Он попросил Стронга стать его заместителем на посту директора ЦРУ и заняться вопросами внешней разведки. После войны Стронг возглавлял Департамент политической разведки в Министерстве иностранных дел Британии и в 1948 году стал главой новоиспеченного Объединенного бюро разведки при британском Министерстве обороны. Предложение Смита было соблазнительным, однако предполагало отказ от британского подданства и обязывало его стать натурализовавшимся американцем. Стронг отклонил предложение и не в последнюю очередь, по его словам, из-за того, что он не желал становиться американцем. Кроме того, он понимал, что иностранцу будет трудно работать в ЦРУ.
Смит был сильно огорчен отказом Стронга — он понимал, что замену найти будет трудно, и в конечном итоге назначил своим заместителем нью-йоркского финансиста Уильяма Джексона, служившего в годы войны офицером разведки под началом Стронга в объединенном англо-американском штабе. Джексон неохотно согласился на работу в ЦРУ — после войны он стал работать в банке «Дж. Уитни энд К0», и поэтому переход на другую работу означал, что он сильно потеряет в деньгах. Более того, он не был уверен в том, что справится с задачей, возложенной на него Смитом.
24 июня 1950 года коммунисты из Северной Кореи вторглись в Южную Корею. Их армия насчитывала 70 тысяч человек и была оснащена сотней танков советского производства. По словам генерального инспектора ЦРУ Лаймена Киркпатрика, ни ЦРУ, ни армейская разведка «Джи-2» не располагали информацией «относительно того, когда и при каких обстоятельствах состоится вторжение». Дальневосточный конфликт стал еще одним фактором, убедившим Смита в срочной необходимости реорганизовать внешнюю разведку ЦРУ. Таким образом, третьей кандидатурой на пост заместителя директора ЦРУ стал Аллен Даллес, который, отослав Трумэну свой рапорт, ожидал, что президент США призовет его на место Хилленкеттера.
При встрече с Даллесом Смит предложил ему пост своего заместителя.
Приход Аллена Даллеса
Даллес охотно принял пост № 2, подразумевающий полное руководство над Отделом планирования операций. В соответствии с американскими стандартами, Даллес был выдающимся экспертом в делах разведки, имевшим опыт двух мировых войн, человеком, сведущим в международных и особенно европейских делах. Фигурально выражаясь, он принес в ЦРУ ящик Пандоры, содержащий множество прекрасных идей, имевших отношение к борьбе с международным коммунизмом и к делу защиты свободного мира. Много лет спустя экспрезидент Трумэн попытался дистанцироваться от некоторых операций ЦРУ, имевших место в годы его президентства: «Я никогда не думал, что придется заниматься тайными операциями в мирное время, не предполагал, что ЦРУ будет выполнять роль, слишком далекую от своих первоначальных задач, и станет символом зловещих международных интриг».
Следует отметить, что критическое высказывание было вызвано отнюдь не личностью Даллеса. ЦРУ приобрело бы свою репутацию агрессивной организации даже и без Даллеса, особенно после того, как Сталин нарушил Потсдамское соглашение, превратил народы Восточной Европы в своих покорных марионеток-сателлитов, развязал открытую военную агрессию в Берлине, а также войну в Корее. Благодаря своей шпионской сети в Канаде, а также агентам вроде супругов Розенбергов, Клауса Фукса и Аллана Нанн-Мея — лучшим своим козырным тузам — Советский Союз сумел создать собственную атомную бомбу. Это позволило Советам расширить свое влияние в Юго-Восточной Азии, на Ближнем Востоке, в Африке, а в 1961 году разместить ядерные ракеты на Кубе — в непосредственной близости от США.
В те дни, когда начала шириться экспансия Кремля во всем мире, даже самые преданные поклонники Беделла Смита не имели никаких оснований для заявлений о том, что он обладал широтой кругозора или интуитивным чувством интриги, столь необходимыми качествами для руководства операциями новоиспеченного ЦРУ. Он был простым честным солдатом, единственным американским генералом, не имевшим за своими плечами Вест-Пойнта или Военной академии. Однако именно Смит достоин лавров победителя за то, что он заложил фундамент эффективности ЦРУ, тщательной подготовке агентов и созданию международной сети особых «станций».
Эта реорганизация сказалась и на статусе геленов-ской «Организации». До сих пор Гелен все еще формально подчинялся Управлению особых операций. Контроль над ним ЦРУ делило с Госдепом США и Пентагоном. Одним из первых шагов Смита в ЦРУ стало обращение к Трумэну с просьбой о слиянии «Организации» с предтечей Совета Национальной Безопасности — Управлением политической координации, возглавлявшимся Фрэнком Уиснером. После состоявшегося слияния ЦРУ обрело полный контроль над этими двумя организациями, превратившимися в Отдел планирования и операций во главе с Даллесом и его заместителем Уиснером. Изменение названия практически не повлияло на саму ее суть: — эта организация осталась все тем же «Департаментом грязных дел».
Вскоре после своего нового назначения Аллен Даллес выехал в Пуллах для встречи с Геленом. Его заместитель Уиснер уже успел побывать там до него. На повестке дня первой встречи Даллеса и Гелена в послевоенный период, за которой затем последовали и новые многочисленные визиты, стоял план незамедлительной активизации шпионской деятельности против Советского Союза. Даллес объяснил Гелену, что он должен как можно скорее взяться за поиск агентов, готовых отправиться в Россию для передачи оттуда развединформа-ции. Даллес пообещал со стороны ЦРУ гарантии безопасной переправки таких людей через границу — либо морскую, либо воздушную, поскольку, по мнению Гелена, сухопутный маршрут через границы ГДР и Польши не представлялся возможным. Оба собеседника, уже встречавшиеся четыре года назад, прекрасно поняли друг друга. И действительно, между высоким, говорливым, общительным и обаятельным Даллесом и низеньким, замкнутым и неразговорчивым аскетом Геленом возникла странная дружба. За последующие одиннадцать лет их отношения патрона и протеже выросли в честное партнерство, в котором Гелен играл роль старшего.
Уиснер создает личную армию ЦРУ
Даллес объяснил Гелену, что необходимо уделить самое большое внимание отбору и обучению агентуры для работы в России. Годом ранее Уиснер уже обсуждал с Геленом этот вопрос наряду с проблемами, связанными с вербовкой агентов из числа жителей государств Восточной Европы для создания подпольных вооруженных формирований в странах коммунистического блока. Реализация этого плана началась лишь в 1952 году, когда победивший на президентских выборах Эйзенхауэр сделал главой ЦРУ Аллена Даллеса. Брат последнего, Джон Фостер Даллес, незадолго до этого стал Госсекретарем США и проводил политику балансирования на грани войны. Братья Даллесы были глубоко убеждены в том, что угнетенные национальные меньшинства в сталинской России готовы восстать против коммунистической тирании при условии поддержки извне. В Германии было необходимо создать особую наемную армию и подготовить ее к подобному событию в СССР и принять в восстании участие, не вовлекая тем самым напрямую в этот конфликт армию США.
Кто иной, кроме Гелена, мог оказать помощь в организации подобных «войск специального назначения»? У его бывших подчиненных
