Скулеж шаграутта перешел в пронзительное кошачье завывание.
Монго начал шептать молитву. Имоен попыталась протянуть к нему руку, но я гаркнул, чтобы она не шевелилась. Утешительница, твою мать!
- Акциденция, - глухо напомнила Виджи. - Все материальное нашего мира, к чему прикоснулся демон, до времени его гибели не может пройти через стену Отрицания. Кровь... лошадей... не протечет...
- Неч-ч-чистыыый! - взвыл Альбо и рыпнулся. Скареди плотней прижал его к груди.
"Глип-глап!" начали повторяться с завидной регулярностью. Демон бился о нашу стену, как дятел. А мы... ну, мы вели себя стоически, так как сесть в нашем колодце было невозможно.
- Он все время голоден, - промолвила Виджи. - Пища нашего мира не способна его насытить. Это несчастное, оторванное от родителей существо...
Родителей?
- Родителей? - Я чуть не сплюнул желчью.
- Фатик, - сказала Виджи смиренно, - даже Вортиген не сумеет протащить взрослого шаграутта в наш мир.
- Небо... Хотите сказать, Фрей умыкнул гуляющего ребенка?
Мне почудилось, что она кивнула.
- Все призванные шаграутты - младенцы. Просто несчастные обитатели мира Агон, похищенные темной магией и обреченные на гибель.
Младенцы!
- Нечистый! - снова заорал Альбо и начал вырываться.
- Скареди! - гаркнул я.
- Держу-у-у... - Старый рыцарь плотнее притиснул священника к груди. Альбо мотнул головой, заехав Скареди в нос, и попытался тяпнуть его за палец.
- Сдавить ему горло! - приказал я. - Давите же, Скареди, иначе он погубит нас всех!
Миг колебания... Затем широкие пальцы старого рыцаря легли на горло архиепископа и сдавили его.
Помогло...
- Рионто! - вдруг тревожно сказал принц. - Риэль, вэнта эль виним оллвай чирвал!
Виджи вздрогнула. По ее движениям я понял, что она оглянулась. Оглянулась и... выругалась на эльфийском. Во всяком случае, слова ее не были кроткими.
- Фатик... Все плохо. Все очень плохо, Фатик!
Еще бы, Виджи! Еще бы!
Альбо опять начал орать. Мне захотелось проткнуть его горло мечом.
Шаграутт мяукнул, его тень колыхнулась. Что-то розовое, огромное пронеслось перед моими глазами, но я так и не сумел толком разглядеть тварь - в тот момент, когда она обегала наш колодец, я был занят тем, что давил носком ботинка на ногу архиепископа, давил изо всех сил, ибо бить его в такой тесноте было чревато.
Боль, кажется, отрезвила - во взгляде Альбо появилась осмысленность.
- Закрой глаза, святоша! - прорычал я. - Зажмурься, или, клянусь Торбой, я выброшу тебя наружу!
Он так и сделал, раздувая грудь, как кузнечные меха.
Я ухватил взглядом принца - взгляд пустой, направлен в сторону... Кажется, Квакни-как-там-его смотрел в сторону вартекса.
Эльфы обменялись быстрыми репликами на своем языке. Тон их был тревожен.
Топот шаграутта начал отдаляться.
- Побег к башне, - сообщил Олник. - Что-то... Вроде как обнюхивает дверь и косится на нас. Махнул к нам. А и быстро он бегает!
"Глип-глап!"
- Метнулся к башне... Опять к нам...
"Глип-глап!"
- К башне... К нам...
"Глип-глап!"
- К башне...
Шаграутт носился туда-сюда, и надрывно мяукал. Невидимая стена Отрицания выводила его из себя, он без конца тыкался в нее и пробовал языком примерно там, где были я и Виджи, надеясь, очевидно, что преграда вот-вот исчезнет. Мы были явной добычей, протяни руку и хватай, кажется, именно поэтому он пока не пытался разломать башню.
Вес Виджи давил мне на плечи, но я, собрав остатки сил, все-таки понял, что выстою этот час, хотя и на пределе возможностей. Хуже было с тем, что я никак не мог почесаться. И потому я не был уверен, что выстою этот час и не сойду с ума.
- Эй, - вдруг сказал Олник. - Вот и злая рота!
"Глип-глап!"
Я не понял, и он объяснил, что к Фрею прибыли остатки хараштийских банд.
- Какие-то они бледненькие, - добавил он. - Может, холеру подцепили? Едут все скопом, прикинь!
- А что делает Фрей?
- Ему передали какую-то фляжку, пьет из нее.
"Глип-глап!"
- Крикни ему: "Утрись, недоросль!"
- Утрись, недоросль! О, уставился!
- Хорошо. А теперь подними правую руку и положи на ее сгиб левую, и в таком виде помаши ему правой рукой, сжав ее в кулак.
- Это знак? - не понял Скареди. Святая душа!
- Древнее приветствие недругам кланов Джарси. Олник, что там Фрей?
- Смотрит на нас неподвижно.
- Поменяй руку.
- Ага... Какие же они бледные, наши ребята! Сползают с коней... Да что с ними? Двигаются, как деревяшки... Они будто... зомби!
- Транкас! - одновременно - и с ужасом - воскликнули наши эльфы. Принц открыл глаза и попытался развернуться в сторону моста. Я рявкнул на него, иначе он разворотил бы наш строй.
- Транкас! - воскликнули все, кроме Олника и меня. Кажется, они знали что-то такое, чего мы не знали.
- Транкас! - вскричал и Альбо, перекосив рот и вырываясь из объятий. - Душеловка! Эльфийская погибель!
Скареди нашарил горло священника и начал давить, пока вислые щеки Альбо не побурели.
- Фея, что происходит?
- Транкас... Запретная магия Полуночников. Хитростью или силой он заставил людей выпить алхимический дурман, который навсегда убивает рассудок...
Полуночники? Кто это и с чем их едят? Сколько же вы недорассказали мне, эльфы?
"Глип-глап!"
- ...и делает их безвольными куклами, рабами господина...
- Он... растворяет... душу... - прохрипел Альбо, закатывая глаза. - Никакого... посмертия... Вы... из-за вас... эль... фов... хр-р...
- Ложь! - вскрикнул принц; на его лбу выступили крупные капли пота. - Наветы Вортигена!
- Из... а... ва... эльф... хр-р... - Альбо обвис на руке рыцаря.
"Глип-глап!"
Лицо Скареди было каменным. В глазах Монго и Имоен застыл страх.
- Это неправда! - резко сказала Виджи, уже не Альбо, но всем в нашем кругу; ее ледяной голос хлестал как бич. - Транкас не растворяет душу! Эта ложь одна из многих, которыми пытаются вбить между нами клин!
Шаграутт снова подался к башне. В колодце наступило гнетущее молчание.
- Вот как! - проговорил я, мечтая лишь об одном - как следует почесаться. - Фрею надоели свары этих болванов. Я его понимаю. Что ж, теперь у него человек тридцать пустоголовых солдат.
- Нет, они нужны ему для другого... Он намерен... - Виджи вдруг судорожно стиснула мои запястья и покачнулась. - Фатик, я теряю сознание...
Гритт!
- Держитесь, добрая фея!
Надо мной раздался прерывистый вздох.
- Я пытаюсь, Фатик.
- Бога ради, закусите губу! Закусите до крови! Виджи, это приказ!
Ее руки задрожали.
- Гляди-ка, - сказал гном. - С коней послезали, выстроились рядочком вперемежку - и Убийцы, и Охотники, и Ночные... Слушай, я Зузанку вижу... Глаза как две плошки, даже не моргает... Куда только засунула свои амбиции? Наши чародеюшки на них оглядываются... Э, серые сползли с лошаденок, свои ножики достали... Чего происходит, а?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
