ее обратно.
– Нет, – покачала она головой. – У тебя все закончится дурацким розыгрышем.
– Тоже верно, – пожал он плечами.
– Лиам? – спросила Квинн, подняв брови.
– Не, – он покачал головой, но тут же невольно глянул в мою сторону, выдавая истинную причину.
– Сегодня меня никто убивать не станет, – возразила я.
Он повернулся обратно к Имоджен и снова покачал головой.
Естественно, она кивнула. Чего еще ждать от группы поддержки Ксейдена.
– Ты и командуй, – предложила Рианнон, глядя на Имоджен. – Сюда же ты нас довела.
Все согласно заголосили.
– Эмери? Хитон? – предложила Имоджен. – Вы третьекурсники, это ваше право.
– Нет уж, спасибо. – Хитон привалился спиной к стене.
– Нет. Мы не просто так не хотели в главные, – добавил Эмери, сидя рядом с Надин. – А ты, Надин, не против пару часов слушаться Имоджен?
Все повернулись к первокурснице, никогда не скрывавшей свою ненависть к меченым. Зная, что она родом из северной деревни на границе провинций Диконшир и Тиррендор, я могла ее понять. Но не поддерживала, отчего дружба между нами так и не сложилась.
Она заметно сглотнула, нервно оббежав нас взглядом.
– Не против.
– Ну и хорошо. – Имоджен сложила руки на груди – из-под рукава проглядывала ее метка восстания. – У нас уже меньше трех часов. Какие будут предложения?
– Может, оружие? – сказал Ридок. – Баллиста в руках врага будет смертельна для любого нашего дракона.
– Великовата, – решительно отрезала Квинн. – У нас есть только одна, в музее, да и, если честно, смертелен не снаряд, а сама пусковая система.
– Дальше? – Имоджен по очереди смотрела на каждого.
– Можно стырить панчековские трусе… – начал Ридок, но Рианнон зажала ему рот.
– Вот почему мы не взяли тебя главным, – подняла она бровь.
– Ну давайте, ребят! Думаем! Что полезнее всего для врага? – Лоб Имоджен наморщился, бледно-зеленые глаза полыхнули.
– Знания, – ответил Лиам. И взглянул на меня. – Вайолет, может, украдем новостные сводки из библиотеки? Которые с фронта?
Я покачала головой:
– Время сейчас после семи. Библиотека заперта, и ее не вскрыть даже магией. Там все наглухо запечатано на случай пожара.
– Проклятье, – вздохнула Имоджен. – Славный был вариант.
Весь зал заговорил разом, один голос перекрывал другой, набрасывая предложения.
«Знания». Внутри меня все скрутило, пока идея обретала форму. Это было бы сильно, никто такое не придумает. Но… я покачала головой. Слишком рискованно.
– Что надумала, Сорренгейл? – спросила Имоджен – и ребята затихли. – Я же слышу, как у тебя в голове скрипят шестеренки.
– Да ерунда, наверное, – я глянула на остальных.
Но вдруг не ерунда?
– Давай вперед, рассказывай! – приказала Имоджен.
– Серьезно, это безумие. Типа того – невозможное безумие. Нас всех отправят на гауптвахту, если поймают, – я прикусила язык раньше, чем сказала больше.
Но было поздно – глаза Имоджен уже сверкали от любопытства.
– Давай. Признавайся. Рассказывай, – отчеканила она, чтобы я поняла – это не просьба.
– Мы же можем пользоваться силой, да? – Я встала, приглаживая одежду и поправляя ножны шести кинжалов.
– Любыми средствами, – с кивком повторил Хитон.
– Ну и вот, – я покачивалась на пятках, собирая в голове план. – Я знаю, что Ридок управляет льдом, Рианнон может получать вещи, Сойер – манипулировать металлом, Имоджен – стирать недавние воспоминания…
– И я быстрая, – добавила она.
Кое-что общее с Ксейденом.
– Хитон, а ты? – спросила я.
– Под водой дышу, – ответили мне.
Я моргнула:
– Шикарно, хотя это нам вряд ли здесь поможет. Эмери?
– Я контролирую ветер, – он усмехнулся. – Много ветра.
Так, это бы пригодилось для обороны, но все же не совсем то, что я искала.
Мои сапоги скрипнули, когда я развернулась к следующей собеседнице.
– Квинн?
– Астральная проекция. Тело остается в одном месте, а я разгуливаю в другом.
У меня отвалилась челюсть, как и у половины отряда.
– Знаю-знаю, довольно круто. – Она подмигнула, собирая волосы в пучок.
– Вот оно. Это точно поможет, – я кивала, продумывая самый простой способ все провернуть.
– Что ты там придумываешь, Сорренгейл? – поторопила Имоджен, заправляя короткий локон с необритой стороны головы за ухо.
– Вы сейчас скажете, что я свихнулась, но если у нас получится, то мы сто процентов победим. – Может, я не могла заслужить одобрение матери, но хотя бы знала, где она хранит самые ценные данные.
– И?
– Мы вломимся в кабинет моей матери.
* * *
– Какая ты, блин, стремная, – поежился Ридок через два часа, отстраняясь от Квинн – вернее, астральной формы Квинн. Ее тело сейчас находилось под охраной Хитона в тренажерке.
Все остальные крались по коридорам мимо квадранта целителей. Мы уже наткнулись на отряд из Второго и другой – из Третьего, но времени на расспросы или стычки ни у кого не нашлось.
Теперь для нас было состояние пан или пропал – последние два часа мы дожидались, пока наступит ночь, чтобы получить хотя бы малейший шанс.
– Никогда не заходил дальше, – сказал Эмери у последней двери в квадранте целителей.
– Никогда не был даже в библиотеке? – спросила Имоджен.
– Бегу от этих дежурств как от чумы, – ответил Эмери. – Писцы меня пугают. Молчаливые, все знают, ходят с таким видом, будто могут тебе всю жизнь сломать, только что-то настрочив.
Я ухмыльнулась. Большинство и не подозревает, насколько он прав.
– Пехота все еще в лагере, – Рианнон показала в окно на десятки костров, озаряющих поле под нами.
– Неплохо им, наверное, отдыхается, – заметила Надин, но я не услышала уже привычного заносчивого тона – только ту же усталость, которую, наверное, чувствовали мы все. – Писцы на лето разъедутся по домам. Целители проводят выходные в храмах здоровья духа и тела, а пехота, может, и спит под снегом посреди зимы, но хотя бы у костра.
– Мы тоже поедем домой, – возразила Имоджен.
– После выпуска, – сказала Рианнон. – И на сколько? На пару дней?
Мы дошли до развилки, на которой могли либо свернуть в туннель вниз, к библиотеке, либо подняться в крепость военной академии.
– Теперь пути назад нет, – сказала я всем, глядя на винтовую лестницу, по которой поднималась так часто, что знала каждую ступеньку как родную.
– Веди! – приказала Квинн – и мы подскочили от неожиданности.
– Тссс! – прошипела Имоджен. – Кое-кого из нас могут и поймать.
– Точно. Простите, – пристыженно поморщилась Квинн.
– Только помните план, – прошептала я. – Никому от него не отклоняться. Никому.
Все кивнули – и мы приступили к бесшумному подъему по темной лестнице, а потом в тенях пересекли каменный плац Басгиата.
«Сейчас бы Ксейден пригодился».
«Ты и сама справляешься», – подбодрила Андарна беззаботным голосом.
Серьезно, ее ничем не проймешь. Самый бесстрашный подросток, что я встречала – а ведь я выросла с Мирой.
– Шесть пролетов наверх, – прошептала я у следующей лестницы, и мы поспешили насколько могли, не поднимая шума.
В крови подскочил адреналин – и в ответ расшалились силы, след на спине начал ощутимо жечь. В последнее время он не давал о себе забыть, тихо тлел под кожей, намекая, что малой магией его не разрядить, если я в ближайшее время не манифестирую.
Наконец мы поднялись наверх, и Лиам выглянул, чтобы проверить, как мне всегда казалось, самый длинный коридор в мире.
– Магические огни на стенах, – прошептал он. – И ты была права, – он спрятался обратно. – Только один охранник у двери.
– А свет под дверью? – тихо спросила я.
Сердце грохотало так, что его, наверное, могла слышать вся академия – даже кадеты в пехоте, спящие в сотнях футов под нами.
– Нет, – он повернулся к Квинн. – Охранник под семь футов ростом и спортивного вида. Другая лестница – дальше по коридору слева, а значит, ты должна привлечь его внимание, а потом валить.
Квинн кивнула:
– Без проблем.
– Все знают, что делать? – спросила я.
Восемь кивков.
– Тогда вперед. Квинн, ты первая. Остальные, затаитесь, чтобы он нас не заметил, если посмотрит в эту сторону.
Мне не верилось, что мы это
