому. Архимагос Андер, например, занимался устройством эльдарской паутины, а сам наставник Викария несколько лет назад сфокусировался именно на поисках подпространственных карманов, куда могли запрятаться враги человечества и редкие беглецы, выжившие после гнева Императора и его сынов.
Во многом благодаря исследованиям последнего, Викарию вообще удалось создать алгоритм поиска излучения Чёрного камня, не резонирующего с материальным миром. Именно благодаря ему, у одного техножреца и получилось взлететь так высоко, хотя сам учитель и отказывался взять себе часть славы. Слишком уж работа Викария впечатлила его и остальной совет Марса вместе с самим Вестником Омнисии, высоко оценивших открытие, давшее способ находить редчайший материал практически по всей галактике.
Раньше на подобную разработку даже не обратили бы внимания, однако в последнее время начало появляться всё больше новшеств и идей, что двигали человеческую науку и служителей Омнисии семимильными шагами вперёд, не озираясь на старые привычки и традиции.
Хотя в последнее время эти самые традиции и так начали трещать под давлением ураганного ветра перемен, как и многие прочие вещи, которые тысячами лет держали культ на плаву и служили ему верной опорой. Вот только из-за того, что достижений столь много, даже самые отпетые консерваторы не могли сопротивляться потоку. Особенно когда вестники их веры сами продвигали новый путь в светлое будущее, лишённый старых формальностей и церемониала.
Сам Викарий признавал, что в нём не было особенно ярой веры в Машинного бога и Омнисиию, и имелось лишь великое почитание этой сущности и её воплощения, однако с этим не было проблем, так как с каждым годом к культу прибивалось всё больше подобных ему, медленно менявших религию под свои идеалы.
Молодые люди и старики, мужчины и женщины, с каждым годом становилось всё меньше техножрецов, проводящих большую часть своего времени проводя ритуалы и молитвы, и заместо этого занимавшиеся настоящей наукой. Это связано с прямыми словами владыки Ферруса и тонкими намёками Императора, в своих речах возвышавших величие самого разума и их заслуг, которые являются куда большим символом почитания, чем простая символика со словами.
Подобным изменениям также помогли резкий взлёт всех приближённых Десятого сына Омнисии, что оказались одарены его технологиями и найденными СШК, а также облегчение оков религиозных культа по всей галактике, связанное с поставленной Владыкой Схеналуса точкой во многих дискуссиях и теологических вопросах — Примарх пусть и не очень часто, но выпускал свои текста, связанные с упрощением всего церемониала Механикума, облегчал процессов почитания машин и даже упразднил запрет на развитие новых технологий, идущих в разрез с традициями прошлого. Уже были совершены первые робкие шаги создания чего-то нового без оглядки на Тёмную эпоху и СШК, а всё ведь только набирало обороты!
И пусть многие хотели сказать нечто против, однако настоящий Святой Омниссии, способный напрямую общаться и взаимодействовать с машинными духами, всегда оставался непререкаемым авторитетом. Тот факт, что больше всего возвышались именно находящиеся у него в почёте, с кем он делился своими знаниями, лишь сильнее двигал культ к изменениям в сторону чего-то действительно рационального. Викарий же пусть и не говорил это вслух, но признавал, что подобное ему нравиться куда больше, так как ежедневные молитвы Машинному богу его казались лишь тратой времени, и без них жизнь стала только лучше.
Хотя и не всё было столь уж прекрасно и совершенно — в недавнее время их культ начало просто топить от количества желающих к нему присоединиться. Причём это было связано не только с самим фактом, что Империум с Механикумом постоянно росли и присоединяли новые миры, отчего новые миры-кузни и станции исследования открывались чуть ли не каждый стандартный день. К общему сожалению, к Механикума начали присылать прошения о присоединения планеты, никак не связанные с их привычной деятельностью и даже не задумывающиеся о науке с прогрессом.
Всё связано с тем фактом, что многие планеты захотели присоединиться к культу исключительно из-за того факта, что слуги Омнисии являлись единственным легальным способом почитать божественную сущность Императора человечества, которая становилась очевидно, стоило только единожды взглянуть на золотого владыку.
Он сам всеми силами запрещал подобные действия, однако люди во все времена жаждали чего-то, достойного почитания, а потому и старились прибиться к разрешенным организациям, существование которых напрямую одобрено этим самым божеством. Даже самый примитивный жрец на варварской планете понимает, что если бог отвергает все верования в свою честь, и признают лишь одно — то именно к ней и следует присоединиться.
Викарий знал, сколько проблем и конфликтов это вызывает, отчего старался отойти в сторону от высокой политики и вместо этого просто продолжал свои исследования по теме редчайшего материала, способного помочь людям независимо от их мнений и имевшего просто тысячи разных применений. И простейшее блокирование или усиление возможностей псайкеров являлось лишь поверхностью того океана чистого потенциала, что оставался нереализованным из-за простейшего незнания правильных методик и отсутствия нужных инструментов.
Вот только Викарий искренне верил, что сможет разработать эти средства, так как Механикум, а также всё человечество, ждала новая эра возможностей с куда меньшими ограничениями, что откроет перспективы, невиданные ранее. Ему просто требовалось стать первооткрывателем огня или письменности, что даст толчок к открытиям гениев, куда более умных, чем он сам.
И он даже уже догадывался куда копать, чтобы этого добиться — его расчёты уже показали, что экспериментальное использование Чёрного камня обратного резонанса в качестве основы для варп-двигателя может открыть путь в измерение, отличное от Имматериума, но имевшего очень схожую природу!
И пусть до подтверждения и начала опытов с постройкой первого такого двигателя ещё десятки лет, он был уверен, что добьётся успеха несмотря ни на что. На их плечах лежал слишком великий вес, чтобы так провалиться, от чего не было дня, чтобы он не проводил в расчётах и проверке своих навыков.
К сожалению, из-за этого для бывшего ученика Башни тридцать семь, у него больше не имелось возможности так часто общаться с Дураном и Кирах, также увязших в вечных военно-дипломатических компаниях Десятого легиона. Они также добились многого, высоко поднявшись по карьерной лестнице Имперской армии, отчего должны были проводить время в относительной безопасности, далеко от боевых действий.
И один этот факт уже грел душу техножреца, всё ещё не разорвавшего все свои
