— Работает! — обрадовано просипел Роб.
Широкое лицо Бабуина стало пепельно-серым, он не ожидал такого эффекта.
— Не тушуйся, Джимми, — заговорщически зашептал Задира. — С твоими талантами наша жизнь стремительно изменится в лучшую сторону! Ладно, — задира любовно посмотрел на восковую фигурку, — переходим к «водным процедурам».
Он легонько щелкнул ногтем по затылку воскового мексиканца. У Рябого голова дернулась так, словно кто-то дал ему хорошую затрещину. Взбешенный Родригес резко обернулся, надеясь застать своего обидчика врасплох. Но за спиной мексиканца никого не оказалось.
— Ты чего, Рябой? — донеслось до Задиры.
Родригес не ответил, лишь изумленно потер ушибленный затылок и вновь вернулся на место.
А в кустах тоненько похохатывал Задира, ему нравилась держать в руках ниточки жизни Рябого. Нахохотавшись, Роб слегка придавил горло фигурке. В ту же секунду Рябой захрипел и схватился за шею. Его ноги подломились, он упал на землю и забился в конвульсиях. Забияка пожалел, что не может в этот момент взглянуть в выпученные глаза Рябого. Насладившись страданиями своего мучителя, Роб отпустил горло фигурки. Со стороны костра донесся надсадный кашель мексиканца. Он, наконец, сумел сделать глоток драгоценного воздуха.
— Братва, у Рябого припадок! Че делать будем?
— Все… Уже… Прошло… — прохрипел Родригес. — Меня… как будто… кто-то… душил…
— Никто тебя не душил! — заволновались в толпе.
Рябой с трудом поднялся на ноги. В этот момент Задира воткнул в левую ногу фигурки толстую иглу.
— А! — раздался дикий вопль мексиканца. — Нога!
Задира, не вынимая, воткнул во вторую ногу следующую иглу.
Рябой бревном рухнул на землю. Жутко подвывая, он хватался за парализованные ноги.
— Пора кончать эту комедию! — с улыбкой садиста на лице сказал Роб, вонзая третью иглу в сердце Родригеса.
* * *
Египет.
Долина царей.
Алмазное сверло легко вгрызалось в древний камень. Мудреный механизм контролировал все этапы движения сверла, собирал в специальный бункер отработанную пыль. Клайв Рошаль, молодой египтолог, известный в узких научных кругах в основном своими теоретическими выкладками, скептически оглядел проделанную работу.
— Не стоит спешить, посоветовал он инженеру, наблюдавшему за процессом бурения древней гробницы. — Аккуратность и еще раз аккуратность! Емкости для отбора проб воздуха установлены?
— Давно, — не отрываясь от ноутбука, отрапортовал инженер. — Клайв, да не суетись ты так, все будет ок. Ребята у нас опытные, свое дело знают.
Но Рошаль не мог успокоиться, он вот уже полтора года просеивал пески Долины Царей в надежде найти что-нибудь стоящее. И ему повезло: у самого подножья последнего пристанища Тутанхамона, где казалось бы все уже давно перерыли на тысячу раз, Рошаль случайно наткнулся на остатки жилых помещений времен правления девятнадцатой династии фараонов. Рошаль решил двигаться глубже. И вот под кладкой этих невзрачных хижин Клайв обнаружил ход в неизвестную гробницу. Такого открытия не ожидал даже сам Рошаль — считалось, что в Долине Царей уже найдены все гробницы. Эта находка стала первой со времен открытия Говардом Картером гробницы самого известного фараона Тутанхамона. Очистив от мусора ведущую к гробнице шахту, Клайв установил необходимое оборудование, и приготовился вскрыть древнюю усыпальницу. По предварительным оценкам, учитывая небольшие размеры могильника, Клайв решил, что он принадлежит какому-нибудь чиновнику времен династии Тутанхамона. Более детальный прогноз можно было сделать, лишь заглянув внутрь склепа.
— Есть! — воскликнул инженер. — Мы пробились!
— Запускайте насос! — распорядился Рошаль. — Нужно как можно скорее получить всесторонний анализ проб воздуха. — Я не хочу загнуться от неизвестной болезни, подобно Картеру и всей его команде.
Инженер пустил двигатель насоса и через несколько минут доложил, что емкости для воздуха полны.
— Ну, с богом! — выдохнул Клайв и мелко перекрестился. Поцеловав висевший на груди серебряный крестик, он скомандовал:
— Вводите щуп с камерой!
— Есть, — вновь отрапортовал инженер. — Сейчас выведу картинку на монитор…
Он нажал несколько клавиш, и вся команда Рошаля, прильнувшая в этот момент к экрану монитора, радостно завопила. Картинка была темноватой, но это не помешало всем присутствующим разглядеть несколько разукрашенных деревянных саркофагов.
— Это победа! — заорал Клайв и закружился в бешеном танце, поочередно обнимая всех членов команды. — Шампанского! Это надо отметить — мы утерли нос всем, кто утверждал, что в Долине Царей не осталось больше могильников!
Радостная эйфория продолжалась до вечера. По телефону Клайва предупредили, что анализ проб воздуха не выявил ядовитых примесей — можно было смело открывать склеп. Рошаль решил подождать с этим до утра. Вечером, когда Клайв рассматривал фотографии саркофагов, к нему подошел Отто Шаден, председатель всемирной ассоциации египтологов, прилетевший в Луксор, едва только стало известно о находке Рошаля.
— Что скажешь? — спросил он Рошаля, кивая на фотографии.
— Что я могу сказать… По предварительным оценкам захоронение датируется эпохой восемнадцатой династии правителей Египта(1567–1320 гг. до нашей эры). Саркофагов пять, возможно — шесть. Из-за скудного освещения разобрать точнее не получается. Порядка двадцати больших запечатанных сосудов с оттисками клейма фараона. Что за клеймо тоже непонятно… Да, вот на этой фотографии хорошо видно, что часть сосудов разбита, хотя в гробницу никто не проникал — печати на дверях целые…
— Возможно, они опрокинулись в результате какого-нибудь давнего землетрясения, — предположил Отто. — Что скажешь насчет жильцов? Есть предположения?
— Судя по размерам, на царскую гробницу не похоже. Скорее всего, либо высокопоставленные чиновники или родственники фараона.
— А тебе не кажется, — выдвинул свою версию Шадон, — что гробница первоначально предназначалась для одной мумии?
— Тогда почему в ней похоронили столько народу?
— А вот это уже загадка, — развел руками Отто, — ответ на которую навсегда останется тайной за семью печатями.
— Поживем, увидим, — оптимистически отозвался Клайв. — Завтра мы проникнем внутрь. Скорее бы утро…
— Иди, отдохни, — посоветовал Шадон, — тебе завтра понадобится свежая голова.
— Да какой тут сон! Нет, я еще посижу.
— Мне просто не верится в случившееся, — признался Отто. — После находки Картера прошло более восьмидесяти лет!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
